Ледяная смерть - Дмитрий Лазарев

– Кто еще там? – раздраженно откликнулся он.

– Это Изолар…

Вот это да! Совпадение воистину знаменательное! Ведь вряд ли кто из эдемитов мог знать больше о Каладборге, чем Изолар, бывший наблюдателем в Фар-Сорне как раз в те времена. К тому же эдемит был обязан Пириэлу, так как именно он помог Изолару спастись от гибели при коллапсе пяти миров. Сейчас Изолар служил в подчинении у Альтенарда, что для Пириэла было весьма кстати: время от времени тот поставлял ему информацию о делах и замыслах его главного противника в Совете Высших. В общем, объявился эдемит необычайно вовремя. Тон Пириэла резко подобрел.

– Рад тебя слышать! – любезно произнес он. – Какие-то новости?

– Очень серьезные, Высший Пириэл. Можно я перемещусь?

– Давай.

Когда Изолар материализовался перед ним, Пириэл с удивлением отметил, что тот сам не свой от волнения. Это было странно, – последний раз Пириэл видел его таким именно в те страшные дни Гибели пяти миров.

– Рассказывай, что случилось.

– Это связано с Фар-Сорном…

Еще одно совпадение? Как же! Расскажите это моей бабушке, как говорят местные. Сам Пириэл не понимал, что такое бабушка, так как у эдемитов другая система родства, но смысл поговорки улавливал прекрасно. Она означала: «Только наивный человек может в это поверить!» Высшему не очень нравилось участвовать в игре, которую вел с Судьбой кто-то другой, но пока цели игрока совпадали с его интересами, почему бы и нет?

– Продолжай.

– Один из двух артефактов, из-за которых погибли те миры, появился в Пандемониуме.

У Пириэла внезапно пересохло в горле:

– Какой?

– Корона Мертвых.

Ну конечно! Это же было очевидно! Если Безликий хочет возглавить армии Серых Пределов, ему для этого понадобится адское творение некроманта Балендала. Если она еще не в его руках, есть шанс перехватить ее.

– Где?

– В Карибском бассейне.

– Альтенард в курсе?

Изолар опустил голову.

– Да, я доложил ему.

Пириэл заскрипел зубами:

– Это ты… поторопился. Что он собирается делать?

– Он хочет перехватить ее в одиночку.

– Ну разумеется! – саркастически промолвил Пириэл. – Великий и могучий Альтенард не нуждается в помощниках! А уж тем более, не будет делиться славой и властью!

– Если Короной завладел опытный маг, он может и проиграть…

– Мы этого не допустим, – сказал Пириэл с кривой усмешкой. – Мы не оставим нашего собрата в беде! Немедленно отправляемся туда! Ты меня поведешь.

И оба эдемита дематериализовались.

* * *

Сан-Хуан. Пуэрто-Рико

Джек Форрестер залпом опустошил рюмку виски и тут же ее снова наполнил. Мэри положила ладонь ему на запястье, мягко, но уверенно не позволяя поднести рюмку ко рту.

– Джек, может, хватит? Нам пора уезжать! Возьми себя в руки!

Боль, которую он тщетно пытался залить спиртным, как в зеркале отражалась в ее печальных глазах. Она знала, что ему плохо… очень плохо, но предчувствие неотвратимой, страшной беды не покидало ее и заставляло торопиться с отъездом. Зловещая Корона, тщательно упакованная, лежала в ее сумке. Здравый смысл подсказывал, что от нее ничего хорошего ждать не приходится, но нечто другое, более властное приказало голосу разума заткнуться.

– Ты не понимаешь, Мэри! Хосе для меня был ближе, чем брат. Мы вместе выросли и дружили с пяти лет. А теперь эти чертовы твари разорвали его на куски! Это несправедливо!

На его глазах выступили слезы.

– Море было его жизнью, Джек. В море он и упокоился. Я представляю, как тебе тяжело. Как только мы вернемся в Чикаго, ты можешь обойти все окрестные бары, и я буду тебя сопровождать, если захочешь, но сейчас послушай меня! Его уже не вернуть, но мы-то еще живы… пока живы.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Та Корона, что мы нашли в трюме корабля – очень непростая вещь. В ней заключено немалое могущество, а значит, за ней ведут охоту серьезные силы. Я это чувствую. Нет, даже знаю!

– Откуда?

– Понятия не имею. Какое-то шестое чувство. Наверное, это ОНА подсказывает.

– Может, лучше избавиться от этой штуки?

– Рада бы, но не могу.

– Почему?

– Не могу и все. Что-то не позволяет мне сделать это.

– Тогда какой смысл в бегстве? – мрачно произнес Джек. – Если эти силы так могущественны, они нас везде достанут.

– Не факт. Здесь нас запеленговали, что сделать посреди моря нетрудно, но в многомиллионном Чикаго легче скрыться. Там полным-полно адептов, усмирителей и тому подобного. Мы сможем залечь на дно. Но если мы не успеем сбежать, я не дам за наши жизни и пяти центов. Поторапливайся, милый, умоляю тебя!

– Ладно, все, – он опрокинул последнюю рюмку в рот и решительным движением закрыл бутылку. – Поехали.

Он поднялся с места и взялся за уже собранные Мэри сумки, когда их ослепила яркая вспышка света. Когда зрение вернулось, стало очевидно, что они в комнате уже не одни. Незнакомец был высок и, по-своему, красив. Белые длинные волосы до плеч, резкие, мужественные черты лица, очень бледная кожа. Выглядел он лет на сорок, но его возраст выдавали жуткие холодные глаза, древние, как Вселенная.

– Вы куда-то собрались, дорогие мои? – небрежно поинтересовался нежданный гость. – Не так быстро! Сначала мы решим вопрос с одной вещичкой, которая вам не принадлежит.

– Да кто вы такой, черт возьми? – возмутился Джек. Хмель мгновенно слетел с него.

– Если я не ошибаюсь, нас посетил эдемит, Джек, – напряженно промолвила Мэри.

– Догадливая девочка! – холодно усмехнулся гость. – Однако, у меня нет времени на праздные разговоры. Мне нужна Корона! И не надо притворяться, что вы не понимаете, о чем речь: я вас вижу насквозь!

Мэри замерла в нерешительности.

– Я жду! – поторопил ее эдемит. – Эта вещь – источник большого зла. Она может погубить весь наш мир, если попадет не в те руки. А у вас, извините, ее кто угодно может отобрать. Так что лучше отдайте ее мне!

– А откуда нам знать, что ваши руки – те? – смело спросила Мэри.

– Вам придется поверить мне на слово. Если не доверять эдемитам, то кому же еще?

– Слабоватые гарантии, – криво улыбнулась Мэри.

– Ну, что же, вы сами меня вынудили! – процедил эдемит.

В следующий миг его глаза превратились в озера серебристого света. Мэри не могла оторвать от них взгляда, и в этом свете начала растворяться ее воля. Внезапно пришедший со стороны голос, словно злой холодный ветер на время отогнал этот серебряный дурман: