Дорога без возврата - Марик Лернер

Когда все подписи стояли и один экземпляр договора лежал у меня в кармане, а другой у него в столе, он сказал, потирая руки:

— Необходимо по русскому обычаю широко и с размахом отметить. С учетом местных особенностей, то есть не нажираясь.

Он достал из стола бутылку и три стакана. Рафик подозрительно посмотрел на свой.

— Обижаешь, — покачал головой Борис, — я все-таки здешний хозяин. Все чисто вымыто, и водка собственной перегонки, не для продажи. Продавать такое можно исключительно в убыток. Тройная перегонка, очистка серебром, фильтрация на березовых углях и еще масса всякого. Ну за то, чтобы наше сотрудничество было обоюдовыгодным и в дальнейшем. — Мы чокнулись и выпили. — А вот закусить у меня только хлеб.

Он достал из своего стола половину буханки и разломил ее на три части. Похоже, там у него хранилось что угодно, кроме бумаг и папок.

— Я вот что думаю, — продолжил он, — экспедицией займется Безногий. Баржу надо посмотреть, парочку фургонов с лошадьми выбрать и по складу пройтись, присмотреться. Когда кредит безграничен, можно особо не стесняться, — подмигнул он. — Найдешь там Дашку, и пусть она тебе покажет, что к чему. А с Лехой мы выясним, что за товары он желает получить.

Рафик покосился на меня. Я кивнул.

— Ну тогда прощевайте, товарищ Кулак, — сказал он, вставая. — Очень приятно было пообщаться.

— Для меня тоже три фургона глянь, — сказал я Рафику напоследок, — тебе не к спеху, а мне, если есть, готовые.

— Ну, — разливая остатки водки в два стакана, сказал Борис, — что там у тебя?

Я достал список и протянул ему. Борис углубился в чтение, помечая что-то карандашом.

— Так, — пробормотал он, глядя на меня исподлобья поверх очков. — Первоочередно надо загрузить три фургона весом в полтонны каждый… Это обязательно срочно? Зима на носу.

Я промолчал.

Борис взял стакан и сообщил:

— Если начал дело, делай его хорошо и доводи до конца, — и выпил. — На этом торжественную часть можно считать законченной, — сказал он, ставя стакан на стол. — Надеюсь, ты понимаешь, что по твоим запросам можно сделать определенные выводы? Ты не просто еще один Форт нашел, ты вышел на большую группу людей, которые очень давно живут в Диком поле и неплохо приспособились. Даже количество можно определить и приблизительно место жительства — на границе леса. Сотня Калашниковых, желательно однотипных, но сойдет и разных модификаций, полсотни снайперских винтовок Драгунова, полсотни карабинов СКС, то же самое с «сайгой» и «тигром». Полсотни «стечкиных». Кстати… — Он достал из бездонных недр стола пистолет в кобуре, которую можно было прикрепить к пистолету для большей устойчивости вместо приклада, и положил передо мной. — Пользуйся — подарок.

Я вынул магазин и проверил, нет ли патрона в патроннике. Потом отделил затвор от рамки, оттянув до отказа вниз спусковую скобу. Отвел затвор назад и, приподняв его задний конец, дал возможность продвинуться вперед. Теперь стало можно отделить затвор от рамки и поставить на место спусковую скобу. Последним снял со ствола возвратную пружину и спросил:

— Проверка окончена?

— А не помешает, — невозмутимо ответил Борис, глядя, как я собираю пистолет. — Ты не в книжке проживаешь и вместо супер-пупер спецназа служил в обычной разведроте.

— За героями из книг водится скверная привычка погибать, а мне нравится жить, — сообщил я, собирая пистолет. — А еще я не собираюсь злодеев отлавливать и мир спасать.

Он хохотнул:

— Как-то не заметно. Вот я смотрю твой список дальше и вижу: четыре пулемета «Печенег», четыре пулемета Калашникова, два «корда», «шмели», «мухи», гранаты, взрывчатка разных видов. Минометы… У тебя там что, танки разъезжают?

— Я всадил в вампиршу две пули. Одну в легкое, другую в живот. После этого она еще была бодрой и энергичной и умудрялась отбиваться от четверых, пока ей голову не отрубили. Если можно выжечь их гнезда «шмелем» или еще чем похуже с расстояния, я не собираюсь думать про высокие идеалы гуманизма или про то, не занесены ли они в Красную книгу вымирающих видов. Вампиры — это не название, они кровь высасывают.

— Будем надеяться, что ты не устроишь теракт в Славянске, — сказал он после паузы. — Вся стрелковка — никаких проблем, легкие пулеметы и динамит тоже. Даже на складе имеется. А вот гранатометы с разными минометами — это уже надо отдельно. Почему, собственно, сплошное российское производство и ничего нового? Как ты относишься к импорту? На складе есть израильское, австрийское, немецкое оружие, боеприпасы в большом количестве, оптические и ночные прицелы, глушители, пластиковая взрывчатка, детонаторы и многое другое.

— Если ты насчет «российское — самое лучшее», так мне без разницы. Но, во-первых, я с перечисленным в списке имел дело лично, и не возникнет проблем при объяснении, как им пользоваться, а во-вторых, конечно, решается проблема патронов. Я так понимаю, что на заводе в Городе производят всю необходимую мне номенклатуру разных видов, а искать специально импортные — лишняя головная боль.

— Значит, не будем выдумывать, потом сходишь на склад и посмотришь, что там еще есть по твоему запросу. Не всегда сразу сообразишь, лучше пощупать и посмотреть.

Я согласно кивнул.

— Идем дальше. Компьютеры с максимально возможной оперативной памятью и всеми доступными прибамбасами. Видеокамеры, профессиональные фотоаппараты, сканеры всех видов, включая книжные, диктофоны, бинокли, вообще разная оптика, — он глянул еще раз и хмыкнул, — включая электронный микроскоп и инструкции к этой дребедени на русском. Вот еще намек понимающему. У тебя есть возможность получить электричество. Не последнюю «Молнию» от сердца оторвал. А вот разных инглишей там не знают.

«Угу, — подумал я. — Хорошо, что он еще не допер до простой мысли: что это я английский знаю в пределах школы со словарем, а остальные и русского не знают».

— Сканеры тоже наводят на интересную мысль. Может, поделишься, ты набрел на библиотеку Ушедших?

— Нет. Но их книги ты видел неоднократно.

Он поднял удивленно брови.

— «Спички» знаешь? Такая палочка, сантиметров десять длиной, и на конце черный цилиндрик, а на ней надпись.

— Кто ж не знает, — озадаченно сказал Борис. — Их даже не покупают, никто не знает, что с ними делать.

— А ничего и нельзя. Их вставляют в специальный считыватель — такая пластина белого цвета, размером с книжку без обложки, что в киосках продают для чтения в электричке, — и просматривают текст. Она цельная, но внутри должен быть элемент питания. Но он то ли сел от времени, то ли подзаряжать неизвестно откуда надо, вставляй не вставляй — толку никакого. А может, стерлась вся информация. Там серьезный научный институт нужен, чтобы разбираться, нам не потянуть.

— А пластина эта называется «Зеркало», — задумчиво сказал Борис. — И тоже никто не знает, куда ее приспособить. А озадачу я, пожалуй, кое-кого.