Леди из Ларги-дон - Галина Осень

Прошло двадцать лет.

– Господин алькальд, к вам посетитель, – секретарь склонился в учтивом поклоне.

– Я занят! – рявкнул алькальд, нервно стуча по клавишам нового артефакта, который любимая жена ласково именовала «клавой».

Он ударял по нужным буквам, а текст появлялся сразу на вставленном листе. Нет, как маг. Карлос мог написать текст с помощью стила, но он хотел опробовать артефакт, который Глория с Эрнесто изобрели для немагов.

С помощью этой самой клавы глава Банго пытался сейчас набросать примерный план своей речи на торжественное открытие в Банго университета. Такого учебного учреждения ещё не было в этом мире, но у алькальда была жена из другого мира. Оттуда и идея такого заведения, где по её предложению учились бы дети, не обладающие магией, но желающие получить достойные и уважаемые специальности. Самое интересное, что и в магическом мире такие специальности были нужны: инженеры, конструкторы, агрономы, учителя, врачи, химики и алхимики, математики и физики.

А Глория подбивала его и на открытие других факультетов. Но тут Карлос упёрся: разобраться бы с этими. Набрать преподавателей, опыт, создать учебники, наладить практику – всё это требует времени и знаний. Нет, пока и этого хватит, решил алькальд, яростно теребя клавиатуру механическо-магической машинки. Эрнестово изобретение! Они с Глорией настолько спелись, что могли часами пропадать в лаборатории Эрнесто, соединяя знания и идеи Глории с возможностями магии этого мира. Карлос вновь склонился к своей речи, но от двери раздался мелодичный голосок, и он понял, что продолжить ему сейчас не удастся.

– Отец! Луис требует, чтобы я поступала в столичную академию! Представляешь?! Требует! А я не хочу в Велаш. Я хочу учиться у нас. Мама сказала, что ты всё же разрешил открыть здесь один магический факультет. Вот я там и буду учиться. И ещё на врача. Мама посоветовала, – девушка упрямо сдвинула брови, и Карлос сразу растаял.

В таком виде их дочь – Вероника очень походила на Глорию и отказать ей такие моменты бывший командор просто не мог. Но не сейчас и растаял он не до конца. Иногда и любимой дочери надо отказывать. Но аргументированно, считал алькальд.

– Ника, его высочество совершенно прав. Твой уровень магии довольно высок и тебе нужны преподаватели с таким же высоким уровнем. Нужны полигоны, оборудованные магической защитой. Нужна библиотека с магической литературой. Нужны тренировки с равными соперниками. У нас пока ничего этого нет. Так что принц прав. И, кстати, он твой официальный жених и ты, как минимум, должна прислушаться к его просьбе. И ещё раз, кстати, королевским просьбам не отказывают.

– Просьбе, – фыркнула Вероника. – Скажи лучше – приказу, – не согласилась она с отцом. – И, вообще, что-то мне уже кажется, что провидица ошиблась и никакая мы не пара. Надоело! Указывает, диктует, оберегает, никуда не пускает! Что я, маленькая что ли?! С друзьями невозможно встретиться.

– Остановись, дочь! – голос алькальда приобрёл стальные нотки, и Вероника сразу осеклась.

Когда отец начинал так говорить с ним даже мама не спорила. Принц – наследник престола. Как бы ты не была недовольна, но выражать грубо своё отношение к королевской семье ты не имеешь право. Наш род входит в совет пяти. Мы сами выбрали эту династию для королевской власти. Именно мы больше всего должны уважать и охранять её репутацию. Стыдно забывать об этом, Ника.

– Прости, отец, – девушка склонила голову. – Я действительно неправа. Мама тоже считает, что столичная академия больше подходит. А профессию врача можно получить и позже. Просто я очень хотела учиться с Петро и Молли, а у них магии на академию не хватает, ты же знаешь.

– Знаю, даже удивительно, что у сына Магды и Эрнесто почти нет магии. Но парень молодец, делает и без магии отличные артефакты. У него серьёзный инженерный и конструкторский талант. Ну, а у Молли магии и не может быть: ведь её нет у её родителей – Ортеги и Кристи. Так что, как бы тебе не хотелось, Ника, но беззаботная юность уходит и наступает пора серьёзного обучения. А сейчас извини, мне надо успеть закончить дело, – и алькальд вновь склонился над столом.