Макс по прозвищу Лис - Максим Крылов

Кошка иногда оглядывалась на него, и ему казалось, что он видит в ее глазах странное недоумение, как будто Маша тоже не понимала того, что с ними произошло. Наверное, и у нее возникли к нему какие-то чувства. Макс об этом подумал и огорченно замотал головой: такого просто не может быть! Кому может понравиться беспризорник, который вырос в большого вора?

— Стоять! — Лис вздрогнул и вдруг понял, что слишком задумался и пропустил предупреждение своего тела об опасности, а они находились не в той ситуации, чтобы забывать о том, что их могут убить. — Руки вверх!

Макс поднял руки вверх, оглядываясь по сторонам. Кошки он не увидел — вероятно, она успела спрятаться. Из-за кустов вышли трое разведчиков в камуфляже, обвешанных с ног до головы оружием.

— Ты, что ли, Ганс Дроссель? — спросил с усмешкой разведчик со знаками старшего лейтенанта. — Если так, то почему не стал дожидаться нас возле флаера?

— Я Ганс Дроссель, вы не ошиблись, — закивал Макс. — Я очень рад вас видеть, правда. Я простой служащий, который решил немного отдохнуть от суеты города. Мне понравился этот лес, я даже решил слетать в ближайший город, чтобы купить оружие и здесь поохотиться на диких зверей, но когда летел, на меня налетели перехватчики. Они угрожали мне ракетами, а я хорошо знаю, что нельзя спорить с теми, у кого есть оружие и власть, поэтому опустился вниз, как мне приказали, но мой аппарат застрял в ветвях деревьев, а ночью появились страшные звери, они так ревели, что я испугался и побежал сам не знаю куда.

— Хорошая попытка, — ухмыльнулся разведчик. — И даже могло бы прокатить, если бы не связь. Твой флаер не застрял в ветвях, а стоит на поляне абсолютно исправный и готовый к взлету, да и для насмерть перепуганного обывателя ты слишком предусмотрителен. У тебя за плечами рюкзак, а в нем, я уверен, имеется все, что нужно для долгого похода, и ты не мечешься хаотично по лесу, а движешься строго по прямой к ближайшему населенному пункту. Кстати, тебя уже три часа ведут спутники. Так что, Макс по прозвищу Лис, я рад нашей встрече, кстати, на фото ты выглядишь старше. Я — старший лейтенант Хобот, моих спутников тебе знать не положено.

— Я тоже рад, — заулыбался Макс. — Со мной столько всего произошло, на нас напали, только меня зовут Ганс Дроссель...

— Кончай врать, Лис, — поморщился старший лейтенант. И он сам, и его спутники настороженно смотрели по сторонам, оружие держали наготове. — Теперь я понимаю, откуда у тебя такое прозвище. Мне абсолютно все равно, что с тобой происходило, моя задача — доставить тебя на линкор, и все. Тебя и дикую кошку из оборотней, которая должна быть с тобой. Кстати, где она? Соврешь — получишь в живот из парализатора, а это больно.

— Она убежала сразу после того, как я посадил флаер...

Лис не успел договорить: получил выстрел в живот. Как он ни готовился к этому — все равно оказалось невыносимо. Он упал на землю, его ноги задергались сами собой, а изо рта пошла слюна. Разведчик даже не взглянул на него, как и два его спутника: они по-прежнему настороженно смотрели по сторонам.

— Я предупреждал о вранье, — хмуро проговорил лейтенант. — И внимательнее нужно меня слушать: я сказал, что тебя уже три часа ведут спутники, а это значит, что кошку видели рядом с тобой. Итак, повторяю вопрос. — Он поднял парализатор. — Где твоя кошка?

Макс кое-как отдышался, скинул с плеч лямки рюкзака, вытащил из него аптечку под пристальными взглядом разведчика и прижал ее к плечу, — сразу несколько игл проткнули ему кожу, а еще через пару секунд стало легче дышать, боль отступила.

— Не знаю, — прохрипел Лис. — Наверное, вас испугалась и убежала.

— Смотри, какие все стали пугливые, — усмехнулся старший лейтенант, вслушиваясь в то, что ему говорили по рации. Его спутники повернули оружие влево и выстрелили одновременно, стараясь захватить как можно большую площадь. Стреляли из парализаторов, но в лесу это оружие малоэффективно: кусты, деревья рассеивали излучение. Убедившись, что они ни в кого не попали, разведчик продолжил: — Кошка была на твоем попечении, рядовой, если она сбежала, тебя ждет трибунал и, вероятнее всего, расстрел, так что советую ее позвать или подманить.

— За совет спасибо, к сожалению, воспользоваться им не могу. — Макс, охая и ахая, поднялся с земли. — Не любят меня звери.

— А у меня другая информация. — Хобот вслушался в то, что ему говорят по рации, и ухмыльнулся. — Говорят, ты с этим оборотнем в обнимку спал, такая у вас была взаимная любовь. Зови ее, у меня времени нет, чтобы ее тут ждать, или получишь еще один выстрел из парализатора, а его могут перенести немногие.

— Я не могу...

Договорить Макс не смог: новый выстрел из парализатора опрокинул его на спину. Максу было плохо, очень плохо, он чувствовал, что умирает, сердце билось неровно, и он бы умер, если бы мозг не закрыла серебристая пелена. Она сняла частично боль, и ему удалось открыть глаза, поэтому он увидел, как из кустов выскочила Маша, пронеслась через поляну и скрылась, провожаемая выстрелами, а один из разведчиков упал на синий мох, зажимая рану в боку. Через мгновение кошка появилась вновь, и еще один разведчик упал.

Остался только Хобот, он бросил парализатор в кобуру и взял в руки автомат. Умирать он явно не собирался, несмотря на то что ему кричали в рацию о том, что имеет право применять для защиты только парализатор, но он лишь морщился и орал что-то в ответ. Окружающее расплывалось перед глазами. Лису было очень больно, хотя, конечно, не так, как в храме.

Аптечка воткнула ему еще несколько игл, и тут же защелкали пустые гнезда: лекарство кончилось. Максу становилось с каждой минутой все хуже, стало трудно дышать, тяжелый плотный воздух никак не хотел проходить в легкие, а грудина не хотела работать. Голова кружилась, сердце едва билось, качая густую вязкую кровь по сосудам. Лис не слышал о том, что кто-то мог выжить после двух выстрелов из парализатора в упор. Ходили легенды, будто одного здоровяка полицейские смогли стреножить только после второго выстрела, но это, вероятнее всего, были легенды. Даже полицейским в империи запретили применять парализатор после множества смертельных случаев, и это оружие осталось только в колониях и у военных.

Ему было плохо, но перед тем как зрение ему окончательно отказало, он успел заметить, что кошка, выскочив сзади разведчика, одним ударом сломала тому шею, а после этого Лис полетел в темную пропасть, где на дне лежал плотный, многолетний серый лед и где ему придется упокоиться навсегда.