Халцедоновый вереск - Вира Наперстянка

– То есть каждый себе на уме? – уточнила ведьма.

– Ага, – подтвердила я и с ноткой мстительности добавила: – И все духи потом пойдут высказывать свое бесценное мнение о невестах Дариону. Разом.

– Терпения королю, – пробормотала Милаедя.

– Попробуем добраться до криницы все вместе? – с надеждой предложила Брида. Она прежде не казалась робкой, но сейчас явно чувствовала себя не в своей тарелке.

– Было бы неплохо, – пожав плечами, ответила я. – Все равно мы всех видим. Если пути с кем-то пересекутся, придется объединиться. Можем пропустить этап внезапных встреч и сразу двигаться сообща.

– Почему так произошло?.. – задумчиво произнесла ведьма, приближаясь к туману с вытянутой рукой. – От тумана веет силой духов. Но мне кажется, что в лабиринте есть еще что-то… Не могу понять… но оно тоже неживое.

– Я по-прежнему чувствую холод, – передернула плечами я и пошла по хвойному коридору.

– Я ощущаю только запах можжевельника, – принюхиваясь, растерянно произнесла Брида. – Больше ничего.

– Не тот уровень магии, – ответила ей шаманка и последовала за мной. – Ты знаешь путь к кринице?

– Знаю, он мне известен. Но… что-то мне подсказывает, что так просто до криницы мы не доберемся.

После моих слов на лицах всех присутствующих девушек зародилось тягостное предчувствие. И по мере того, как мы продвигались все ближе к сердцу лабиринта, оно усиливалось, и холод становился нестерпимей. Жухлая трава покрылась инеем, изо рта вырывалось ледяное дыхание. Огонь в таком холоде отзывался на мои просьбы все неохотней.

– Вы по-прежнему не чувствуете холод? – спросила я, останавливаясь.

Девушки выглядели встревоженными, но не замерзшими. Хотя снег хрустел под их ногами.

– Стало морозней. Но мне холод нипочем, – ответила Брида, тряхнув своей толстой косой.

Ну да, она же из самого северная края. Герцогство Исарно, ледяная долина и снежные хребты.

– Хэдрия тоже не самый теплый край, – заметила я. – Но я сильно продрогла.

– Может, это из-за того, что ты огненный маг, – предположила ведьма.

Мне оставалось лишь согласиться и двинуться дальше. При ходьбе все так же похрустывал снег.

По коридору прошелся ледяной ветер и зашевелил опавшие листья. Я вновь остановилась. Помимо ледяного дуновения мне послышалось что-то еще. Хруст льда. С таким по весне во фьордах Хэдрии ломался ледяной берег моря. Или, наоборот, с таким звуком при резких заморозках схватывались маленькие речки.

Хруст все нарастал. Я оглянулась и увидела, как лабиринт покрывается толстенной ледяной коркой. И эта корка медленно, но верно приближалась к нам и поглощала все в лабиринте. Птичка, сидящая на можжевеловой ветке и не успевшая вспорхнуть, подернулась голубым льдом.

– Беззубый аванк… – пробормотали мы с Бридой одновременно.

– Тьма, – ругнулась ведьма.

– Святые духи… – Это уже услышали от шаманки.

– Бежим! – крикнули мы все в один голос и, развернувшись, со всех ног бросились вглубь лабиринта.

– Что происходит?!

– Есть подозрение, – рвано выдохнула я. Морозный воздух обжигал горло. – И ничем хорошим это для нас не кончится!

Я отчаянно пыталась уговорить огонь появиться. Но он будто боялся застыть, навсегда исчезнуть, поэтому затаился где-то глубоко внутри. И все, что удавалось извлечь – это крохотные искры, которые никоим образом не могли сейчас помочь.

Поворот налево, затем еще раз. У очередного перекрестка я остановилась. Место казалось знакомым, будто мы пробегали здесь недавно.

– Сколько раз мы повернули направо? – спросила я.

– Я не следила, – отозвалась Миладея.

– Мы заблудились? – В голосе Бриды слышались панические ноты.

– Не должны были, но… То ли лабиринт с нами играет, то ли я забыла путь к кринице… за день. – Я лихорадочно оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, куда же идти.

Хруст все нарастал, ледяной пар уже наступал нам на пятки.

– Адрия, быстрее! – крикнула Миладея. – Куда?

Да чтоб я знала! Добраться до центра лабиринта можно было двумя способами. Либо запомнив изначальную последовательность поворотов, либо выучив стишок. Я всегда выбирала первый вариант и успешно доходила до криницы. Но сейчас что-то пошло не так. Поэтому я отчаянно пыталась вспомнить стих, который мне рассказывал Дарион. В памяти всплывали лишь отдельные строчки.

«…видишь багульник, налево сверни… три синие ягодки – прямо иди…»

– Ни багульника, ни ягод можжевельника, – пробормотала я. – Вправо!

Мы снова побежали. Больше с пути я не сбивалась. Но бежали мы все медленней. Ведьма начала отставать.

– О-о-о… – выдохнула Миладея.

Мы с ужасом смотрели, как ее юбка с узором покрывалась льдом.

– Беги! – крикнула ей шаманка.

– Я устала, – вздохнула Миладея. – Ведьмы созданы для домашнего уюта с кошкой, а не для бега! – пожаловалась она.

– Призову дух прабабки! – пригрозила шаманка. И это была действительно мощная угроза, потому как Миладея ускорилась, превратив тонкий лед на юбке в мелкое крошево.

Легкие уже начали гореть огнем. Но огонь этот, к сожалению, не имел никакого отношения к стихии, способной расплавить лед.

– Почему мы решили, что рядом с криницей станет безопасно? – тяжело дыша, поинтересовалась Брида.

Хороший вопрос, кстати.

– Потому что там заперты духи, – ответила Отила.

– Что?! – воскликнули мы с ведьмой.

– А вас не смутило, что после старой королевы нам не встретился ни один по дороге? – Не больше, чем лед, следующий за нами по пятам, – ответила я.

– Они все там. Чувствую. Позвать не могу, – отрывисто просвещала нас Отила. – Может, простой ногат, а может, нет.

– Почему никто не придет на помощь? Нам же сказали, что будут следить за испытанием.

– Не могут, – ответила я. – Дарион сказал, что над нами отныне властвуют духи, и человек помочь не сможет. Так и есть. Аванк! – выкрикнула я.

Под ногами возник гладкий слой льда, на котором я чуть не навернулась. Девочки меня поддержали.

Я почувствовала, как и ботинок покрывается льдом. Собрав крохи огня, что были сейчас доступны, я направила их под ноги. Этого хватило, чтобы лед не пополз по мне дальше.

– Так вот, – продолжила я. – Пока духи не вернутся в криницу, войти и выйти из лабиринта никто не сможет.

– Он же король! – воскликнула Брида.

– Он Элвуд, – поправила ее я. – Духи, стерегущие лабиринт, тоже Элвуды. Пусть и умершие, но все такие же сильные. Да и королей с королевами здесь тоже немало. Вот он! – обрадованно воскликнула я, когда увидела последний поворот.