Испытания госпожи Трейт - Дарья Снежная

— Хорошо. Он знает, что делать.

— С чем делать, Тони? Что в сейфе? Что ты хочешь, чтобы я сделала?

Тони молчал, закрыв глаза и горячечно дыша.

Я боялась его теребить, поэтому ответа на свой вопрос не получила — дверь распахнулась и вошла делегация — выставленный целитель, Шелтон и священник.

Брайан бросил на меня взгляд, я ответила ему своим — паническим и растерянным.

— Господин Уолтер, отец Марк здесь.

— Здравствуй, сын мой, — священник подошел к кровати. — Я опечален постигшим вас несчастьем, но рад, что в такую минуту вы не забываете о Боге.

— Я к вам не за этим, святой отец, — просипел Энтони, не открывая глаз, кажется, он даже на этом экономил силы. — Нужно, чтобы вы нас обвенчали.

На мгновение в палате воцарилась звенящая тишина.

— Что? — пискнула я.

— Что? — эхом за мной повторил священник.

А Брайан только странно крякнул.

— Сын мой, вы уверены?…

— Тони, ты бредишь, — выпалили мы одновременно.

— Да, святой отец, я уверен, и нет, Лив, я не брежу, — он все же приоткрыл глаза, чтобы на меня посмотреть. — Ты… не захотела быть моей… женой. Но уж вдовой-то… не откажешься?

— Иди к дьяволу, Энтони Уолтер! — взвилась я от возмущения. Да как он… да как язык только повернулся… да я!..

— Я… в процессе, — выдохнул этот мерзавец.

— Не смей, слышишь, — прошипела я, — даже думать не смей! Венчайте нас, святой отец, чтобы, когда он поправится, я из него всю душу вытрясти могла на законных основаниях.

— Отличный предсвадебный настрой, — прохрипела умирающая (нет, не умирающая, не умирающая я сказала!) сволочь.

Отец Марк еще раз с сомнением посмотрел на меня потом на Уолтера, потом, почему-то на Брайана (искал что ли в этом хаосе островок разума? Очевидно, безуспешно…).

И начал службу.

Меня мелко потряхивало, и, чтобы избавиться от этой дрожи, я только крепче сжимала руку Энтони и кусала губы.

Не плакать. С ним все будет хорошо. Не плакать.

Священник вряд ли это понял, но Энтони правда готовился к смерти, просто не через исповедь.

Но я не буду об этом думать. Я не буду думать, что я сейчас выхожу замуж только ради того, чтобы через несколько часов стать вдовой и — наследницей. Тони некому передать дело, поэтому он сейчас передает его мне.

Но я не буду об этом думать.

Я буду думать о том, что я выхожу замуж за человека, которого люблю.

Как я всегда и хотела.

— Энтони Уолтер, берешь ли ты в законные жены… — священник замялся осознав, что в спешке даже не озадачился именем невесты.

— Оливия Трейт, — подсказала я, надеясь, что голос звучит не слишком надломленно.

— …Оливию Трейт. И клянешься ли любить и беречь ее в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Клянусь, — просипел Тони, и у меня сердце ухнуло куда-то в желудок.

— Оливия Трейт, берешь ли ты в законные мужья Энтони Уолтера, и клянешься ли любить и беречь его в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас.

— Клянусь, — тихо произнесла я и, дождавшись, финальных торжественных фраз, сама наклонилась к сухим горячим губам.

— Я тебя люблю, — едва слышно прошелестели они.

— А я тебя, — так же тихо произнесла я и из-за этого шепота, казалось, будто мы только вдвоем, несмотря на то что вокруг нас толпились чужие люди. — Поэтому не смей умирать, слышишь, Энтони Уолтер? Даже шутить на эту тему не смей.

— Как скажете… госпожа Уолтер, — Тони слегка стиснул мои пальцы в ответ и расслабил руку. — Мой пиджак…

— Пиджак? — не поняла я.

— Так! — не вынесла душа целителя. — Раз вы закончили с формальностями, господину Уолтеру нужен полный покой. Иначе я снимаю с себя полную ответственность за состояние его здоровья. Прошу всех освободить палату!

Я торопливо коснулась губами горячего лба и поднялась. Целитель чуть ли не подгонял нас к двери, но за порогом придержал меня за локоть.

— Вы можете вернуться, когда он уснет, — негромко сказал он. Подождите в коридоре, я вас приглашу.

— Спасибо, — ответила я, снова чувствуя как на глаза наворачиваются слезы.

Мы с Шелтоном оказались вдвоем посреди коридора, одинаково ошеломленные. Хотя я, пожалуй, все же чуточку больше.

Мы сели на банкетку, бок о бок, по-прежнему не особо понимая, что сказать друг другу.

— Ты знаешь господина Поула, мага?

— Да, — кивнул Шелтон. — Артефактор. Специализируется на родовых защитах.

Понятно. Я так и думала.

Брайан чуть-чуть помолчал, а потом сказал:

— Знаешь, звучит по-идиотски, конечно, прямо сейчас, но все равно. Мне кажется, в такой день хотя бы раз ты должна это услышать. Поздравляю, вы отличная пара. Я знаю Тони с детства. Ни разу в жизни ни к одной женщине он не относился так, как к тебе.

Я перекатила затылком по стене, уставившись на Брайана.

Он подождал, пока я что-то скажу, не дождался и с недоумением приподнял брови.

— Что?

Я помолчала еще немного и все же решилась:

— Флора беременна.

Тишина.

— Что?..

Самый популярный вопрос сегодня.

А еще, кажется, ядовитость — это отличительная черта фамилии Уолтер и переходит вместе с ней автоматически.

— Она не знает, как тебе сказать. И вы оба можете думать, что это не мое дело, но на самом деле — мое. Она моя самая близкая подруга, Брайан. Даже не так, она моя единственная подруга. А ты — лучший друг… моего мужа. Так что это и мое дело тоже. Поговори с ней, ладно?

— Черт…

Шелтон уронил лицо в ладони, потер его, запустил пальцы в волосы.

— Иди.

— Сейчас?

— Сейчас, — непререкаемо произнесла я. — Я буду здесь. Тебя все равно не пустят. А Флора там одна, и она ничего не знает. Едь к ней, ладно? Я позвоню на квартиру, когда ему станет лучше.

Волшебная фамилия. Изумительная просто.

Пять минут как Уолтер, а уже и командовать научилась!

Потому что Брайан поднялся, поколебался еще несколько мгновений, глядя на дверь палаты, но под моим давящим взглядом, окончательно решился.

Его фигура скрылась за поворотом, а у меня на душе стало чуточку легче.

Буквально через пять минут, целитель выглянул в коридор и поманил меня пальцем.

— Не шуметь, не будить, не истерить, — сухо отдал распоряжения он, приглашая меня в палату. — Состояние стабильно тяжелое. Мы мониторим его в режиме реального времени, будете рыдать или разводить панику — выставим.