Яртур - Сергей Шведов

Перед Оком Аримана, на расстоянии пяти шагов, стоял сосуд из неизвестного металла, сделанный в форме цветка с семью лепестками, из узкого горлышка которого струился едва заметный дымок. Это и был знаменитый жар-цвет, о назначении которого волхвы спорили до сих пор. Сходились они пока только в одном: жар-цвет способен ввести смертного человека в состояние полусна и тем самым способствовать его приобщению к миру Прави, когда божественные знания сами собой станут проникать в его мозг. Увы, далеко не все мозги способны эти знания усвоить. Многие люди впадали в безумие или в лучшем случае в оцепенение, стоило им только вдохнуть аромат чудесного цветка. Волоху однажды, много лет тому назад, уже довелось видеть жар-цвет, но тогда сосуд был плотно закрыт и не представлял серьезной опасности.

– Подойди ближе, князь, – махнул в сторону Волоха Родегаст.

Князь Себерии, стараясь дышать как можно реже, все-таки приблизился к чудовищному черепу, превосходившему человеческий по меньшей мере в десять раз.

– Раньше он был холоден как лед, – сказал Родегаст, – а ныне к нему нельзя притронуться рукой, чтобы не обжечься.

– А Око? – спросил Волох, приседая. – Оно ведь, кажется, плотно закрыто веком.

И как раз именно в этот момент веко дрогнуло, открывая узкую полоску глазного яблока. Это было так неожиданно, что Волох невольно отшатнулся и едва не сбил жар-цвет с изящного столика, на котором тот стоял.

– Не пугайся, князь, – усмехнулся Сардар. – До полного пробуждения Ариману еще далеко.

– Тебе виднее, – огрызнулся Волох.

– Ариман должен напитаться божественной энергией жар-цвета, и только тогда к нему вернется память.

– А если вместе с памятью к нему вернется и сила? – спросил Волох.

– Мы спрячем жар-цвет раньше, чем это произойдет, – не очень уверенно пообещал Родегаст.

– Перун вам в помощь, – поморщился Волох, – но на твоем месте, Родегаст, я не стал бы так рисковать. Не знаю, какие божественные истины таит в себе жар-цвет, но от его аромата у меня закружилась голова.

– Наверное, ты прав, князь Себерии, – кивнул Родегаст. – Нам не следует долго находиться в святилище, но в последнее время меня влечет сюда все больше и больше. Мне кажется, что здесь я обретаю силу.

В отличие от владыки Асгарда Волох чувствовал только слабость в ногах и дурноту. В какой-то миг ему показалось, что он сейчас потеряет сознание и рухнет на мраморные плиты святилища. Огромным усилием воли он все-таки сумел овладеть собой и с достоинством покинул узилище титана. Теперь он твердо знал, что Ариман действительно просыпается, зато у него появились серьезные сомнения в том, что Родегаст и Сардар, даже с помощью бога Перуна, сумеют совладать с мятежным титаном.

После посещения святилища Волох проспал почти сутки, чем удивил своих мечников и вызвал усмешку на губах князя Родегаста, навестившего своего союзника рано поутру:

– Поначалу меня тоже клонило в сон, но постепенно это прошло, и я чувствую себя бодрым как никогда.

– А ты часто посещаешь святилище? – спросил Волох.

– По нескольку раз на дню, – спокойно отозвался Родегаст. – Сардар же практически не отходит от жар-цвета. Мы не имеем права прозевать момент окончательного пробуждения.

– Ты сказал, что обретаешь силу в святилище, но не сказал, в чем это выражается?

– В предвиденье, Волох, я вижу лучше и дальше, чем другие.

– Тогда объясни мне, князь, зачем тебе понадобился я?

Родегаст ответил не сразу, а довольно долго разглядывал абсолютно голую стену за спиной у Волоха. Наверное, просто собирался с мыслями. А у князя Себерии появилась возможность попристальней присмотреться к князю Асии. Родегаст сильно постарел за последнее время. И выглядел он сейчас лет на шестьдесят по меньшей мере. Конечно, поражения никого не красят, но ведь этот человек всего лишь на два-три года старше самого Волоха.

– Я могу победить Яртура, но убить его сможешь только ты, князь Волох. Во всяком случае, так утверждает Сардар.

– Сардар говорит неправду, – пожал плечами сын Коломана. – Яртур простой смертный.

– Простому смертному не дано пройти по Калиновому мосту, – криво усмехнулся Родегаст. – А он прошел, вместе с сыном вилы Шемахи.

– Откуда ты знаешь, князь? – спросил потрясенный Волох.

– Мы видели это оба, я и Сардар, – вздохнул Родегаст. – Это был самый страшный сон в моей жизни.

– Но сны далеко не всегда совпадают с действительностью, – запротестовал Волох.

– Этот сон был вещим, – твердо сказал Родегаст. – Я вместе с Яртуром заглянул в глаза Вию. Впрочем, в отличие от него я не увидел ничего.

– Но это невозможно, Родегаст, – вскричал потрясенный Волох. – Никто не смеет смотреть в глаза Вию, даже боги! Мой отец Коломан вернулся из Черной бездны только потому, что был слеп.

– Тем не менее Яртур смотрел, в этом у меня нет сомнений, – покачал головой Родегаст. – Ты зачал бога, Волох, сам того не желая. Только Ярила может безнаказанно глянуть в глаза Вию, ибо и тот и другой принадлежат к триаде Чернобога.

Родегаст потерял разум, в этом Волох сейчас почти не сомневался. Ибо поверить в то, что княжич Яртур, рожденный княгиней Ладой с его, Волоха, посильным участием, смог безнаказанно смотреть в глаза Вия, князь просто не мог. Какой тут может быть сон! Наверняка это морок, напущенный магом Сардаром для того, чтобы окончательно помутить разум несчастного князя Асии.

– Мой разум ясен как никогда, и я четко вижу не только мое, но и твое предназначение, князь Волох.

– Я не верю! – Волох подхватился с ложа и метнулся к бойнице, заменявшей окно. – Не верю, Родегаст. Слышишь!

– Я слышу, князь, – ласково произнес Родегаст, – успокойся. Боги возложили на наши с тобой плечи тяжкую ношу, но мы должны пронести ее по жизни с достоинством. Род твоей матери Турицы всегда служил Велесу, но именно Велесу, а не Вию. В тебе кровь царя альвов Эльмира. В тебе кровь рахмана Коломана. И если ты породил Ярилу, то только ты можешь его убить раньше, чем он превратится в Дракона, быть может, более чудовищного, чем сам Вий.

– Ты путаешь мир Яви и мир Прави, Родегаст, – вскричал Волох. – Люди – не боги и никогда ими не будут. В лучшем случае они лишь тени божественного величия.

– Ты попал в самую точку, князь Волох, – усмехнулся Родегаст. – Именно тени. Очень слабые отражения тех, кто воистину велик. Но именно поэтому отражения и должны действовать так, как действуют боги. И в этом земном раскладе я – Перун, ты – Велес, твой сын Яртур – Ярило, а рахман Коломан – Вий.

– А маг Сардар – Ариман? – догадался Волох.

– Я не знаю, что случится в мире Прави в случае победы Яртура-Ярилы, но в мире Яви грядут большие перемены. Навь восторжествует усилиями Яртура. Слепой Бер будет править Великой Скифией! Да, твой отец, Волох, всего лишь тень Вия, но и тени бога смерти вполне достаточно, чтобы мир Яви погрузился в кровавый хаос.