Черно-белая война - Игорь Ковальчук

– Добрый день. – Он смутился. Машинально коснулся галстука. – Я и не рассчитывал, что вы меня запомнили.

– Конечно, запомнила… Проходите. – Катрина посторонилась.

– Да, это вам. – Руин протянул ей корзинку, не трогаясь с места. Лицо девушки снова вспыхнуло, и она взглянула на него… Если бы Армана не терзало смущение, он понял бы, что в ее взгляде живет самая настоящая нежность и ласка.

– Спасибо… Какие красивые цветы. – Она взялась за ручку корзинки.

Букет и в самом деле был особенный – тщательно подобранные по оттенкам лилии, фиалки и мальвы создавали причудливое и очень гармоничное сочетание. Букет составляли в самом дорогом салоне столицы, две милые продавщицы с безупречным вкусом два часа подбирали оттенки цветов, листьев, зелени, величину полураскрывшихся бутонов, даже длину и толщину стебля. Но трудились они не зря – букет был подлинным произведением искусства.

– Вам нравится? – улыбнулся он.

Девушка растерянно и смущенно рассматривала подарок.

– Конечно. Только жалко, что в корзинке… – Она спохватилась, что вполне может огорчить и обидеть гостя. – Очень нравится, конечно же…

– Почему вам не нравится, что цветы в корзинке?

– Так они скорее завянут.

– Нет, ну что вы. В конце концов, их можно вынуть из корзинки и поставить в вазу. Я покажу…

– Ой… Проходите!

– Я не хотел бы мешать вашим родителям, да и вам, – отказался Руин. – Я… хотел бы пригласить вас на выставку. Вы ходите на выставки?

– Да… То есть, – она рассмеялась, – никогда не ходила. Проходите, Руин, моих родителей нет дома.

– Тем более. Я не хотел бы вас компрометировать.

– Какой вздор. Все соседи живут по принципу – не трогай меня, и тебя не стану трогать. Никого не интересует моя добродетельность. Проходите, я угощу вас чаем.

– Тогда… Спасибо. – Руин шагнул в маленький, тесный, хоть и аккуратный коридор, и разулся на коврике. – Нет, не надо тапочек. Лучше в носках.

– Проходите на кухню. Чаю?

– Если не трудно.

Он пил чай, примостившись на краю узкой табуретки в углу кухоньки, больше похожей на чулан. Семья Катрины жила небогато – сразу видно – хоть и не бедствовали. Хорошая, хоть и скромная мебель, немного бытовой техники, новая плита… На краю раковины была расставлена помытая посуда, а с высокого холодильника спускались зеленые ветки какого-то домашнего растения – такие разводят дома почти все женщины.

Катрина с деловитым видом копалась в холодильнике. Она мигом наделала бутербродов, нарезала ветчину и вынула половину торта, купленного, как видно, накануне. Робко посмотрела на Руина, который почти не ощущал вкуса напитка, хотя любил хороший чай – его больше занимала девушка.

– Больше нет ничего стоящего.

– Я совсем не голоден.

– Но законы гостеприимства требуют угощать гостя всем, чем только возможно…

– Вот вы и угощаете.

Они рассмеялись оба. Девушка смущенно опустила глаза.

– С вами все благополучно?

– Что вы имеете в виду?

– Там… В плену. Вы были в плену?

Руин задумчиво посмотрел на кусок бутерброда в своей руке.

– Вы знаете о том, что случилось с кланом Мортимеров?

– Конечно! – ахнула Катрина. – Я узнала об этом через день после бала у вас в метрополии. В понедельник Гларра Мортимер не явилась в свой офис, и тем же вечером в новостях по «Седьмому Домашнему» каналу я узнала о… о происшествии. Это ужасно… Неужели черные в самом деле решились так поступить? Но почему им на границах не оказали сопротивление?

– У них были какие-то свои проходы.

– Значит, они снова могут устроить такой же налет?

– Вряд ли. Однажды использованный путь уже известен, по нему не пройдешь еще раз.

Катрина хмурилась.

– Но то, что удалось однажды, может получиться и в другой раз.

Руин взглянул на нее вдумчиво, как частенько смотрел на своих собеседников, если хотел понять, что же кроется за их словами в действительности. Катрина посмотрела на него и тут же вспыхнула, уронила взгляд и торопливо поднесла к губам чашку с чаем.

– Возможно. По крайней мере, эту угрозу надо принимать во внимание.

– Здесь есть что-то еще, мне неизвестное, – проговорила Катрина. – На это намекали и на седьмом канале, и на других… На тех, где вообще говорили об этом.

– Катрина, этот вопрос пытаются решить очень многие из нашего клана.

– И смогли решить его?

– Возможно, – ответил Руин таким тоном, что девушка сразу поняла – больше расспрашивать не стоит. А он, заметив ее взгляд, порадовался, что имеет дело с умной и сообразительной девушкой.

– Вы были в плену? – мягко спросила она.

– Да.

– А ваша сестра?.. Ее зовут Моргана, если не ошибаюсь.

– Она тоже. Но и с нею, и со мной все было хорошо. Мы попали к приличным людям.

– На Черной стороне бывают приличные люди? – засмеялась Катрина, всем своим видом показывая, что не сомневается – хорошие люди есть всюду.

– Еще как бывают.

– Я слышала, что некоторым вашим родичам пришлось нелегко.

– Да. Некоторым.

Девушка посмотрела сочувственно.

– Ваш клан будет мстить?

Арман взял ложечку и ковырнул кусочек торта. Тот уже подсох. Он не смотрел на собеседницу и, казалось, думал о постороннем, хотя на самом деле размышлял о том, начнет ли клан Мортимеров войну с черными магами, чтоб отомстить за своих родных.

– Думаю, нет. Вы знаете, если мстить, то надо уж начинать целую войну, а клан не может делать это самостоятельно. На подобный шаг имеет право лишь государство. Да и кому станет легче от мести?

Катрина опустила взгляд.

– Пожалуй, никому, – согласилась она.

– Я бы сказал, это не слишком приятная тема для разговора, – поколебавшись, сказал Руин. Он любовался ее полуопущенными ресницами, которые, будь в комнате не так светло, наверное, положили бы два глубоких полукружья теней на ее щеки.

– Я очень волновалась за вас.

Руин и сам не ожидал, что покраснеет.

– Так я хотел пригласить вас на выставку. Вы пойдете? – спросил он.

– Конечно, с удовольствием. – Катрина ласково улыбнулась ему. Потом спохватилась. – Что же за выставка?

– Породистых кошек.

– О, как замечательно. Я обожаю кошек.