Тактильные ощущения - Сергей Слюсаренко

— Танильга, не надо. Все ещё образуется.

— Ничего не образуется.

— Почему так пессимистично? Думаешь ваш… ну эти на выборах перепобедят и все пригребут к рукам?

— Нет, не успеют. Ты их остановишь. Я тебе помогу.

А потом я сделал совсем неожиданное. Сдернув перчатку, я взял Танильгу за руку. Молча мы шли по тропинке к нашему убежищу. Хотелось надеяться, что скоро мы сможем вернуться в свои дома.

— Иди спи, — я захотел ещё побродить по снегу. Один.

— Да, конечно. Приходи, — кротко ответила Танильга, закрывая дверь дурацкой телефонной будки.

— Ты понимаешь, что сейчас произошло? — я вздрогнул от голоса у меня за спиной. Ну, конечно, Аякс. Кто ещё появляется так внезапно?

— Что-что? Дерьмо произошло. И происходит! Она просит о невозможном, — я действительно был, мягко говоря, в растерянности.

— Женщины часто просят невозможного. Даже чаще, чем ты можешь ожидать, — Аякс развернулся ко мне спиной и зашагал прочь.

— Ну пошли, погуляем, — позвал он, видя, что я не двинулся. — Ночь какая! Когда ещё такое увидишь? И не стой, ноги мерзнуть будут. Небось с девочкой не быстро шагал, уже и пальцы онемели.

— Ничего у меня не онемело, — затряс я рукой без перчатки.

— На ногах пальцы. Вот так надо, — Аякс начал размашисто двигать ногой, показывая, как надо согреться. — Ох уж эти мне партизаны.

— Сам партизан. Вечно появляешься, как из секрета, — парировал я, повторяя движения Аякса.

— Так вот, — продолжил Аякс, когда мы опять топали по снегу вглубь леса, как несколько минут назад с Танильгой, — ты её послушай. И сделай, как она скажет.

— Но ты ведь знаешь, Бабаев мне говорил — ещё одно такое снятие блока, как я сделал с Саймоном — и все! Я в лучшем случае в простого человека превращусь. Я же ни на что способен не буду?

— А то простые люди ни на что не способны… — пробормотал Аякс.

— Но ведь ты сам говорил про мое предназначение, про то, что мне дано, про мой дар! — меня несло. Даже себя стало жалко.

— О! Ты уже категориями заговорил, прямо мессия! А дар… Неужто ты и вправду знаешь, что есть дар? Твой, например, —Аякс, шагая, дышал очень глубоко, как будто и простудиться не боялся. И был похож на Деда Мороза.

— Ну, а то, что я могу блок этот снять, разве не дар? — я даже обиделся слегка, Аякс как всегда говорил загадками.

— Классический вопрос. Что есть дар человека и его предназначение. Думаешь, эти твои невербальные посылы, эти твои трюки со стрельбой… Или блоки. Считаешь это даром — употреби! — Аякс даже остановился и при последних словах ткнул впереди себя кривой палкой, помогавшей ему в ходьбе.

— А потом что? Ну угроблю я Танильгу, ну потеряю я все, что умел. Как я главное дело до конца доведу?

— А что такое главное дело? Танильга любит тебя! Как умеет. Как умеет любить человек, который оберегает тебя уже в черти каком поколении. Как человек, видевший столько, что ты и представить не можешь, зла, ненависти, предательства. Я вообще что-то не то говорю… Фигня какая-то получается.

— Но ведь она погибнет от этого! Ты что, не понимаешь?! — я, по крайней мере, не понимал, зачем ей эти все чувства на мгновение?

— Любовь всего и на мгновение. Слушай её.

— Кого?

— Тебе решать.., — Аякс зашагал по тропинке так быстро, что у меня не оставалось никаких шансов угнаться за ним.

Совсем уже в прострации от этих дурацких разговоров я стал елозить рукой по железной двери в попытке открыть её и войти внутрь.

— Да, кстати, — опять прямо за спиной раздался голос Аякса. Вот же неугомонный старик, обожает эффекты, — ты что думаешь, что каждый раз снятие блока — это как у тебя было с Саймоном? Типа явление в огне со стойким запахом серы?

— Ты о чем? — не понял я. — Какая разница, как происходит? Дело в результате.

— О! Так ты не рассчитывай, что поймешь что-либо. Кстати. От тебя самого и не зависит то, чем кончится твое общение с одним из них. Вон сегодня, погулял и снял все блоки с девочки. И сам не заметил, — по-моему, Аякс все-таки сбрендил.

— Как снял?

— А вот так, — он дунул на варежку, на которой лежала кучка снега. Снег поднялся облачком с его ладони. Слишком большим, чтобы быть просто снежным. Когда оно развеялось, никакого Аякса рядом не было.