Сияющие высоты - Катарина Макги

Конечно поможет! На аферу оставалось меньше двух недель, прежде чем Атлас уедет в Дубай. Если только Каллиопа не последует за ним, что в ее планы не входило.

Каллиопа предложила посетить бутики верхних этажей, но Атлас привел ее сюда. Атмосфера здесь действительно была уютной и праздничной. Над головой, словно танцующие светлячки, летали красные и зеленые фонарики. В бесконечных рядах палаток можно было найти что угодно, от дешевых вычурных щипцов для орехов и механических игрушек до дорогих украшений и сумок «Сенрив» последней модели, которые сжимались или увеличивались по необходимости. Каллиопа прижала к груди свою любимую сумочку «Сенрив». Под сапогами хрустел снег, сделанный из охлажденной велерио-жидкости, который не таял и не пачкался. По углам он даже скатывался в шарики, выращивая снеговиков с пуговичными глазами.

Вместе с Атласом они понабрали уйму подарков, и покупки парили впереди них на ботах-разносчиках. Рынок был первоклассным, но, в отличие от бутиков, здесь не отправляли покупки на дом. Каллиопа и не возражала. Она с восторгом наблюдала, как перед носом прыгают пакеты, и шла за ними, словно ребенок на прокси-поводке.

– Кажется, я знаю способ заманить Калли Браун куда угодно. – Атлас словно прочел ее мысли. – Нужно просто отправить впереди бота с покупками.

Каллиопа засмеялась оттого, что так откровенно попалась:

– Рада, что ты привел меня сюда. – Она наградила Атласа ослепительной улыбкой.

– И я рад, – тихо ответил он.

Завернув за угол, они наткнулись на скопление людей возле одной палатки. Каллиопа с любопытством шагнула вперед – она обожала попадать в самую гущу событий, – но возгласы и визг детей раскрыли интригу прежде, чем она увидела головывеску.

В палатке лаяли лохматые щенки с праздничными красно-зелеными ошейниками. Вечные щенята – собаки, чью ДНК изменили так, чтобы они никогда не взрослели. Вокруг них кипела шумиха – иные утверждали, что противоестественно и жестоко лишать живое существо полноценного цикла развития. Каллиопе же казалось, что неплохо всю свою жизнь оставаться молодым и вызывать всеобщий восторг.

Ее взгляд задержался на одной собачке – терьере с блестящей шерсткой и ярко-розовым языком. На мгновение Каллиопа представила, как везет щенка домой. Она назовет его Гэтсби, в честь персонажа романа, который прочла в сингапурском пансионате, – и это была единственная книга, которую она дочитала до конца. Каллиопа будет носить его в сумочке, кормить лакомствами и…

Она непроизвольно ахнула. Маленькая девочка схватила Гэтсби и передала своему отцу. У Каллиопы возникло странное желание крикнуть, чтобы они остановились, отпустили щенка, но она подавила этот порыв. В ее роскошной кочевой жизни не было места для собаки.

– Что с тобой? – Атлас заглянул ей в лицо.

– Ничего. Идем дальше.

Лишь бы он не заметил дрожи в ее голосе.

Атлас кивнул.

– Не знаю, как ты, но мне нужно подзарядиться глюкозой, – объявил он, поднимая взгляд на пасмурно-серый потолок. – К тому же обещали снегопад. Как насчет горячего шоколада?

– Горячий шоколад! Классная идея! – согласилась Каллиопа, все еще пораженная своим тоскливым настроением.

Они прошли к прилавку с какао, который находился под ледяной глыбой катка – главной достопримечательности парка, подвешенной в десяти метрах над землей. Пространство под катком кипело народом: там топтались покупатели и туристы, оставляя следы от сапог на огромном снежном ковре с серебристыми прожилками. По периметру бара стояли горшки с красными цветками пуансетии.

– Два больших стакана горячего шоколада с двойной порцией маршмеллоу и взбитыми сливками, – сказал Атлас раздаточному боту.

Радостно вздохнув, парень перекатился на пятки. Сверху, минуя огромную тень парящего катка и силуэты фигуристов, струился мягкий приглушенный свет.

Каллиопа одобрительно усмехнулась:

– Ты ничего не делаешь вполсилы, так ведь?

Когда прибыл горячий шоколад, оба посыпали его сверху мятными хлопьями.

– Еще раз спасибо. Не знаю, что бы я делал без твоей помощи.

Атлас отпил какао, и над его верхней губой остались нелепые усы от взбитых сливок. Каллиопа решила ничего не говорить. Как скоро он заметит это сам?

– Без меня ты бы не нашел таких замечательных подарков, – заявила она и поняла, что они кое о ком забыли. – Эйвери! – прикрыв рот ладонью, сказала Каллиопа. – Мы ничего не купили для Эйвери!

Вдвоем они выбрали подарки для родственников и друзей: красивые свитеры с вышивкой, парфюмированные кремы для рук и восхитительный лазерный осветлитель последней модели для тетушки из Калифорнии. Как они забыли про его сестру, ведь именно за счет Эйвери Каллиопа могла показать свои таланты? Она сосредоточилась, перебирая в голове различные идеи: нужно что-то редкое и изысканное, способное впечатлить девушку, у которой и так уже есть все на свете.

– Не переживай. Для Эйвери у меня кое-что припасено.

Каллиопе показалось, что Атлас немного смутился.

– И что же? – с любопытством спросила она: выбор подарков для семьи мог многое рассказать о парне.

– Старый постер с видом Нью-Йорка три сотни лет назад.

– Постер? – От растерянности Каллиопа сморщила нос.

– Это рисунок чернилами на бумаге. Чтобы вешать на стену. Как инстафото, только неподвижное.

«Какая-то бумага», – подумала Каллиопа, потеряв всякий интерес. Не будь Эйвери Фуллер такой богатой и красивой, никто не захотел бы иметь с ней дело, потому что она настоящая зануда.

По другую сторону стойки компания ребят, все в безвкусных желтых свитерах, издала радостные возгласы. Вероятно, футбольные фанаты следили за игрой на линзах, а их команда только что забила гол.

– Ты ведь едешь на открытие в Дубае? – спросил Атлас, когда шум стих.

Каллиопа сделала глоток шоколада, чтобы выиграть время. Напиток был горячим, с приятным сливочным вкусом, а на языке лопались сладкие пузырьки.

Конечно, ей хотелось поехать. Подобные мероприятия прекрасно подходили для афер: соберется много незнакомых людей, а после нескольких бокалов гости утратят бдительность.

Да и сама вечеринка обещала быть искрометной.

– Я не приглашена, – призналась Каллиопа, следя за реакцией Атласа.

– Серьезно? Тогда поехали со мной.

Грудь Каллиопы сдавило от радостного предвкушения. Что он имел в виду? Приглашал ли ее в качестве друга или девушки? Темно-карие глаза Атласа оставались непроницаемыми.

– С радостью, – сказала Каллиопа.

Стоило выйти из-под парящего катка, как сверху посыпались крохотные серебристые снежинки и стали оседать на волосах Атласа и его темном свитере. Снег был искусственный. Каллиопа высунула язык, ловя холодные и хрупкие хлопья, – как делала в своем лондонском детстве.