Вербера. Ветер Перемен - Дарья Быкова

Знать бы, что с этой девицей делать. Голод шепчет “Выпей. Выпей! Она преступница! Она убийца! Её ждёт казнь, мучительная! Сделай доброе дело, выпей!”…

– Десятерых, – отзывается девица без капли раскаяния. – Они были плохими людьми, поверь. Очень плохими! Они заслужили.

Оправдания её до отвращения похожи на его собственные. Так что теперь Рравеш уверен – выпивать он её точно не станет. В крайнем случае просто убьёт, а лучше бы сдать патрулю…

– Они надругались надо мной, – говорит девица, и паладин понимает, что крыть ему нечем. Кажется, и патрулю он её не отдаст… – Я не тронула их жён, не тронула детей, хотя от детей больше всего силы, я лишь отомстила за то, что они сотворили со мной!

Рравеш просеивает её слова, и не находит в них неправды.

– Ты собиралась убить меня, – говорит он.

Девушка задумывается, и только тут, проанализировав, видимо, своё состояние, понимает:

– Ты… ты – некромант!

Рравеш улыбается одним уголком рта, а девица стонет то ли от разочарования, то ли наоборот – от желания и восхищения. Паладину всё равно.

– У тебя недостаточно сил, чтобы добраться до Кирремии через земли нежити. Тебя прикончит второй, если не первый зомби. На что ты рассчитывала?

– Меня ждёт на границе жених… должен ждать, – опускает голову девушка. – Я… он так часто говорил, что готов умереть за меня… я и подумала, что смогу взять у него немного сил, если потребуется. Не убивая. Конечно же, не убивая, я ведь его люблю…

Слух резануло сомнение – кажется, девушка саму себя спрашивает или пытается убедить. Не любит она того несчастного глупца, что ждёт её где-то там на границе…

– Жениха надолго не хватит, – цинично усмехается Рравеш. – Или кирремийцев в отличие от имперцев не жалко?

Девушка посылает ему полный ненависти и оскорблённого достоинства взгляд, впрочем, получается у неё не очень убедительно. Паладин-некромант чуть давит, и она признаётся:

– Я не собираюсь в Кирремию. Мне нужно лишь завершить ритуал, чтобы не было этой жажды.

– Как его завершить? – спрашивает некромант, чуть ли не задерживая дыхание от внезапно всколыхнувшейся надежды. Неужели… неужели от этого можно избавиться?

– Не знаю! – огрызается девчонка, и паладин разочарованно вздыхает. Верить в сказку, оказывается, хочется в любом возрасте… Девчонка упрямо продолжает: – Но точно можно. У нас был старик в деревне, и все считали его знахарем, но он был некромантом, я видела, как во время прорыва он приказал нежити уйти, и они повиновались, ушли. И книги его видела, которые он прятал… и я знаю, он часто бывал там, за границей, и он был нормальным человеком, абсолютно нормальным! Нужно просто найти его тайник… Помоги мне! Пойдём вместе? Тебя ведь тоже мучает… жажда?

– И припасы… то есть жениха пополам поделим? – вздёргивает бровь Рравеш.

Рассказ девчонки звучит бредово… но что-то не даёт отмахнуться. Может быть то, что она сама так истово верит?

– Не… не смей его трогать! – бледнеет некромантка. Любит она жениха или нет, но совесть, кажется, и в самом деле ещё не потеряла.

Паладин-некромант улыбается. Как заправский злодей:

– Разве ты в том положении, чтобы ставить условия?..

* * *

Девица была молода и, кажется, сильно напугана. Я попыталась примерить на неё роль некромантки, и у меня ничего не вышло. Рыжеватые волосы, веснушки, серо-зелёные глаза. Расцарапанные руки выглядывают из рукавов порядком запачканной рубашки…

– Кристиан, это кто? – полюбопытствовал Арил. – Та самая некромантка, которую разыскивал патруль?

– А ты видишь её связь с Чёрным? – поднимает бровь паладин.

Но я замечаю, как вздрогнула при вопросе девушка, и то, как Рравеш построил ответ… Это определённо именно та некромантка. Интересно, зачем она нам? Или лично ему?

– Вижу слабый потенциал… может, из неё выйдет средняя ведьма. Некромантии не вижу, – отвечает имперский тёмный маг и улыбается девушке. – Как тебя зовут?

– Янна, – отзывается та и несмело улыбается в ответ. Идилия, да и только.

– Кристиан, – негромко говорю я, опережая Иррийну, которая, кажется, хотела сделать то же самое. – Можно вас на пару слов?

Рравеш обозначает поклон и, наполнив только что заваренным чаем две кружки, идёт ко мне. К шатру. Ну да, говорить сподручнее всяко внутри, вот только манёвр с чаем я не очень поняла… а вот клятве этот манёвр как раз очень понравился, я даже невольно поморщилась от вонзившейся в мысли потребности накапать паладину зелья.

Шатёр небольшой, тонкий, но с магически укреплёнными стенками, и даже есть пара полочек. На одну из них Рравеш и ставит кружки.

– О, – говорит он, – простите, Ваше Величество. Я вернусь буквально через пару мгновений.

И выходит. А я стою и пялюсь на кружки. Это вот что такое? Может быть, Рравеш решил меня отравить? Правой рукой вцепляюсь в левую, которая, предательница, так и тянется к мешочку, в котором хранится зелье. Нет, нет, нет! Сначала нейтрализатор, ни одной капли до того, как я получу нейтрализатор! А я всё ещё надеюсь его получить, хоть вампир, подлец такой, и запропал куда-то…

Паладин возвращается с завтраком для меня – каша и бутерброд, но при этом на подходе так топает, что не приходится сомневаться – специально, чтобы я успела подготовиться. Он знает? Не клятва же заставляет его вести себя так по-идиотски? Это ведь моя клятва…

– Какую? – спрашивает Рравеш, взглядом указывая на кружки.

– Любую, – мрачно отзываюсь я. – Хотите, лорд Рравеш, отопью из обеих?

– Не хочу, – говорит паладин. – Я ни при каких обстоятельствах не буду рисковать тобой.

Последняя фраза звучит почти нежно, почти признанием, а уж если ещё польстить себе тем, что “Ваше Величество” он не добавил… впрочем, эта же фраза звучит упрёком. Да ещё каким.

– Что происходит? – тихо спрашиваю я.

Рравеш смотрит мне в глаза и молчит.

– Приходил вампир? – догадываюсь я.

Паладин коротко кивает. Деваться некуда, спрашиваю дальше:

– Что… что-то принёс?

Ещё один кивок. Теперь я выжидательно смотрю на паладина. Что за игры в молчанку, паладин? Ты прибрал к рукам нейтрализатор и поэтому готов пить из любой кружки? Думаешь, я собралась тебя отравить?

– Отдашь?

– У меня нет. У тебя. Там же, где…зелье.

Я тянусь к мешочку, вываливаю два флакона. Два! Зуд в руках становится нестерпимым, не обращая внимания на Рравеша я откручиваю колпачки, капаю по пять капель одного и другого в чай, и залпом выпиваю по крайней мере половину, до того, как паладин выбивает кружку из моих рук.

– Ты что творишь?! – Кристиан держит меня за запястья, и он отчего-то очень зол.