Предел не положен - Роберт Энтони Сальваторе

– В Мензоберранзане второй по рангу мечник обычно такой же мертвец, как и худший из всех, – сухо напомнил Закнафейн.

– Я не хотел бы видеть его мертвецом, – заметил Джарлакс.

– Так ты возвращаешь его, чтобы он меня убил?

– Он не станет этого делать, – возразил Джарлакс.

– Ах да, Джарлакс из Бреган Д’эрт. Такой самоуверенный – все ниточки держит в руках. – Он жестом потребовал еще порцию выпивки, а потом повернулся и в упор взглянул на Джарлакса. – До тех пор пока куклы не ошибутся в танце, и тогда льется кровь.

– Дювон не станет мстить, – настаивал Джарлакс.

– Если станет, то плакали твои денежки, можешь не сомневаться.

– Я и не сомневаюсь.

Закнафейн рассмеялся, но это не означало, что сидящий напротив дроу может успокоиться.

– Ну а как насчет тебя? – полюбопытствовал Джарлакс.

– Я не прочь, чтобы сегодня ты оплатил мою выпивку.

– Обязательно, это справедливо. Но как насчет тебя, Закнафейн? – повторил он вопрос.

– А что?

– Дювон возвращается. Может, это Закнафейн попытается закончить начатое Дювоном в тот далекий день?

– Не такой уж и далекий.

– Закнафейн?

Разговор ненадолго прервался из-за Харбондейра, вставшего между ними, чтобы подать напитки, и бросившего в сторону Закнафейна далеко не дружелюбный взгляд.

– Я не стану убивать Дювона, – пообещал Закнафейн, и Джарлакс приподнял свой стакан, намереваясь за это выпить.

Но Закнафейн еще не закончил.

– Меня вполне устроит другой, – добавил он.

Неожиданное требование изменило выражение лица Джарлакса, и он медленно опустил стакан.

– Другой?

Закнафейн через плечо оглянулся на отходившего от них мужчину, бармена, который попытался его отравить той ночью, когда произошла стычка с Дювоном.

– Харбондейр?

– Харбондейр Тр’арах, – напомнил ему Закнафейн.

– Он неплохой бармен.

– Когда не пытается отравить своих клиентов, ты имел в виду. Кроме того, неужели работать в этой помойке так уж сложно?

– И все же ты доверяешь ему настолько, что приходишь сюда и пьешь то, что он наливает, – напомнил Джарлакс.

– Потому что он боится меня и не найдет поддержки, если меня разозлит. Но с возвращением Дювона это, возможно, изменится.

– Нет, так не пойдет. Я не…

– У тебя есть выбор, – не дал ему договорить Закнафейн, поднося стакан к губам. Отпив немного, он совершенно спокойно продолжил: – Выбирай, или выберу я. А может, просто заберу обоих.

– Ты забываешь о своем месте в Бреган Д’эрт.

– Я ничего не забываю. Ты должен мне это.

Джарлакс перевел взгляд с Закнафейна на Харбондейра, потом обратно. Он покачал головой и тяжело вздохнул, не скрывая сильного разочарования.

– И все-таки это расточительство.

– После разгрома Дома Бен’Зарафец Верховная Мать Мэлис надолго заляжет на дно, и ты сможешь чаще иметь меня в качестве союзника.

– Если я тебе это позволю, тебе придется научиться готовить напитки, – предупредил Джарлакс.

Слабая попытка пошутить не вызвала улыбки у Закнафейна.

– Не убивай Дювона, – решительно приказал Джарлакс, а затем резко поднялся и вышел.

Закнафейн кивнул, глядя, как за предводителем наемников закрывается дверь.

Он еще долго оставался в «Гниющем микониде», просто сидя спиной к стене. К утру, когда все остальные посетители уже ушли, он уставился на Харбондейра, и бармен явно нервничал под его тяжелым взглядом.

– Выпьешь еще что-нибудь?

– Нет.

– Может, поешь?

– Нет.

– Наступает утро, – сказал Харбондейр. – Мне пора уходить.

– Тебя никто не держит.

– Ну, надо бы запереть…

– Уходи.

Бармен нерешительно отступил и не спускал глаз с сидящего Закнафейна, пока не оказался за дверью.

Закнафейн осушил свой стакан – тот самый, что лишь пригубил за разговором с Джарлаксом несколько часов назад. Затем он поднялся, набросил на плечи пивафви и направился к двери.

Его взгляд метнулся направо, потом налево, и мастер оружия бегом бросился наверх по склону сталагмита, подпрыгнул в сальто с вращением и приземлился, не потеряв равновесия и уже на бегу. На следующем изгибе он поднялся на другой склон, оттолкнулся, выполнил сальто назад с поворотом и приземлился на крыше невысокого здания. Три шага-прыжка привели его к параллельной улице, где, даже не глядя, он легко спрыгнул, снова лицом в направлении к «Гниющему микониду».

Лицом к Харбондейру.

– Бери в руки свое оружие, – скомандовал он. – Я…

Мечи Закнафейна вылетели из ножен.

– Быстро! Или я начну развлекаться с твоей плотью.

Харбондейр трясущимися руками вытащил меч и длинный кинжал.

– Я не хочу с тобой драться! – воскликнул он.

– Правда? – насмешливо осведомился Закнафейн и развел свои мечи в стороны.

Как он и ожидал, Харбондейр схватил наживку и бросился в атаку. Он провел на удивление точный выпад, но Закнафейн словно растаял перед ним, повернувшись в сторону и удерживаясь на одной странно вывернутой ноге. Из поворота он вышел уже в прыжке с сальто, а приземлился снова лицом к бармену, слегка согнув ноги в коленях. Спустя мгновение он уже ринулся вперед, меч в его левой руке яростно ударил по клинку Харбондейра, развернул его и вырвал из руки, отбросив далеко в сторону, а правый меч, поднырнув под кинжал, поднял его вверх.

Закнафейн нагнулся под рукой с кинжалом, бросил свой правый меч, а освободившейся рукой схватил кулак Харбондейра. Мастер оружия стал сильно выгибать запястье бармена, причиняя боль настолько сильную, что кинжал быстро выпал.

В тот же миг Закнафейн дернул эту руку вверх, развернулся под ней и снова оказался лицом к лицу с перепуганным барменом, а меч в левой руке прижался к шее, царапая нежную кожу. При помощи меча и захвата рукой Закнафейн провел бармена через улицу и с силой швырнул в стену.

– Прошу, пожалуйста!.. – завопил Харбондейр.

– Не хнычь, – приказал ему Закнафейн.

Харбондейр закрыл глаза.

– В ту ночь, когда Дювон впервые вернулся в таверну, ты меня отравил, – сказал Закнафейн.

Харбондейр широко открыл глаза:

– Нет, нет!

– Признайся, – спокойно, слишком спокойно потребовал Закнафейн, и Харбондейр начал оседать и упал бы, если бы его не держали крепкие руки.