Макс по прозвищу Лис - Максим Крылов

— Куда приказано вести оборотня?

— Кто ты такой? — прошипел пилот. — Ты знаешь, что Рыжий тебя убьет?

Дженг даже рассмеялся от неожиданности:

— Ты совсем не понимаешь, что происходит? Я только что убил парня, который принес тебе еду, и забрал у него пушку, а после этого дал тебе по роже пару раз. Как ты думаешь, что я буду делать дальше? Испугаюсь и убегу?

Пилот оторопел — до него, кажется, стал доходить истинный смысл происходящего.

— Хорошо, будем считать, что ты меня напугал своим Рыжим и я испугался, — продолжил волк. — Что я, по-твоему, должен сделать? Правильно, вижу, догадался: убрать свидетеля. А кто у нас свидетель? Кто меня может узнать? Догадываешься?

До пилота дошло, он побледнел, глаза забегали, он вытер кровь с лица и спросил дрожащим голосом:

— А если я расскажу все, что знаю, ты меня не убьешь?

— Нет, ну ты настоящий кретин. — Волк вновь засмеялся. — Зачем мне тебя убивать, если ты меня отвезешь к Рыжему, или к кому там тебе приказали, и там обо мне все равно все узнают? Заводи свою леталку.

Пилот ткнул в клавишу, пошла предстартовая подготовка.

— Только я должен сообщить о прибытии. Меня обязательно спросят, почему я не остался.

— Ответишь правду — что влез в кабину какой-то гопник, приставил к башке пистолет и приказал лететь.

— Хорошо.

Пилот поднял машину в воздух, ввел нужные координаты и включил автопилот, потом по радио повторил то, что ему приказал Дженг. Ему разрешили лететь и привезти с собой того идиота, который не понимает, на кого замахнулся. После того как пилот переговорил со своей базой, настроение у него улучшилось, он даже попросил разрешения использовать аптечку. Волк разрешил: ему было все равно — этот человек не представлял для него никакой опасности. Главное, что они летели в нужном направлении, а что будет делать пилот — не так важно.

— А ты смелый парень, если решил связаться с Рыжим, — сказал пилот. — Не знаю, сколько тебе заплатил этот оборотень, но, поверь, вряд ли ты до Рыжего доберешься: он сидит высоко, почти на небесах.

Девчонку тоже ты отвозил? — спросил Дженг. — Туда же?

Его глаза сами собой закрывались. Как всегда после схватки, наступало расслабление.

— Какую девчонку?

— Не зли меня, — проговорил медленно волк. — Координаты вбиты, мы летим в нужное место, ты мне больше не нужен. Лучше отвечай.

Он, не открывая глаз, полоснул когтями по руке пилота, когда тот, решив, что волк не видит, полез куда-то под сиденье, видимо, за запасным пистолетом. Человек взвыл от боли и тут же бросился к аптечке, которая наложила ему несколько швов и накачала обезболивающим.

— Так ты скажешь? — Дженг открыл глаза, перед этим сделав вертикальные зрачки. Это было настолько неожиданно для пилота, что тот затрясся от страха.

— Твоя девчонка на базе, — завопил пилот. — Ее держат под охраной и на снотворном, которое постоянно вкалывает личный врач Трампа.

— Хорошо, — покивал волк. — Что ты еще хочешь сказать?

— А ты на меня не рассердишься?

— Рассержусь ли я? — Дженг задумался. — Вообще-то я не люблю убивать и хотел оставить тебя в живых, но если знаешь что-то важное, а говорить не хочешь, то, пожалуй, я изменю свое решение.

— Это касается девчонки, — выпалил пилот. — Я хочу жить!

— Продолжай... — Настроение волка стало резко портиться, он почувствовал, что сейчас услышит что-то очень неприятное.

— Рыжий приказал доктору отрезать от нее маленькие кусочки — он хочет проверить, как она будет восстанавливаться. Все же знают, что оборотня не убьешь, он обернется в человека, и от ран не остается и следа, — только непонятно, что происходит с пулями, которые внутри.

— Они выходят потом, и очень болезненно, — пробормотал Дженг. — Где ее держат? И куда мы летим? Что за место эта ваша база?

— Это небоскреб, в нем сто этажей, в пентхаусе находится сам Трамп, но мы его никогда не видим, у него свой лифт, а Рыжий и вся база занимают верхние десять этажей и три подвальных помещения, там и оружие.

— Плохо, — покачал головой волк. — Небоскребов не люблю: подниматься высоко, а на каждой лестничной площадке норовят устроить засаду...

Он запил паек водой из фляжки и посмотрел вверх. Тучи разошлись, на небе показалась блестящая звезда, которая смотрела вниз, на него. Правда, Макс предполагал, что это не звезда, а новый спутник, который запустили с борта линкора, чтобы следить за ним, старые-то он все пожег, пока был кармаком, но на душе все равно стало спокойнее. Звезды — это хорошо, если бы он захотел, то смог бы подняться в облике кармака и качаться на ласковых волнах реликтового излучения. Но увы, кто же будет оберегать вот это спящее чудо?

Лис убрал капюшон и поцеловал Машу в щеку, и она открыла глаза. В них плескалось недоумение.

— Ты?!!

— Ага. — Столько недоверия и радости было в этом вопросе, что Макс улыбнулся. — Я...

— Ты воспользовался моей беспомощностью, набросился на меня и изнасиловал, — грустно констатировала девушка. — И это было подло...

Она потянулась к нему и поцеловала.

— Очень подло.

— Вообще-то все было с точностью до наоборот. — Лис погладил ее по щеке. — Сопротивлялся я...

— Значит, ты меня коварно соблазнил, — улыбнулась Мумру и потянулась всем телом, при этом словно невзначай потерлась мягкой грудью об его руку. — А уже потом воспользовался моим беспомощным состоянием...

— Нам идти надо, а то поймают нас. — Макс провел рукой по ее волосам, уже почти высохшим. — Я бы, конечно, еще раз воспользовался твоим беспомощным состоянием...

— Только раз?

— Ну, может, больше, — с сомнением произнес Лис. — Только вряд ли стоит.

— А я сейчас подумала вот о чем. — Маша поднялась на локте. — Нас все равно поймают рано или поздно, — а что, если эти мгновения и были самыми лучшими в нашей жизни, а мы бежим куда-то? Может, стоит остаться здесь и еще немного побыть счастливыми? Впереди же все равно нет ничего хорошего, по крайней мере в ближайшем будущем...

— Хорошего нет, это точно, — согласился Макс. — Но и тут не самое лучшее место на свете: лес, хищники, мокро, десантники скоро появятся...

— Раз здесь водятся такие страшные твари, то вряд ли вояки сюда сунутся, — улыбнулась Мумру и потянулась. — Так что, думаю, не поймает нас здесь никто.

— Может, и так... — Лис опустился на мох рядом с ней и поцеловал девушку нежно и осторожно. — Ты права. Будет жаль, если наши лучшие минуты мы потратим на то, чтобы от кого-то убегать.

Ее губы были мягкими и теплыми. Она была податливой как воск и таяла в руках. Он выполнял ее желания, а их было много. Если эти минуты самые лучшие в этой жизни, то следовало многое успеть. Все попробовать, все узнать и понять. Макс вздохнул, а дальше все закрутилось, завертелось непонятно как, а потом исчезло, просто пропало — и все. А когда Лис очнулся через бесконечно долгое время, он вновь увидел над собой далекое серое небо и ветки деревьев-гигантов высоко вверху. Сырой мох, хоть и мягкий, — не самое лучшее место для любви. Холодно. Он натянул на себя комбинезон, а потом одел Машу, целуя и обнимая. Она даже не открыла глаз, хотя он знал, что девушка не спит, а о чем-то думает.