Любовь без права выбора - Елена Малиновская

За моей спиной стоял Абальд. Впрочем, Абальд ли? Целителя сейчас было не узнать. На его губах играла настолько самоуверенная и жесткая ухмылка, что мне стало не по себе. Что это с ним? Такое чувство, будто я вижу перед собой совсем другого человека. Не робкого и милого Абальда, боящегося даже собственной тени, а могущественного мага, способного этими тенями управлять.

— Ну вот и конец игры, — проговорил он.

Даже голос у него сейчас был совсем другой! В нем звучали непривычные сталь и лед, и я опять поежилась. Неужели он угодил под чьи-нибудь чары? Но он находится в этой комнате всего минуту, может быть две, не больше! Кто бы мог зачаровать его за столь короткий промежуток времени? И куда делись Гарольд и та женщина, столь пугающе похожая на меня?

— А ты не верил, что все сработает, — ответил Абальду незнакомый женский голос.

Тотчас же в комнате вспыхнули сразу несколько магических искр, веером слетев с пальцев целителя. Я приглушенно ахнула и торопливо зажмурилась — настолько больно огонь резанул глаза. Но почти сразу усилием воли заставила себя открыть их и оглядеться.

При свете эта комната выглядела куда менее таинственно и пугающе. Она представляла собой нечто среднее между спальней для гостей и рабочим кабинетом. Около окна — письменный стол, заваленный пыльными бумагами, к которым явно слишком давно никто не прикасался. Несколько кресел, стоявших полукругом около него. Книжный шкаф, полки которого были девственно пусты. Узкая односпальная кровать…

Я гулко сглотнула, увидев Гарольда. Некромант лежал на кровати, широко раскинув руки. В первое мгновение я решила, что он умер, поскольку Гарольд устремил немигающий взор в потолок. Но потом я уловила едва заметное дрожание его ресниц. И уже после этого заметила тончайшие зеленые нити какого-то заклинания, удерживающего его на месте.

Подле некроманта сидела та самая женщина, которая чуть ранее пригласила его войти сюда. При виде ее я опять сглотнула вязкую от волнения слюну. Я могла бы поклясться, что вижу перед собой Хельгу, погибшую жену Гарольда, правда, повзрослевшую на несколько лет. Даже тонкий шрам, уродующий ее щеку, был на месте.

— Что все это значит?

Мой голос прозвучал до омерзения тоненько. Словно писк полузадушенной мыши. Я кашлянула и попыталась продолжить уже увереннее, правда, вряд ли мне это удалось.

— Абальд, что происходит? — спросила я целителя, решив обратиться именно к нему.

Я никак не могла понять причин столь радикальных перемен в нем. Буквально только что он был совершенно другим человеком! Куда только подевалась его обычная мягкость, куда исчезло затравленное выражение из его глаз?

— Это означает то, что мы наконец-то в финальной точке нашего маленького представления, — с насмешкой ответил он. — Не беспокойся, моя маленькая Хеда. Совсем скоро ты узнаешь ответы на все свои вопросы. Правда, боюсь, истина тебя совсем не обрадует.

Я опять посмотрела на женщину, которая ласково перебирала разметавшиеся по покрывалу волосы некроманта.

— Вы ведь Хельга, правда? — спросила я.

— Ага, Хельга, — спокойно подтвердила она и вдруг шаловливо подмигнула мне, добавив: — Привет, сестренка!

Сестренка? У меня начала болеть голова от отчаянных попыток сообразить, что же происходит.

— Что-то Кеймон задерживается, — между тем с легкой ноткой обеспокоенности проговорил Абальд. — Без него нельзя начинать.

— Скоро придет, — равнодушно отозвалась Хельга. — Наверняка пытается отвязаться от того настырного столичного мага. Принесла ведь этого Норберга нелегкая! Да в такой неподходящий момент!

В голосе женщины послышалась нескрываемая досада. Я вспомнила того мужчину, который заговорил с Кеймоном на крыльце, его светловолосого брата… Возможно, если мне удастся выбраться из комнаты, то они помогут мне. Если Фелан и Норберг действительно прибыли из Гроштера, то они не имеют никакого отношения к здешним интригам и не побоятся пойти против нового королевского наместника. К тому же мне показалось, что это сам Кеймон их опасается.

— Присядь пока, — любезно предложил мне Абальд и кивком указал на одно из кресел, которое словно дожидалось именно меня, выдвинутое в центр комнаты.

Естественно, я не собиралась этого делать. Стоя я чувствовала себя уверенней. И потом, вдруг Абальд отойдет от двери? Тогда существует пусть мизерный, но шанс, что я сумею улучить удобный момент и сбежать…

— Сядь! — устав ожидать от меня хоть какого-нибудь действия, приказал Абальд, оборвав тем самым мои заполошные размышления.

О, каким голосом он это сказал! Нет, Абальд не закричал на меня, даже не повысил тона, но в его интонациях я вдруг уловила отчетливое змеиное шипение. Помнится, именно так говорило совсем недавно со мной то чудовище, которое я ненароком вызвала своей кровью в кабинете Гарольда.

Спокойное безмятежное лицо целителя вдруг пошло рябью, будто через его кожу что-то пыталось прорваться наружу. Я попятилась от этого пугающего зрелища, не сводя с Абальда испуганного взгляда, налетела на злополучное кресло и чуть не упала на пол. Буквально рухнула на сиденье и трясущимися руками вцепилась в подлокотники, силясь хоть немного умерить дрожь.

— Так-то лучше, — удовлетворенно произнес Абальд, и на его губах заиграла легкая усмешка.

— Зачем пугаешь ее раньше времени? — укоризненно проговорила Хельга, продолжая гладить Гарольда по голове. Добавила с непонятным предвкушением: — Ей и так сегодня придется через многое пройти и многое испытать.

Оптимизма мне это обещание не добавило. Напротив, в жарко натопленной комнате меня кинуло в дрожь. Что все это значит?

— Если ты Хельга… — начала я и тут же замолчала.

Из-за волнения и страха голос по-прежнему отказывался служить мне. Я кашлянула раз, другой, потом повторила попытку.

— Если ты Хельга, то кто погиб три года назад? — спросила я, глядя на женщину.

— Служанка, — честно ответила она. — Найра. Глупышка тогда не задержалась в деревне, а, напротив, вернулась пораньше, поскольку к тому моменту, когда она приехала к матери, та уже пару дней как скончалась. И это оказалось весьма кстати для меня.

Я вспомнила слова Гарольда о том, что тело его жены было обезображено до неузнаваемости. Помнится, он сомневался, Хельгу ли он видел. Что же, получается, его сомнения были более чем обоснованы. Но каким образом Хельга изменила внешность?

— А… — вопросительно протянула я, но тут же осеклась.

Хельга, улыбаясь, провела раскрытой ладонью по своему лицу. И тотчас же ее внешность на глазах стала меняться. Кожа покрылась морщинами, глаза изменили цвет, из синих став темно-карими, почти черными. Волосы подернулись патиной седины. Миг, другой — и на меня с привычной лукавой усмешкой посмотрела Найра. Почти сразу же ее внешность вновь стала меняться. И еще через несколько секунд Хельга вернула себе прежний облик.