Марсианин - Энди Вейер

Напоследок вздрогнув всем корпусом, реактивный самолет остановился у выхода.

— Боги всемогущие, — сказал Венкат, массируя шею. — Это был самый долгий перелет в моей жизни.

— М-м… — ответил Тедди, потирая глаза.

— По крайней мере нам не надо ехать в Цзюцюань до завтра, — простонал Венкат. — Четырнадцать с половиной часов полета — больше чем достаточно для одного дня.

— Не расслабляйся, — посоветовал Тедди. — Нам еще нужно пройти границу, и, возможно, придется заполнить кучу бумажек, потому что мы американские госслужащие… Нормально поспать не удастся еще долго.

— Че-е-е-рт.

Собрав вещи, они сошли с самолета вместе с другими усталыми пассажирами.

В третьем терминале Международного аэропорта Шоу-ду стояла какофония, обычная для огромных транспортных узлов. Венкат и Тедди двинулись к длинной очереди иностранцев, в то время как летевшие тем же рейсом пассажиры-китайцы направились к проходному пункту для граждан Китая.

Венкат занял место в очереди, Тедди пристроился за ним и начал высматривать кафетерий: его крайне интересовал кофеин в любой доступной форме.

— Извините, господа, — раздался голос за их спинами.

Обернувшись, они увидели молодого китайца в джинсах и рубашке поло.

— Меня зовут Су Бинь Бао, — представился он на безупречном английском. — Я сотрудник Китайского национального космического управления. Я буду вашим гидом и переводчиком во время вашего пребывания в Китайской Народной Республике.

— Приятно познакомиться, мистер Су, — ответил Тедди. — Я Тедди Сандерс, а это доктор Венкат Капур.

— Прежде всего нам нужно поспать, — тут же сообщил Венкат. — Как только мы пройдем границу, пожалуйста, отвезите нас в отель.

— У меня есть предложение получше, доктор Капур, — улыбнулся Су. — Вы официальные гости Китайской Народной Республики. Вам разрешено не проходить пограничный контроль. Я могу отвезти вас в отель прямо сейчас.

— Я вас обожаю, — сказал Венкат.

— Передайте Китайской Народной Республике нашу благодарность, — добавил Тедди.

— Передам, — улыбнулся Су Бинь.

— Хелена, любимая, — обратился Фогель к жене. — Надеюсь, ты в порядке?

— Да, — ответила она. — Все хорошо, только скучаю по тебе.

— Прости.

— Ничего не поделаешь. — Она пожала плечами.

— Как наши обезьянки?

— Отлично. — Она улыбнулась. — Элиза без ума от нового мальчика в ее классе, а Виктора выбрали вратарем школьной команды.

— Превосходно! — сказал Фогель. — Насколько я понимаю, сейчас ты в центре управления полетом. НАСА не могло перенаправить сигнал в Бремен?

— Могло, — ответила она, — но было проще привезти меня в Хьюстон. Бесплатный отпуск в Соединенных Штатах. Кто я такая, чтобы отказываться?

— Молодец. А как моя мать?

— Нормально, насколько это возможно, — ответила Хелена. — Случаются хорошие дни, случаются и плохие. В последний раз она меня не узнала. В некотором смысле это счастье. Ей не нужно переживать за тебя, как переживаю я.

— Ей не стало хуже? — спросил он.

— Нет, с твоего отъезда практически ничего не изменилось. Врачи уверены, что она дождется твоего возвращения.

— Хорошо, — сказал он. — Я боялся, что больше ее не увижу.

— Алекс, ты будешь в безопасности? — спросила Хелена.

— Насколько это возможно, — ответил он. — Корабль в отличном состоянии, а после стыковки с «Тайян Шенем» мы получим снабжение, необходимое до конца путешествия.

— Будь осторожен.

— Буду любимая, — пообещал Фогель.

— Добро пожаловать в Цзюцюань, — сказал Го Мин. — Надеюсь, полет прошел хорошо?

Су Бинь перевел слова Го Мина, и Тедди занял второе по охвату панорамы место в обзорной комнате. Посмотрел через стекло на центр управления полетом Цзюцюаня, который очень походил на хьюстонский, хотя Тедди не мог прочесть китайские надписи на больших экранах.

— Да, спасибо, — ответил он. — Ваши люди проявили исключительное гостеприимство. С вашей стороны было очень любезно арендовать частный самолет, чтобы доставить нас сюда.

— Моим людям было приятно работать с вашей передовой группой, — сообщил Го Мин. — Последний месяц оказался очень интересным. Установка американского зонда на китайскую ракету-носитель… полагаю, это было проделано впервые.

— Что лишь очередной раз доказывает — любовь к науке одинакова во всех культурах, — сказал Тедди.

Го Мин кивнул.

— Мои люди особенно отметили трудовую дисциплину вашего сотрудника Митча Хендерсона. Он в высшей степени предан делу.

— Он заноза в заднице, — ответил Тедди.

Су Бинь помедлил, но перевел его слова.

Го Мин рассмеялся.

— Вы можете так говорить, — сказал он. — А я — нет.

— Объясни еще раз, — попросила сестра Бека Эми. — Почему ты должен заниматься ВКД?

— Заниматься, может, и не должен, — ответил Бек. — Я просто должен быть готов к этому.

— Но почему?

— На случай если зонд не сможет состыковаться с нами. Если что-то пойдет не так, моя задача — выйти наружу и поймать его.

— А вы не можете просто подвинуть «Гермес», чтобы состыковаться с ним?

— Никоим образом, — ответил Бек. — «Гермес» огромен. Он не приспособлен для деликатных маневров.

— А почему этим должен заниматься именно ты?

— Потому что я специалист по ВКД.

— Но я думала, ты врач.

— Верно, — подтвердил Бек. — У каждого из нас много специализаций. Я врач, биолог и специалист по ВКД. Капитан Льюис — наш геолог. Йоханссен — системный оператор и специалист по реактору. И так далее.

— А тот симпатичный парень… Мартинез? — спросила Эми. — Чем занимается он?

— Пилотирует МПА и МВА, — ответил Бек. — Кроме того, он женат и имеет ребенка, ты, разорительница семейных гнезд.

— Ну ладно. А Уотни? Чем он занимался?

— Он наш ботаник и инженер. И не стоит говорить о нем в прошедшем времени.

— Инженер? Как Скотти?

— Вроде того, — сказал Бек. — Он чинит вещи.

— Готова поспорить, сейчас это ему очень пригодилось.

— Ты права.

Китайцы выделили американцам для работы небольшой конференц-зал. Тесное помещение было роскошным по стандартам Цзюцюаня. Когда вошел Митч, Венкат трудился над финансовыми сметами и был рад оторваться от них.

— Странные они, эти китайские зануды, — сказал Митч, падая в кресло. — Но сделали хорошую ракету-носитель.