Любить нельзя ненавидеть - Ольга Герр

— Только не надо прикрываться любовью к ребенку.

— Не буду.

— И кому ты передашь благодать? — поинтересовался Двэйн.

Корвин повернулся к Лэе:

— Что скажешь? Станешь теургом?

После долгих обсуждений именно Лэю мы с мужем выбрали на роль сосуда для благодати и главы Золотого клана. В ней течет чистейшая кровь Золотых, что редкость. К тому же мы знали ее и могли доверять. Да и сама Лэя намекала, что не против стать теургом.

— Вздумал превратить мою жену в мага? — загрохотал Двэйн. — Решил так мне отомстить? Нет уж, Лэя на это не пойдет. Если тебе так необходим подопытный, бери меня.

— Ты не подходишь, — опустил его Корвин с небес на землю.

— Почему это?

— У тебя глаза карие.

— И что с того? Ты как будто женщину себе выбираешь, а не теурга.

В отместку за дерзость Корвин прочитал Двэйну длинную и нудную лекцию о чистоте крови. Мы с Лэей чуть не задремали, а бывший повстанец многое переосмыслил понял, что с Корвином лучше не спорить. Заболтает до смерти.

— Довольно, — в итоге вмешалась Лэя. — Четырем сторонам света необходимы кланы. Я стану теургом.

После споров, которые продлились несколько дней, Двэйн покорился, и мы провели обряд, превратив Лэю из обычной девушки в теурга. Благодати взяли чуть-чуть, прямиком из пропасти вокруг Замка. Земля даже не почувствовала, что у нее что-то забрали. Зато у Золотого клана появилась глава.

Лэя быстро постигала науку управления духами. Уже через пару месяцев она и Двэйн отбыли в Янтарный чертог, заниматься восстановлением клана. И вскоре оттуда пришла радостная весть — Лэя нашла сокровищницу последнего главы. Значит, Янтарный чертог принял ее. Все складывалось крайне удачно.

Теперь Корвин искал кандидатуру на роль главы Красного клана. С этим дела обстояли хуже. Чистокровных Красных почти не осталось. Поиски затянулись, но мужу пришлось их отложить. Вот-вот должен был родиться наш первенец.

* * *

Корвин ожидал новостей о благополучных родах, стоя на балконе и глядя на небо Мрачных земель. Время тянулось бесконечно долго. Наконец, явился слуга. Бледный как простыня, он переминался с ноги на ногу.

У Корвина сердце екнуло. Что-то стряслось с Эйвери или ребенком? Неужели благодать не помогла ей благополучно родить?

— Говори, — велел он осипшим голосом.

— Миледи Эйвери родила мальчика, — слуга склонил голову, избегая его взгляда. — Ребенок принадлежит к Серому клану.

Корвин едва не расхохотался. Понятно, чего так испугался слуга. Сообщить главе клана, что кровь женщины оказалась сильнее, не каждый осмелится. Эйвери мечтала возродить свой клан и вот результат. Его жена всегда добивается, чего хочет.

В прежние времена Корвин пришел бы в ярость. Но то раньше. Сейчас же его волновало только одно:

— Они в порядке?

— Мать и дитя здоровы и чувствуют себя хорошо, сир, — кивнул слуга.

— Благодарю за добрую весть, — он похлопал мужчину по плечу и посмотрел на небо.

Небосклон медленно и величественно пересекала огненная стрела, оповещая мир о рождении теурга.