Эйрика. Путешествие за горизонт - Василиса Усова

За спиной присвистнули.

– Надо же. Значит зря я отвесил Рияду затрещину за его болтовню.

В каюту протиснулся Джед, и встал перед капитаном, отгораживая его от Эйрики.

– Меня тоже можете лишить жалования, капитан, и всех остальных, у которых глаза были в … – спохватившись, он оборвал себя на полуслове.

– Замечательно, тогда… – но договорить капитану Брому помешало появление северянина.

Вид Рикарда заставил остальных забыть о начинающемся конфликте. В порванной куртке, с разбитой губой, и рассеченной бровью, мужчина выглядел довольно устрашающе. Чуть прихрамывая, он прошел в каюту, и сунув Береку пару бумаг, встал рядом с штурманом.

– Все, что хотите сказать, капитан, можете высказать мне. И нечего приплетать остальных.

Однако желание что-либо высказывать, куда-то улетучилось. Затянувшуюся тишину прервал удивленный голос боцмана.

– Трехлетнее освобождение от налогов, бесплатное место в порту, и починка корабля за счет казны, в случае шторма? Вижу, за эту бумагу тебе пришлось побороться.

– Что? – капитан Бром выхватил листы из рук Берека, и пробежал их глазами.

– Думаю, это будет достаточной платой за путь в Торд, – подвел итог Рикард.

– Когда приведешь себя в порядок, зайди в мою каюту, обсудим случившееся. Лучше без этой, – капитан кивнул в сторону Эйрики, и грузно ступая, вышел.

Глава 34. Объяснение и разочарование

Оставшиеся в каюте с облегчением выдохнули.

– Кто тебя так? – сочувственно поинтересовался Берек, разглядывая свежие ссадины.

– Да… Пара местных молодчиков. Выпили, и решили доходчиво мне объяснить, что жители Эрланга должны тихо обитать в своих диких землях, и держаться подальше от цивилизованных людей.

– Поэтому ты задержался?

– Нет. Прежде чем мы успели закончить «беседу» вмешалась стража. Долгая история. До герцога я так и не добрался, зато удалось поговорить с мэром. И как видишь, этого тоже оказалось достаточно.

Рикард провел рукой по лицу, и поморщился. В первую очередь нужно умыться и привести себя в порядок, разговоры подождут. Поняв это, Берек и Джед тактично покинули каюту.

– Очень болит?

Обернувшись, северянин наткнулся на полный сочувствия взгляд Эйрики.

– Пустяки, – он улыбнулся, чувствуя покалывание в разбитой губе, – Бывало и хуже. Как здесь оказался капитан? Берек же обещал молчать, до моего возвращения.

Девушка пожала плечами. То, что капитан уже все знает, волновало ее куда меньше, чем внешний вид северянина.

– Давай я тебе помогу, – предложила она.

Мужчина сел на край койки и закрыл глаза. В голове еще немного гудело. Еще бы! Повезло, что в руках пьяницы не оказалось камня. И кто, спрашивается, на самом деле дикарь? Эйрика тем временем смочила кусок ткани, и принялась обтирать с его лица запекшуюся кровь. Ее мягкие прикосновения были приятны, и отдавались мягким покалыванием по всему телу. Видимо, удар оказался сильнее, чем он думал.

– Ты же отлично сражаешься. Почему тебе тогда так досталось? – в ее голосе было столько огорчения, что Рик открыл глаза, и снова попытался улыбнуться.

– Вот именно, что сражаюсь. Не мог же я использовать меч, когда против меня были только кулаки.

– Ты мог просто достать меч, чтобы к тебе побоялись подойти.

– Нет. Оружие достают только тогда, когда готовы пустить его в ход. И никак иначе.

– Тогда надо было отрубить им руки! – с горячностью выдохнула Эйрика, взмахивая рукой, словно готовясь поразить мысленного соперника.

Рикард увернулся от ее движения, и рассмеялся. Смутившись, девушка тут же сделала шаг назад. Решила же быть строгой и сдержанной, теперь еще бы не забывать об этом.

– Тем молодчикам очень повезло, что на их пути не оказалось тебя, – он встал, и заговорил уже серьезнее, – Мне нужно к капитану. Думаю, он не будет иметь ничего против, чтобы мы до Торда добрались на «Арведе». Можешь пока остаться в каюте?

Эйрике и самой, не слишком хотелось разгуливать по кораблю, вызывая излишнее любопытство, однако в просьбе Рика чудилось посягательство на ее свободу. Она хотела было возразить, но в последний момент передумала. Сложно одновременно спорить, и при этом оставаться сдержанной леди.

– Хорошо.

Не ожидавший подобной сговорчивости, Рикард даже забыл аргументы, которые хотел привести в пользу того, что девушке пока не стоит подниматься на палубу. Он немного помедлил в дверях, и рассудив, что нечего испытывать судьбу – вышел.

Проводив его задумчивым взглядом, девушка еще некоторое время стояла посреди каюты, сжимая в руке влажную тряпку, и пытаясь собрать мысли в единое целое. Затем, спохватившись, она торопливо выдвинула из-под койки ящик с вещами. Пусть ее пол больше не является секретом, все равно нужно нормально одеться, и потуже затянуть корсет. В душе снова шевельнулось сожаление об оставленной куртке. Все же рубашка, это почти не одежда, хотя лучше, чем ничего.

Стоя спиной к двери, она привычно затягивала шнуровку, чуть туже в районе груди, и немного свободнее на талии. Скоро снова придется привыкать к платьям, и к изящным прическам. Эйрика смахнула с лица прядь волос, отгоняя желание взяться за ножницы.

Закончив с корсетом, девушка потянулась к разложенной на койке рубашке, и вдруг ощутила, что за ее спиной кто-то стоит. Рик? Но он не вернулся бы так быстро. Да и тот, кто открыл дверь, сделал это совсем бесшумно. Резко развернувшись, она столкнулась взглядом с Ноттом.

– Ты? – негодующе выдохнула она, и спохватившись потянула к себе первое, что попалось под руку. Это оказался трофейный плащ, в котором она вчера вернулась на корабль.

– Прошу, тише! – зашептал юноша, делая шаг навстречу, – К тебе запретили подходить, но я должен был…

– Тебе лучше уйти! – девушка тоже перешла на шепот, – Что ты здесь забыл?

– Я хотел убедиться, что это правда. Все эти нелепые слухи. Так ты действительно леди?

– Убедился? Теперь уйди. – прижимая к груди плащ, Эйрика сделала шаг назад. Ей не нравился взбудораженный вид Нотта, и его откровенно заинтересованный взгляд.

Юноша снова шагнул, сокращая расстояние.

– Теперь понятно, почему рядом с тобой, у меня внутри все переворачивается. Я давно должен был догадаться. – он протянул руку, и коснулся ее щеки.

Эйрика отдернулась, мысленно прикидывая, – что если пнуть Нотта, и выскочить из каюты? Останавливало ее только то,