Строитель руин - Владимир Мясоедов

– А почему такую вещь поместили не в особом тайнике? – спросил я, прощаясь с мечтой о бездонных карманах до поры до времени.

– А смысл прятать? – пожал плечами Ксен. – Сохранившиеся со времен древних аналоги по своим свойствам куда лучше, правда, больше в несколько раз и в кармане их не поносишь, только в руке. Да и мастера, даже сейчас умеющие делать бездонные сумки, похоже, еще не совсем перевелись.

Наверное, сумки тоже с юга везут, как и золотой эликсир. Если уж тамошние волшебники, среди которых вроде бы сохранились даже натуральные древние маги, столь продвинутую алхимию гнать умеют, то и тару для нее подходящую без проблем соорудят. Заодно это объясняет, почему народ пока еще не просек, откуда поставляют жидкость, продлевающую жизнь и придающую магические силы. В каком-нибудь саквояжике или кошельке, полученном у выстроивших вокруг себя не имеющую аналогов в мире систему защиты колдунов, просто на сдачу, эликсир можно хоть бочками таскать по людным местам и совсем не светить при этом.

– Так, чего-то разболтались мы, – вздохнул я, отбрасывая в сторону ненужные сейчас мысли и пытаясь натянуть на себя зеленую кольчугу. – Собираемся и вперед, уже утро скоро. А вампиры, даже если в подземелье забьются, куда солнечные лучи вовек не попадали, с наступлением дня неминуемо себя хуже чувствуют.

– Скажи им, чтобы не приближались к нам, – хором посоветовали мне братья. – Ремес Торговец, как и любой другой бог, не любит тех, кто пытается обмануть смерть или же пойти с ней на сделку. И пусть от этих кровопийц, еще в бытность их людьми, ничего не зависело, но их можно лишь терпеть, пока полезны и не приносят вреда. Иначе в прах развеем.

– Знаешь, они об этом догадываются. – Проклятая кольчуга облегала меня, словно жидкая резина. Она ожидаемо оказалась маловата, в ней было тяжело дышать и шевелиться! А нагнуться, чтобы коснуться рукой носка ботинок, и вовсе не получилось! Живой артефакт, к которому пришлось обратиться за помощью, ответил мыслеобразом, сообщающим о невозможности растянуть изделие эльфийских мастеров. Зато он пообещал сузить своего носителя, частично перекачав излишки массы в те части тела, которые кольцами зеленоватого металла не прикрывались, просто расщепив ее и превратив в энергию. Последнюю, после недолго колебания, я велел направить на поддержание работы необычной сумки, повешенной на здесь же найденном ремешке. Пусть напитывает чародейский аккумулятор, благодаря которому получится унести с собой целую груду золота, а не посох-батарейку. Хоть его и удобнее использовать в драке, но сейчас добыча намного важнее, чем целость шкуры. – И уже, за компанию с Филаримом, обещали себя вести максимально хорошо и вежливо, даже клятвой свои слова подтвердили. А потому не задирайте их, пожалуйста, первыми, а то по морде вдарю. Мордам, обоим. И неустойку вашему храму выкачу, за срыв грандиозной финансовой операции по изъятию почти бесхозных денег из одного подземелья. Ну, все готовы оставить на месте Каменного Города Каменные Руины? Пошли грабить!

– Чур, я на ручках! – Радостный детский голосок, раздавшийся откуда-то сзади, заставил меня вздрогнуть. И, похоже, не только меня.

– Симона, ты откуда тут? – ахнул Ксен, бросаясь к родственнице, сидящей на какой-то пузатой амфоре с зерном, будто на стуле. Микроскопический вес малышки позволял ей использовать хрупкую керамику без особого риска для зачарованной посуды. – А как же няня?

– Спать уложила, – заверила двоюродного брата малявка, вскакивая на ноги. – Пойдем! Хочу гулять! Гууляяять!

– Нет, не пойдем, – молодой маг бесстрашно цапнул девочку, проявляющую явные признаки своей прабабки-дриады, и потащил к выходу. – Тебе пора спать!

– Не хочу, – ребенок уперся тоненькими ножками и пустил корни в деревянный пол. – Не хочу! Хочу гулять!

– Слушай, а для нее нормальны такие перепады? – уточнил я, наблюдая за бесплодными попытками своего ученика выкорчевать подрастающее поколение. – Когда она прогоняла некромантов, то вела себя как взрослая. Да и во время нашей первой встречи говорила хоть и странно, но вполне серьезно. А сейчас ребенок как ребенок.

– Вполне, – пропыхтел подросток, поднимаясь в воздух на высоту метра. Следом за ним туда же отправилась и девочка, вместе с оторвавшимся куском досок. Видимо, парень догадался задействовать свою волшебную мантию, а здесь защита, усиливающая различные заклятия друидизма, не работала, иначе бы ребенка удалось поднять лишь вместе со всем домом. – Дриады, по рассказам дедушки Симоны, они вообще не самые логичные существа, пусть даже их возраст измеряется столетиями. И сильно напоминают детей. Под настроение могут как скормить примявшего траву на их любимой лужайке диким зверям, так и решить, что первый раз в жизни увиденный человек, пришедший в лес за дровами и с топором, вполне достойная кандидатура для отца их будущего ребенка. О! Кстати! Мелкая! А смотри, чего у меня для тебя есть!

– Книжка! – обрадовался ребенок, углядев извлеченный юным волшебником из кармана мантии, судя по всему, тоже оснащенной свернутым пространством, толстенный фолиант. – Дай! Дай! Дай!

– И еще они очень любознательны, – сделали вывод храмовые братья, рассматривая, как опущенный на пол ребенок вцепился в том и принялся шустро его листать. – Хм. Анатомия и физиология человеческих и нечеловеческих рас… А не рано ей такое читать?

– Симона пока далеко не все буквы знает, – вздохнул Ксен, выводя двоюродную сестру из хранилища. – Но картинки смотреть любит. И выдирать на память. Потому ей в руки книг и не дают обычно. Ладно, этот учебник мне все равно никогда не нравился, слишком уж он заумный.

– Будем надеяться, до утра он ее займет, – решил я, смотря вслед своим ученикам. – А там уже няня проснется. Не хотелось бы, отправившись на опасное дело, обнаружить за спиной это жизнерадостное создание, отправившееся следом. Чувствую, в пещерах может и не найтись достаточно дерева для ее игр, а без него возня с мутантами и их хозяевами совсем не подходящее занятие для маленьких дриад.

Путь к секретному лазу в Каменный Город занял, наверное, часов пять. Пару раз нам встречались мутанты, достаточно глупые, чтобы связаться с вооруженным и очень опасным, хронически злобным четвертьорком, храмовыми воинами, двумя пародиями на магов в лице меня и Филарима, а также троицей умеренно голодных вампиров.

– Затените меня, – глухо прорычала Отрешка сквозь чешуйчатую маску, надетую на лицо при наступлении рассвета, оттаскивая под ближайший куст гибрид змеи и некоего четырехлапого создания, то ли волка, то ли собаки. Выбитые ядовитые зубы, лежащие в луже слюны, натекшей из безжалостно разорванной кровожадной дамой пасти, а также лапы, сломанные как минимум в двух местах каждая, давали уверенность, что добыча смыться не сумеет. Да и вообще неведома зверюшка, просто избитая руками и ногами клыкастиков, похоже, вот-вот отдаст концы. – Это, конечно, не человек, но хоть что-то живое и теплое.

Оба ее сородича дисциплинированно стали спина к спине, создав непроницаемый для прямых солнечных лучей заслон, за которым Отрешка принялась стягивать свою маску.

– Эй, я же сегодня устраивал переливания из своих вен! – удивился Филарим, присоединяясь к ним, чтобы создать на пути света еще более надежную защиту. – А кровь волшебников, пусть даже таких слабых, намного питательнее обычной человеческой! Неужели мало оказалось?