Черный проводник - Александр Конторович

— Он сказал, что его зовут Фернан.

— Мсье Жиро? А он-то каким боком сюда попал? Хм… И где же он?

— Обещал заехать утром. Часов в восемь.

— Ну и славно! Вы приготовите нам завтрак на троих?

Утренний визитер оказался неожиданно пунктуальным. Без пяти восемь, сопровождаемый хозяйкой пансиона, он уже стучал во входную дверь. Открывший её Проводник отступил на шаг назад:

— Прошу вас, мсье Жиро! Будьте как дома! Мадам, — повернулся он к хозяйке, провожавшей гостя. — Я просил вас приготовить завтрак!

— Да, мсье Валентин! Через несколько минут! — И она заспешила вниз по лестнице.

Закрыв за нею дверь, Проводник обернулся.

— Вальтер! Выходите, поприветствуйте руководство! — И, повернувшись к вошедшему, серьезным голосом спросил: — Что-то случилось?

Майор Филимонов грузно опустился в кресло:

— Да как вам сказать…

Из соседней комнаты, пряча в карман пистолет, вышел Костриков:

— Здравствуйте, товарищ майор!

— Добрый день. У вас попить что-нибудь есть?

— Сейчас завтрак принесут… а так вина налить могу — у здешней хозяйки оно неплохое. Она его всем постояльцам бесплатно предоставляет.

— Наливайте…

Присевший на угол дивана старый разведчик блеснул глазами из-под прищуренных век — что-то пошло не так…

Солнце, щедро раскидавшее по окрестным улицам своё тепло, не обошло своим вниманием и этот небольшой пустырь. Жаркие лучики пробежались по зеленой траве, пощекотали сидевших на камнях собеседников. Филимонов снял шляпу и подставил свое лицо под солнце:

— Хоть погреюсь, а то из кабинета сутками не выхожу…

Сидевший рядом Проводник молча кивнул. Его трость чертила на земле замысловатые завитушки.

— Что скажете, Валентин?

— Да что ж такого я могу вам сказать? То, чего вы и без меня не знали бы? Как понимаю, нашему сотрудничеству наступил конец?

— Никто этого не говорил!

— Да бросьте, майор… Я школу не вчера закончил. Ладно, троих агентов за три месяца передать — это хоть и трудно, но выполнимо. А вот изъять деньги из обеспечивающих фирм… вы же их без связи оставите! Зачем тогда всё это дело?

— Связь мы постараемся обеспечить.

— Хорошее слово — постараемся! А она уже есть! Систему явок и подстраховки — тоже к свиньям собачьим под хвост?

— Постараемся сохранить и её.

— Ваши бы слова — да богу в уши! Сами-то в это верите?

— Увы… от меня тоже зависит не всё.

— Да понял я! На вас зла не держу! Что теперь мне агентам говорить? Добро пожаловать в объятия родины! И для начала — с шапкой на панель?

— Так ведь война…

— Это в Испании-то? А не хрен бы с нею, уважаемый? Каким боком она здесь-то повылазила? Эти явки и фирмы с ТОЙ войны сохранили, не прожрали да на баб не пустили! А сейчас — всё коту под хвост?! Не понимаю… и не хочу… Или у такого государства на разведку денег не хватает? Вот уж не поверю-то!

— У нас приказ.

— У вас, уважаемый! А я в вашей конторе не состою! И жалованья от неё не получаю! России присягал — ей и служу по мере сил своих!

Они оба замолчали.

— Сколько у меня осталось времени? — не оборачиваясь, спросил старый разведчик.

— До конца операции совершенно точно время есть. Здесь я вас прикрою. Хоть и трудно мне будет это делать… И так уже смотрят косо.

Молодой мужчина в хорошем костюме вошел в дверь отеля. Приветливо кивнул портье, забирая ключ от номера. Равнодушно пролистал газеты на стойке и неторопливо поднялся к себе на этаж. Щелкнул замок двери. Бросив на кресло саквояж, мужчина снял пиджак и аккуратно повесил его на плечики. Распустив узел галстука, направился к столу, на котором стояло несколько бутылок. Придирчиво рассмотрев на свет одну из них, он откупорил пробку и плеснул на дно стакана немного янтарной жидкости. Но выпить ему не удалось — в дверь осторожно постучали.

— Да! Кто там?

— Коридорный, герр Дорфмайер! Вас спрашивают.

Поставив на стол бокал, он быстро скользнул к пиджаку. Секунда — и в его руке тускло блеснул браунинг. Дорфмайер прижался к стене слева от двери.

— Кто меня ищет?

— Внизу, в холле сидит какой-то господин. Он просил передать вам, что имеет для вас послание.

— Хорошо. Я сейчас приду.

Через минуту он уже стоял на верхней площадке лестницы, обводя взглядом полупустой холл:

— Ну и где же этот господин?

— Не знаю… — Растерянный мальчишка-коридорный топтался рядом. — Вон там сидел…

— И ушёл?

Мальчишка недоуменно развел руками.

— Ладно, — похлопал его по плечу постоялец. — В следующий раз проводи его ко мне в номер.

Подойдя к двери, он, всё ещё покачивая головой, отпер дверь и вошел внутрь. Поворот выключателя — и, коротко мигнув, лампы потухли. Помянув черта, постоялец повернулся к двери.

— Господин Дорфмайер? — голос шел откуда-то из глубины комнаты. — Не надо открывать дверь…

— Кто здесь? — Обитатель номера совершенно не утратил присутствия духа. Пистолет в его руке настороженно ощупывал пространство перед собой.

— Скажем так — доброжелатель… Я не питаю по отношению к вам агрессивных намерений. Так что не надо направлять в мою сторону оружие, у меня оно тоже имеется.

— Зачем же тогда вы испортили освещение?

— Разумная предосторожность — не более. Монетка в патроне настенной лампы. Предпочитаю оставаться неизвестным. Дольше проживешь… Поэтому я и попросил, чтобы мой помощник вызвал вас в вестибюль, не хотелось, чтобы запомнили моё лицо. А это было неизбежно, постучись я к вам в дверь просто так.

— Понятно. Увидев мой выход в вестибюль, вы прокрались в номер.

— Увы…

— Что вам угодно?

— Совсем недавно вы попросили об одной услуге господина Готлиба…

— Не знаю такого.

— А такое имя, как Хромой… говорит вам что-нибудь?

— В своей жизни я встречал немало хромых и одноруких, но у всех них имелись ещё и имена!

— Ваше поручение касалось господина по имени… Харон.

Дорфмайер вздрогнул. Но голос его по-прежнему оставался бесстрастным:

— И что с того?

— Увы… господин Готлиб скоропостижно скончался… вместе со своими товарищами.

— Прискорбно, но я-то здесь при чём?

— Господин Хромой хотел бы заверить вас, что он совершенно не причастен к этому печальному происшествию. Более того, с аналогичной просьбой к нему обратились также и… совсем другие люди. Как он понимает, у них тоже возникли определённые разногласия с этим господином.