Дело о неприкаянной душе - Сергей Садов

Вскоре все прекратилось. Хлопнула дверь. Только тогда я приоткрыл один глаз и оглядел поле битвы. Вся троица лежала на полу в разных позах и слегка постанывала. Похоже, в ближайшие два дня им даже пошевелиться будет больно.

Я поднялся и огляделся уже более внимательно. Потом подошел к главарю и присел рядом с ним. Тот с трудом приоткрыл заплывшие глаза.

– Убью, – прохрипел он.

Я ласково погладил его по голове и очень нежно проворковал:

– Не получится, папуля. Никак не получится.

– Найду – убью, – опять прохрипел он.

– Найдешь, – пообещал я. – Обязательно найдешь. Мы с тобой обязательно встретимся… лет через тридцать. Впрочем, учитывая род твоих занятий, папуля, мы можем встретиться гораздо раньше. Гора-аздо…

– Кто ты такой? – раздался хрип с другой стороны.

– Да черт я, мил человек, черт, – с прежней ласковостью отозвался я. – Не веришь? Ну и не надо. Ладно, папуля, отдыхай. Тебе сейчас полезен постельный режим.

Отойдя от этого пахана-идиота, я плюхнулся на те нары, что занимал до меня он. Устроился поудобнее и уснул. Хорошо. В конце концов, черти тоже нуждаются в отдыхе.

Проспал я всю ночь. Судя по всему, Леониду Аркадьевичу было совсем не до меня. В камере он появился только на рассвете. Радостно ухмыляясь злобной улыбкой, он распахнул дверь и замер с открытым ртом. Некоторое время изучал побитую троицу на полу, уже почти оклемавшуюся. Потом перевел взгляд на меня. Я сладко зевнул, потянулся на нарах и встал.

– А, привет, Ленчик. Хорошо тут у вас. Я бы еще поспал. Но ведь ты не дашь.

– Ка-ак… Кто… что…

– Э-э… Ленчик, ты не мог бы повторить последнюю фразу? Я что-то не совсем понял, что ты хотел сказать. – Я благовоспитанно смотрел на милиционера честными глазами.

– Что здесь происходит?!! – рявкнул он наконец.

– Где? А, здесь! Да ничего. Тут вот дяди ко мне пристали… Я не говорил вам, что обладаю черным поясом по древнему восточному единоборству «послай всей на»? В общем, пристали тут они. И тогда я ка-ак послай всей на… Одному ногой, второму рукой. А тут еще на меня навалился… Я извернулся и ка-а-ак дам ему кулаком. А тут уже двое вскочили…

– Заткнись!!!

– Ну вот. – Я обиженно всхлипнул. – То рассказывай, то заткнись. Вас не поймешь.

Наверное, если бы у этого Ленчика были мозги, то они сейчас закипели бы, и из ушей повалил пар. К сожалению, с мозгами у него было не очень, и я оказался лишен такого замечательного зрелища. А тут еще этот хам хватает меня за руку и тащит из камеры. Ради приличия я слегка поупирался. Однако Леонид Аркадьевич оказался вовсе не в том настроении, чтобы уговаривать. Он со всей силы дернул, чуть не выкинув меня в коридор. Эх, зря он так со мной. Честное слово, зря. Я оттолкнулся ногами от пола, помогая рывку, предварительно ухватив Леонида за руку. Так что в коридор мы вылетели вдвоем. При этом я умудрился оказаться позади милиционера, впечатав того в стену.

– Ах ты!.. – совсем озверел Леонид. Похоже, он сегодня не с той ноги встал. Я присмотрелся. Нет, не так. Кажется, Ленчик сегодня вообще не ложился. Теперь понятно его настроение. Уставший, невыспавшийся, он шел ко мне в полной уверенности, что местные уголовники уже как следует поучили меня уму-разуму. И что он видит при возвращении? Троих уголовников в разных позах с многочисленными следами побоев и меня, мирно спавшего на нарах. Тут кто хочешь взъярится. А здесь еще я вздумал сопротивляться!!! Он оттолкнул меня в ярости и, уже ничего не соображая от гнева, замахнулся. Ха, с кем он собрался воевать гневом? С чертом? Я с наслаждением впитал его чувства, а потом усилил и направил обратно. Леонид закричал. Его кулак бессильно повис.

– Вот-вот, – кивнул я. – Покричи. Думаю, тебе полезно испытать то, что ты преподносил другим людям.

Однако этот Леня оказался крепким орешком. Может, он был и не слишком умен, но каким-то звериным чутьем понял, кто является виновником его страданий. Он снова взмахнул кулаком и ударил почти вслепую. Он застал меня врасплох. Честно. Иначе я ни за что не стал бы повторять трюк с наковальней. Стыд и позор на мою голову! Я повторился!!! Кошмар!!! Хорошо еще, никто не видел. А Леонид снова завыл. На этот раз от боли в сломанной руке. Я поморщился. Этот крик был свидетельством моего позора. Ладно, некогда переживать. Пора сваливать. Отдохнул – и хорошо. Пора и за работу. Я развернулся и твердой походкой направился к выходу. Вовремя встал за дверь, когда мимо меня прогрохотала сапогами парочка дежурных, спешащих на крик многонеуважаемого Леонида.

Выйдя в вестибюль, я уверенно зашагал к дежурному. Вежливо кивнул.

– Эй, мальчик, ты откуда?

– Да так, гуляю.

– Как это гуляешь? – не понял дежурный.

Я пожал плечами.

– Как обычно гуляют? Ножками. Там у вас черный ход открыт. Я и увидел. Дай, думаю, зайду. Дяденька, – перешел я на шепот. – Я ведь милиционером хочу стать. Вот и зашел. Вы не покажете мне тут все?

– Чего? Парень, а ну вали отсюда, пока родителей не вызвал.

Я надулся.

– Ну вот вечно так. А может, все-таки покажете? Где у вас тут лаборатория? Дактилоскопия разная и все такое прочее? Это ведь так интересно!

Дежурный выскочил из-за стойки и чуть ли не силком потащил меня на выход. Я упирался.

– Дяденька, ну пожалуйста!!! Ну, давайте погуляем?!! Покажите мне тюрьму!!! Дяденька, я ведь на самом деле из камеры удрал!!! Вам попадет, если вы меня выпроводите.

– Ага, конечно! – ехидно кивнул дежурный, выталкивая меня за дверь. – А ну, марш отсюда, и чтоб я тебя больше здесь не видел.

Я согласно кивнул.

– Раз так хотите, то больше вы меня здесь не увидите.

Я несколько секунд постоял у захлопнувшейся перед носом двери. Потом усмехнулся. Люди! Как легко с ними. В отделении поднялся какой-то шум. Я поспешно накинул морок и встал в сторонке. Из двери выскочил Леонид, держась за сломанную руку. Следом семенил дежурный.

– Где он?!! – орал Ленчик. – Где этот сопляк?!!

Дежурный оправдывался.

– Да кто ж знал, что он с тобой?! Сам его отпустил, а теперь на меня валишь!

– Я отпустил?!! А это ты видел?! – Леонид сунул под нос дежурному свою кисть. – Ты бы не отпустил?

– Ну а я при чем? Я-то откуда знал?

Леонид с досады сплюнул.

– Ну и где теперь его искать?!

Дежурный лишь пожал плечами. Потом развернулся и направился в отделение.

– И вообще этот мальчишка не по нашей части. Пусть им занимаются из детской комнаты. Мы-то при чем?

Я бы мог при желании объяснить, при чем. Только, боюсь, он мне не поверит. Вот всегда так. Когда врешь – верят. Стоит начать говорить правду, так сразу все поднимают крик об обмане. Ну и ладно. Главное – мне удалось нейтрализовать двух людей неизвестного пока Босса в милиции. Как бы то ни было, но от этой парочки ему теперь мало пользы. Конечно, чертям запрещено действовать напрямую… я действовал на грани фола. И, как я подозреваю, по возвращении в Ад директор школы мне многое выскажет по поводу моих теперешних действий. Выскажет в том случае, если я проиграю. Победителей, как известно, не судят. Значит, надо победить.