Имя шторма - Марина Суржевская

Иногда я замечала Альву и ее внимательный взгляд. Рядом с девой стоял Эйтри, и поговорить нам не удалось бы, но сейчас я этому лишь порадовалась. Мне совсем не хотелось портить праздник.

Я посмотрела на смеющихся варваров и вдруг подумала, что могу быть счастлива. Здесь, на этом берегу. Вдали от дома, среди людей, о которых ничего не знаю. Возле воров и убийц, среди отверженных и проклятых.

Рядом… с ним?

Какие страшные, страшные мысли…Это все хмель!

Снова взвилась музыка, на этот раз неторопливая и золотая, словно сладкая медовая капля. И кто-то мягко притянул меня к себе. Легкий, почти незаметный запах моря и древесины пощекотал ноздри.

– Ты такая красивая, кьяли, – шепнул он. – Красивее, чем море.

Наши взгляды встретились.

Шторм смотрел на меня, и показалось, сейчас он скажет что-то важное. Прекрасное и неотвратимое, как надвигающаяся буря…И это утянет меня на дно, от которого я уже никогда не смогу оттолкнуться…

– Потанцуешь со мной?

Музыка пленила. Шторм сжал обе мои ладони и сделал шаг в сторону, ведя за собой. Я послушно потекла следом. Незатейливые движения едва ли можно было назвать танцем, мы просто держались за руки и качались из стороны в сторону. Но похоже, обитателям бухты все это нравилось.

– Красивое платье. Не видел его в своих сундуках, – с улыбкой произнес ильх. Его пальцы чуть крепче сжали мои.

И мне бы сказать, что наряд одолжила Альва, но в меня словно бес вселился! Склонила голову, улыбнулась лукаво.

– Может, ты плохо смотрел?

– Или его подарил кто-то другой?

– Или так, – рассмеялась я, наслаждаясь игрой.

– Ты меня дразнишь, Мира?

– Разве я могу? – весело ответила я и кивнула на его шрам. – Похоже, море тебя излечило?

– Оно прибавило мне сил. – Шторм тоже улыбался.

– Чтобы танцевать всю ночь до упада и пить хмель? – подмигнула я, а ильх рассмеялся.

– Вот плясун из меня так себе… – Он вдруг остановился посреди смеющейся толпы и потянул меня в сторону. – Идем. Хочу кое-что тебе показать.

– Что?

– Это подарок.

– Еще один?

Мы выбрались из круга костров и дошли до одиноко растущего деревца. Шторм привалился плечом к стволу, сложил руки на груди и задумчиво посмотрел наверх. Я замерла рядом.

– И что я должна тут увидеть?

– Подожди немного. – Ильх с рассеянным видом осматривал ветки. Звезды насмешливо перемигивались, словно смеялись. Свет костров золотил сумрак ночи. – Знаешь, раньше я такого не делал. Надо подумать…

– Какого такого? – не сдержалась я.

– Ты самая нетерпеливая дева на земле, – вздохнул Шторм и снова посмотрел наверх.– Хм. Мне казалось, что это гораздо проще…

Я переступила с ноги на ногу.

– Может, вернемся к огню?

– Думаю, ты должна мне помочь.

– Я?

– Да. Мне нужно больше… мм… заинтересованности. Может, поцелуешь меня? Уверен, это поможет.

– Вот еще.

– Злая дева. Ладно, тогда дай руку.

Я засомневалась, уж очень коварной была улыбка Шторма. Зачем все это?

– Ты мне не доверяешь? – Он поднял бровь со шрамом в деланом удивлении. – Ну же, Мира. Просто дай свою руку.

Ну хорошо.

Я протянула сразу обе ладони, и он сжал их теплыми пальцами. Все еще глядя мне в глаза.

– Так я и думал. Конечно, лучше бы ты снова засунула язык в мой рот, но это тоже неплохо.

– И что теперь? Чего мы ждем? – почему-то шепотом спросила я.

Шторм негромко рассмеялся и снова посмотрел вверх. Я повторила за ним. Моргнула. И ахнула.

– Боги… Но так не бывает!

Ветви дерева на моих глазах покрывались цветами. Почки набухали и лопались, выстреливая тонкие, почти прозрачные лепестки, раскрывались бутонами, наливались белоснежностью и ароматом, пока все-все дерево не стало похоже на душистое облако. И теперь мы стояли в самой его сердцевине, окутанные коконом из лепестков.

Я моргнула. Потом еще раз. И еще.

– Мира, ты ведь не собираешься заплакать? – с мягкой насмешкой спросил Шторм, и я помотала головой.

Вообще-то как раз это я и собиралась. Но все-таки сдержалась.

– Я думал, тебе понравится.

– Мне нравится! – Слова получились сиплыми из-за застрявшего в горле комка. – Просто мне никогда не дарили целое дерево, расцветающее на моих глазах. Если честно, я не думала, что такое… возможно.

– Водным хёггам откликается не только волна, – погладил он большим пальцем мою ладонь. Белые лепестки мягко опадали на наши плечи. Словно ароматный летний снег. Моя нежная неснежная метель…

Я снова моргнула.

Шторм мягко потянул меня к себе.

– Я хочу, чтобы у тебя остались воспоминания, кьяли, – шепнул он у моего виска. – Не только плохие.

Я замерла в его руках. Лепестки кружились, дурманя голову.

– О Последнем Береге. Обо мне.

Воспоминания… Их уже накопилось больше, чем за всю мою жизнь. И они удивительные. Порой пугающие. Порой сводящие с ума или даже безумные. Но точно не плохие. Вот только сердце сжимается, когда он говорит это. Говорит о том, что будет потом. Без… него?

Я прижалась щекой к грубому полотну черной рубахи с белой строчкой у горла. Совсем рядом, в нескольких шагах от нас, веселился Последний Берег, взлетали к небесам смех и музыка. А здесь, за цветочной занавесью, остались лишь мы.

– Мира?

Он слегка отстранился и поднял пальцем мою голову, чтобы заглянуть в глаза. В штормовой зелени таяли белые лепестки…

– Это лучший подарок в моей жизни, – сказала я.

– Да. – отозвался Шторм. – Это лучший подарок в моей жизни. Ведь я…

Он не договорил, совсем рядом заорал Торферд:

– Луна восходит! Гасите костры! Скорее! Шторм, где ты? Што-о-орм! Где ты-ы?

Я обернулась на берег, виднеющийся сквозь ветви и цветы. Ильх со вздохом отодвинулся.

– Иногда мне хочется прибить этого громилу. Что ж… надо возвращаться.

Он постоял еще миг, грея мои пальцы. И вышел из ароматного кокона.

Цветущее чудо осталось в сумраке ночи, мы вернулись в круг света. Правда, ильхи уже торопливо затаптывали пламя, позволяя ночи воцариться в бухте.

И все смолкло. Музыка, голоса, смех. Шторм куда-то пропал, скрытый мужскими спинами.

Женщины споро собрали разбросанные кубки и блюда, а потом двинулись в таверну, откуда пахло ароматными пирогами. Нана ухватила мой локоть, блестя веселыми глазами.