Демон - Василий Горъ

Сопротивляться я не стал: в отличие от обычных драк в гарнизонных забегаловках сопротивление патрулю считалось серьезным преступлением. И наказывалось по всей строгости Устава. Особой вины я за собой не видел, запись драки в памяти БК-ашки являлась превосходным доказательством моей невиновности, поэтому я, отдав офицеру свой табельный «Кросс», спокойно забрался в патрульный катер. Не забыв связаться с Иришкой по персональному каналу мыслесвязи и сообщить о своем аресте.

Катали меня долго. Минут двадцать. Что меня здорово удивило — за это время катер, построенный на одной платформе с «Каплей», мог пролететь километров триста. А космодром в длину был значительно короче. И наверняка имел на своей территории хотя бы одну гауптвахту.

«Интересно, что тут за губа? — вспоминая роскошный интерьер „Альдебарана“, про себя усмехнулся я. — Может, удастся помыться хоть там?»

Ага. Щазз! Камера, в которую меня втолкнули, ничем не отличалась от тех, в которых мне пришлось сиживать во время обучения в Академии, Такие же четыре стены, узкий и короткий топчан, рассчитанный непонятно на кого. Появляющийся из пола в двенадцать ночи и пропадающий в шесть утра. Примитивные «удобства», выдвигающиеся из противоположной от входа стены после прикосновения к сенсору.

Распахнув передо мной дверь, капитан ехидно расхохотался и, с трудом дотерпев до момента, когда я окажусь в камере, забрал все имеющиеся у меня личные вещи. А потом, выйдя в коридор, злобно пообещал:

— Тебе тут понравится, лейтенантик!

Пожав плечами, я осмотрелся по сторонам и опустился на край топчана, благо комм показывал двадцать минут первого и садиться на пол не было необходимости. Буйствовать смысла не было, и я, подумав, решил дождаться утра и появления дежурного, Или ребят с Харитоновым. Однако у местных оказались другие планы. И ожидаемое ими «веселье» началось гораздо раньше.

Сначала в камеру ввалилось человек восемь офицеров планетарной пехоты, как две капли похожих на тех, которые остались лежать перед клубом. Наткнувшись на крайне нелюбезный прием, господа быстренько потеряли сознание, И захламили и без того небольшое помещение. Поэтому я, выбросив их в коридор, аккуратно защелкнул входную дверь. Увы, оценить мой гуманизм они оказались не в состоянии — где-то через час решили вернуться. Более подготовленными.

Поглядев на тяжелую броню для подавления уличных беспорядков и электрошокеры, я слегка разозлился и переломал им верхние конечности. И очень культурно попросил дать мне возможность выспаться. Как оказалось — зря: не прошло и пары минут, как какой-то ненормальный майор, сдвинув в сторону заслонку на входной двери, начал поливать камеру выстрелами из штурмового стрелкового комплекса, заряженного пластиковыми пулями. Расстреляв все патроны и убедившись, что не попал ни разу, он, дико матерясь, закрыл заслонку и куда-то убежал. Как оказалось, за брандспойтом. И ведром с хлоркой. Залив камеру водой, он через окошко забросил внутрь содержимое ведра и, захлопнув заслонку, злорадно захихикал:

— Подышишь полчасика и станешь чуть помедленнее!

— Ну-ну! — Жечь свои легкие я не собирался, поэтому выбил ногой дверь, вырубил обалдевшего придурка и, выломав пару решеток, мешавших нормально передвигаться, сквозь стену вломился в караулку. Как оказалось, желающих вернуть мне мои личные вещи в ней не было. Как, собственно, и «К&В», ради которого я туда заявился. Окончательно выйдя из себя, я устроил добросовестные поиски.

И обнаружил его в кармане пытавшегося сбежать от меня капитана. Поэтому я с большим удовольствием сломал нечистому на руки уроду обе руки и, позаимствовав ключ-карту от катера, убыл обратно в гостиницу…

Как ни странно, моих ребят в ней не оказалось — если верить дежурному, они убыли из своих комнат минут через двадцать пять после моего ареста. И до сих пор не возвращались…

Пришлось связываться с Иришкой по комму.

Увидев мое лицо и узнав, что я уже в фойе гостиницы, она завопила от радости и пообещала сейчас же вернуться.

… — Ты что такой грязный? — первой выскочив из катера, чуть не выбившего входные двери, завопила она.

— Да так, выход искал! — отшутился я. — Может, пойдем спать? А то устал я что-то!

— Ну вот, а рассказ о твоих приключениях? Что мы, зря тебя искали? — хмыкнул Семенов, выбравшийся из машины следом за ней. — Ладно, вали мыться: на тебя смотреть страшно…

— С утра расскажу… — пообещал я и, не сумев отпихнуть прижимающуюся к моему на редкость грязному кителю Орлову, ввалился в лифт. — Спасибо, что искали…

— За что? Мы за тебя пасть порвем кому угодно! ты только его покажи… — заорал Гельмут. И попытался сказать что-то еще, но закрывшиеся двери лифта прервали его тираду…