Король и спасительница - Кристина Выборнова

— Соня.

Негромкий, но озабоченный королевский голос, раздавшийся прямо надо мной, вырвал меня из очередного кошмара.

— А?! Чего?! — с испугу рявкнула я, приподнимая голову и тараща глаза на маячащее вверху королевское лицо. Лид успокаивающе положил руку мне на плечо.

— Ничего. Ты кричишь.

— А… Это мне кошмары снятся. Извини, если разбудила… И вообще мне после всех этих приключений как-то нехорошо и трясет.

— Мне тоже, — сказал Лид, по своему обыкновению уселся мне чуть ли не на ноги и чихнул.

— Будь здоров, — пожелала я машинально. Король, еще не изучивший эту фигуру речи, ответил на нее буквально:

— Потом, может, и буду, но сейчас навряд ли, — и чихнул еще раз.

— Кто-то говорил, — заметила я тоже несколько насморочным голосом, закладывая руки за голову, — что высокородные не подвержены болезням.

— Наверное, у вас более агрессивные… — Лид помолчал, вспоминая слово. — Микробы.

В подтверждение своих слов король чихнул еще раз.

— Некогда мне с тобой возиться, — забубнила я. — У самой сейчас сил нет, саму трясет…

— Я и не прошу возиться со мной.

— Выпей чего-нибудь горячего и вообще погрейся, — все же посоветовала я. — Сделай свой камин посильнее и сиди возле него, авось пронесет… — Тут мне пришлось замолчать и самой набрать воздух для большого чиха.

— У тебя то же самое, — заметил Лид чуть ли не с удовлетворением и поплотнее уселся на моей ноге.

— Слезь с ног, — сказала я сердито, прикрывая нос одеялом. — Ты слон, а не король… И давай лечиться завтра, я спать хочу, ты можешь сам…

Не договорив, я закрыла глаза и провалилась в сон, несмотря на собственный насморк и тяжелого короля, который так и не слез с моей ноги.

Спала я на этот раз безо всяких кошмаров и проснулась довольно поздно — часов в одиннадцать. На ноге все еще что-то покоилось, но не так глобально — она даже не очень затекла. Подергав лодыжкой, я разлепила глаза, глянула вниз и увидела весьма странное зрелище. Оказывается, король так и не отбыл к себе. То ли я, заснув, опять мешала ему какими-то звуками, то ли он тоже быстро задремал, но теперь на моей ноге лежали его голова и подложенные под нее руки, а остальное сползло на пол. Конечно, его колотила дрожь, правда, не особенно сильная, зато мне было жутко жарко. Наверное, он сделал посильнее камин.

Некоторое время я молча смотрела на короля и решала, пошевелить мне ногой или нет. Лид спал с мирным видом, иногда потряхиваясь от своего колдовского озноба, лицо его из-за аристократичной бледности, на которую не повлияло даже голубое солнце, и правильных тонких черт производило впечатление какой-то торжественно-печальной музейности. Скользнув взглядом по его частично лежащим на одеяле волосам и забинтованной руке, подложенной под голову, я опять вспомнила его жуткий фортель с доставанием браслета из кипятка, и мне снова стало так жалко короля, что я хлюпнула. Хлюп получился звонкий, так как простуда моя к утру не совсем прошла. Поспешно прикрыв лицо рукой, я придушила в себе зреющий чих и продолжила раздумывать. Теперь, после наших приключений, у меня появились надежды, что Лид вполне может превратиться в нормального человека. Ведь он же нам помогал, да так, что даже Сьедин назвал его демократом! Это уже кое-что. Теперь мы с Лидом стали душевно гораздо ближе, и если я применю все усилия, буду часто разговаривать с ним на народно-миротворческие темы, то, может быть, он даже…

Тут, увлекшись мыслями об исправлении короля, я в энтузиазме дрыгнула ногой. Лид, чуть окончательно не свалившись от этого на пол, в последний момент ухватился за край кровати и, сонно моргая, выполз обратно.

— Доброе утро, ваше величество, — хихикая, сказала я. — Ты что тут делаешь-то? Неужели так и заснул?

Король огляделся, сфокусировал на мне глаза и с достоинством встал, убирая волосы с лица и стряхивая какие-то пылинки с рубашки. Почистившись, он соизволил, наконец, ответить и на мой вопрос довольно хриплым голосом:

— Да, так и заснул — наверное, не рассчитал силы.

— Какие силы? Чтобы дойти до кровати?

— Силы при колдовстве, — объяснил Лид и взмахом руки погасил жарящий камин. — В королевстве Долгой Ночи мне приходилось тратить их помногу, и от этого, бывает, начинаешь неожиданно и быстро засыпать. Это свойство колдунов.

— Высокородных?

— Любых, — порадовал меня Лид демократичным ответом, достал откуда-то позолоченный гребень с завитушками и принялся медленно причесываться. Я, подобрав ноги, уселась на постели, достала щетку и занялась тем же самым. Периодически то король, то я издавали громкий чих и шмыгали носами.

— Мда, похоже, наша простуда не прошла, — сказала я, чихнув в очередной раз. — Как себя-то лечить, я хоть знаю, а вот чего тебе дать…

Лид махнул рукой.

— Можно то же самое. Или вообще ничего не давай, должно само пройти, у высокородных чистая линия, на нас все заживает быстрее и проходит без осложнений. Вот рука моя уже почти зажила.

— Не потому ли, что руку твоей чистой линии моя грязная линия намазала противоожоговой мазью? — проворчала я и встала. — Я в комнату, а ты тогда через входную дверь прибывай, как обычно.

Родственники мои уже были на ногах и встретили меня дружным шмыганьем носами. Натка, видимо, уже успела проснуться и уйти к себе домой. Леня листал телик, завернувшись в шарф, Маришка мелко чихала, а Ира, покашливая, замазывала себе тоналкой синяки под глазами.

— Привет, — хрипло сказала я.

— Привет, Сонечка, — отозвалась сестра таким же хриплым голосом. — ужас, представляешь, мы все простыли. Или инфекцию какую-то подхватили, я не знаю… Ты тоже кашляешь?

— Угу.

— Ну, значит, инфекция… Мне еще такие дурацкие сны всю ночь снились! Такая путаница в голове теперь… У Лени, вроде, тоже были какие-то кошмары.

— Не помню, — проворчал Леня в шарф.

— …Да и Маришка все ворочалась и ворочалась. И теперь рассказывает мне что-то про злых колдунов.

— Да, меня превратили… — начала выкрикивать Маришка, но тут, к счастью, раздался громкий звонок в дверь. Я пошла открывать и впустила короля.

Семейство отнеслось к нему по-свойски. Леня кивнул, а Ира сказала:

— Привет, Лид.

Король кивнул тоже и уместился на диван рядом со мной. Тут на лицо моей сестры набежала какая-то тень, она посмотрела на короля нехорошо пристальным взглядом. Я напряглась. Но Ира вдруг хрипло рассмеялась:

— Слушай, до меня только сейчас дошло, что тебя не Леня зовут! Что же ты нас не поправлял?

Лид пожал плечами.

— Меня не волнует, как меня называют… — конечно же, он хотел добавить «простолюдины», но не стал.

— У него такое сложное имя, что он привык, — объяснила я с улыбкой.