Игра вслепую - Валерий Афанасьев

Интересно, понимают ли аборигены, что это повозка, или считают фургон невиданным зверем?

— Раста, пора нашему «танку» подать голос, — сказал я.

— Это мы сейчас, — охотно отозвался гном. — Закрывайте уши.

Большая сигнальная труба рявкнула на всю округу, копейщики в панике отпрянули в стороны, освободив нам дорогу. Через минуту они опомнились, но было уже поздно, наш фургон миновал линию обороны и въехал в воду. Ручей был неглубоким, берег пологим, дно устилала мелкая галька, отлично видная сквозь кристально чистую воду.

Аборигены взвыли. То, что произошло потом, удивило многих, но не меня — копейщики просто развернулись и ушли. Ушли за ручей. Проходя мимо нашего веломобиля, ни один из них не попытался ударить его копьем. Карта не соврала: «ступивший в воды одного из близнецов» не мог быть врагом.

Странно? Есть верования и куда более странные. То, что эти люди поклоняются ручью, еще не самое удивительное. Нельзя убивать ступивших в воды священного ручья — что же здесь особенно странного?

— Выходим, — скомандовал я.

— А они не вернутся? — спросил Нимли.

— Вряд ли. Друзьями мы не стали, но и врагами нас они считать больше не будут.

Гномы распахнули дверь, и мы выбрались наружу.

— А вода и впрямь хороша, лучшей я не пивал, — сказал Раста, зачерпнув пригоршню живительной влаги.

Нимли взобрался на крышу фургона и помахал рукой. Со стороны нашего лагеря раздался восхищенный крик. Вскоре все, кто там был, двинулись к нам.

— Как же так, виконт? — спросил удивленный Толти. — Я думал, что боя нам не миновать.

— Обычаи — великая сила.

— Вы знали, что так будет? — удивился лейтенант.

Знал ли я? Если считать таким знанием надпись на карте, то да, знал.

— У меня были основания предполагать подобный исход событий.

— Все равно вы рисковали, виконт. До ручья вы могли и не доехать.

— Могли. Но лучше так, чем по-другому.

— А я не верил всему, что про вас рассказывают. — Толти покачал головой.

— Ну, люди любят прив… приукрасить.

— Не думаю. После всего того, что я увидел своими глазами… Удивительно, необычно. И должен признать, весьма эффективно.

— Пустяки.

Толти ушел, удивленно качая головой.

— Какие будут указания, виконт? — поинтересовался командир наемников.

— Подождем, когда гномы вернут фургонам прежний вид, и начнем двигаться дальше.

— Вик, неужели ты хочешь разобрать такую замечательную машину?! — удивился Раста.

— Не хочу, дружище, но придется. По ровной местности наш «танк» ехал хорошо, но вряд ли он так же хорошо поедет по полному бездорожью. Низкие борта будут цепляться за каждую кочку, да и выехать самостоятельно из достаточно крупной ямы он не сможет. Подобной технике необходимы дороги, а здесь лучше использовать конную тягу.

Раста нахмурился, но вынужден был согласиться. Гномы сняли местами поврежденную обшивку и напоследок решили прокатиться на веломобиле без лишнего груза.

Нимли занял водительское место, и они поехали. Весь лагерь собрался посмотреть на это невиданное зрелище. Такого энтузиазма не вызывают, наверное, даже гонки «Формулы-1».

Этот мир не разучился удивляться. Простой веломобиль для всех окружающих — это чудо. Я поймал себя на мысли, что немного завидую такой непосредственной реакции. Ума не приложу, что могло бы меня удивить в подобной степени. Впрочем, на то оно и чудо: если мог представить его заранее, нечему удивляться.

Самоходный экипаж проехал метров сто под дружные крики болельщиков, наехал колесом на кочку и забуксовал.

— Неумеха! А еще взялся руководить движением! — распалился Раста.

Нимли недовольно пыхтел.

— Сам бы попробовал крутить эту штуку, — наконец выдал он.

— Я бы и попробовал, так ты первый забрался на место кучера! Да еще и вылезать не хотел!

Гномы вытащили экипаж на ровное место. Похоже, они только начали кататься.

— Друзья, вы не забыли, зачем мы здесь? — охладил я их пыл.

— Да, пора в дорогу, — поддержал меня Нимли.

Раста бросил на него недовольный взгляд, но вынужден был согласиться. Детали привода демонтировали и аккуратно уложили в фургон-мастерскую. Через пару часов обоз был готов к движению.

Мы продолжили свой путь. Местные жители исчезли, словно их и не было. Вряд ли они станут нападать после того, как сняли заслон, но быть настороже не помешает.

Справа и слева возвышались невысокие скалы. Для того чтобы взобраться на эти уступы, надо было или быть альпинистом, или хорошо знать местность. Пожалуй, налегке можно вскарабкаться, в полном вооружении сделать это не так-то просто, не говоря уже об обозе, который пришлось бы бросить. Настал момент, когда проход между скалами превратился в коридор метров пятнадцать шириной.

Я шел пешком, ведя своего коня в поводу.

— Отличное место для ловушки, — недовольно ворчал Дикси.

— Смотри, шагов через пятьсот гораздо просторнее. Нам осталось пройти совсем немного.

Да, пройти осталось совсем немного, вот только ноги почему-то не идут. Не идут, и все тут. И веки закрываются. Спотыкаюсь, прямо как наши лошади. Они совсем не хотят тащить фургоны.

Я встрепенулся. Происходит что-то неладное! «Бежать отсюда!» — это была последняя мысль, пришедшая мне в голову. Ноги вдруг подкосились, и я провалился в небытие. Последнее, что я увидел, — это моя лошадь, падающая на землю.

«Так вот ты какая — смерть. Темно, холодно и болит голова. Как она может болеть, если я умер? И голос такой надоедливый. Что он говорит? Зовет кого-то».

— Виконт. Виконт, очнитесь.

«Ну вот, и после смерти нет покоя».

Я медленно открыл глаза, передо мной был герцог Фагуа собственной персоной.

— Ваша светлость, вы тоже здесь?

— Здесь, конечно, где же мне еще быть?

— А я-то надеялся, что вы не умерли.

— С чего бы мне умирать? Толти, облейте виконта водой, а то он никак не придет в себя.

— Не надо водой! — Я приподнялся и сел.

— Вот так-то лучше.

— Прошу простить, ваша светлость, что сижу в вашем присутствии.

— Прощаю. Ну, как вы? Пришли в себя?

— Прихожу. Где мы?

— О, это волшебное место. Правда, покинуть его несколько затруднительно.

Я огляделся вокруг. Долина действительно выглядела волшебно. Пышные заросли невысоких деревьев и кустарника покрывали ее почти полностью. Слева и справа тянулись скалы, испещренные гротами. Метров за триста слева от нас со скального уступа срывался небольшой водопад. «Вот он — второй близнец, несущий благословение этому краю». Райское место, если не считать устремленных в небо каменных уступов.