Имя богини - Виктория Угрюмова

Когда кошмарная тварь повернулась к ней своей окровавленной пастью, Каэтана, едва стоявшая на ногах, чуть было не пропустила смертельный удар, но успела уклониться и вонзила меч Гоффаннона в громадный выпуклый глаз.

Грязно-зеленое тело дернулось несколько раз, затем монстр взревел еще страшнее и погрузился под воду, которая моментально окрасилась кровью из глубоких ран.

Каэ села на самом берегу у края воды, дрожа всем телом, и провела холодной рукой по лицу. Она с отвращением смотрела на то, как стая безглазых рыб, привлеченная запахом крови, неслась туда, где бился и метался недавний властитель здешних вод. Она увидела, как великое множество этих хищников ушло на глубину и вскоре зверь еще раз появился на поверхности, извиваясь так, что Каэ даже пожалела его, – рыбы вцепились своими ненасытными пастями в его тело, и он был сплошь покрыт шевелящейся массой. Он издал последний отчаянный вопль и навсегда скрылся в глубинах озера.

Вода в этом месте еще некоторое время волновалась, но затем все успокоилось.

На мокром каменном берегу Каэ пробыла довольно долго, приходя в себя перед дальнейшими действиями. Она чувствовала себя разбитой и постаревшей на тысячу лет, когда, поднявшись на ноги, углубилась в тоннель который виднелся в стене напротив.

– Куда она могла деться? – в сотый раз спрашив Джангарай, нервно ходя взад и вперед по крохотной поляне среди огромных деревьев, обвитых лианами.

Довалонга, бледный и несчастный, сидел прислонившись спиной к стволу и обхватив голову руками. Воршуд» и Бордонкай о чем-то тихо и тревожно переговаривались.

Затрещали кусты, и на поляну выбрались волки-урахаги. Они приняли человеческий облик и заговорили наперебой,

– Нет ее, и следов нет, – сказал Эйя, слегка запыхавшись. – Змеями всюду пахнет.

– И я нашла намек на след, но его перебил запах змей. – Габия сокрушенно пожала плечами и подсела к Ловалонге, пытаясь его утешить.

– Что будем делать? – резко спросил ингевон.

– Еще раз прочешем окрестности, – сказал Бордонкай негромко и решительно. Все с надеждой обернулись в его сторону. – А ничего не найдем – двинемся вдоль Нумнегира к Даргину. Если она жива, пойдет тем же путем.

Ловалонга негромко заетоная, но тут же взял себя в руки.

– Я сам еще раз осмотрю окрестности.

– Только окрестности, а не Тор Ангех, Аллефельд и прилегающие к нему пространства, – предупредил его Джангарай. – Хороши мы будем, если она уже ждет нас у реки.

– А если она попала в руки джатов?..

– Что же делать? – рявкнул Джангарай. – Не знаю, понимаешь, не знаю что!

Еще два часа были потрачены на поиски, которые так ни к чему и не привели. Змеиный запах, говоривший о близости джатов, пугал и настораживал волков, но они не могли с уверенностью утверждать, в какую сторону двигались змеелюди. Они чувствовали следы их пребывания везде.

Потрясенные и растерянные друзья выбрались обратно к руслу Нумнегира и пошли вниз по течению. Вскоре река стала чуть шире и потекла по мягкому песчаному ложу. Девственный лес поредел, и идти по нему ало гораздо легче. Наконец Воршуд высмотрел довольно уютное местечко – около воды высилась небольшая а, точнее, выход скальной породы на поверхность, отором виднелась довольно глубокая пещера, уходившая вниз, словно нора. Около этой пещеры друзья и решили передохнуть перед дальнейшим путешествием, а заодно и обсудить сложившуюся обстановку.

Но не успели они как следует расположиться, как в зарослях напротив раздался шум и треск и послышались отрывистые слова команд. Небольшой отряд из двух десятков людей и джатов окружал пещеру, еще не видя устроившихся отдохнуть друзей. В то же время из глубины пещеры послышался шум боя и крики. И внезапно оттуда, согнувшись, выскочила, вся измазанная в глине исцарапанная и мокрая Каэтана, сжимая в руках окровавленные клинки.

Ее спутники даже не успели как следует обрадоваться или сказать хоть пару слов, как были втянуты в сражение. Урахаги, приняв волчье обличье, рвали джатов на части, не страшась их оружия и острых клыков. Бордонкай, у которого камень спал с души при виде живой Каэтаны, рубил врагов Ущербной Луной, как дровосек, то и дело оглядываясь на госпожу. Ловалонга и Джангарай устроили на радостях форменное побоище, отсекая врагам головы с такой скоростью, что кровь вскоре стала по рукам стекать им на доспехи. Воршуд подсекал противнику ноги своим кинжалом, который заменял ему меч.

Не прошло и нескольких минут, как от большей части отряда противника не осталось никого. Чудом уцелевшие в этой схватке слуги Джоу Лахатала нырнули в заросли и в страхе разбежались.

Оглядев поле битвы, усеянное трупами врагов, Джаягарай утерся рукавом и сказал:

– А теперь и отдохнуть не грех досле трудов праведных.

– Некогда отдыхать, – сурово оборвал его Ловалонга. Он стоял возле Каэтаны, исполненный решимости вообще не спускать с нее глаз во избежание новой разлуки

– Куда же это вы запропастились? – поинтересовался Воршуд. – Тут уже все успели с ума сойти.

– А я к джатам попала, – улыбнулась Каэ. – С6ежала через подземелье. Там меня, правда, чуть не слопала какая-то гадость, но я ее убедила не поступать со мной таким ужасным образом. И уже совсем было сбежала как у выхода натолкнулась на стражников. Двоих убила, а трое погнались за мной.

– Что примечательно, – сказал Джангарай, – рассказ буквально изобилует подробностями, красочными деталями и множеством описаний.

– Будут тебе и описания, – сказала Каэтана и... грохнулась в обморок.

* * *

Они устало брели вдоль реки, когда Джангарай приподнялся на цыпочках, пристально всмотрелся вдаль и вдруг завопил:

– Люди! Разрази меня гром, настоящие люди!!!

– Быть не может, – охнул Воршуд и повернулся к своим спутникам. – Опять разыгрывает. Настроение поднимает.

– Да люди же! – орал Джангарай, не обращая внимания на недоверчивые взгляды.

– Действительно, – сказал Бордонкай, присмотревшись. – Кажется, обычные люди.

– Люди в Тор Ангехе? – спросила Габия. – Да кто же здесь может выжить?

– Человек, знаете ли, везде может выжить, – пробормотал альв. – Поэтому он постепенно выживает с Варда всех остальных существ. Я не удивлюсь, если когда-нибудь он выживет и богов...

Они ускорили шаг и через некоторое время поравнялись с людьми, которые перегораживали русло Нумнегира сетями.

– Боги в помощь, – вежливо поздоровался Ловалонга.

– И тебе, господин, коли считаешь, что боги хоть, в чем-нибудь могут помочь. Не мешали бы – и то ладно.

Спутники переглянулись. Не слишком ли смело говорил рыбак о бессмертных Арнемвенда, – боги ревнивы и мстительны, могут и покарать.

– Не боишься так говорить? – спросил Джангарай у рыбака – крепкого невысокого мужчины лет шестидесяти с окладистой бородой и мощными мускулистыми Руками. Правый глаз его был прикрыт разорванным и не правильно сросшимся веком, отчего лицо приобрело лукавое и насмешливое выражение.