Скажи миру – «нет!» - Олег Верещагин

– Соль? – Вадим посмотрел на мешки. – Мы тоже пришли за солью. Может, покажете нам, где она тут?

Он не заметил – точнее, сделал вид, что не заметил, – как англичанин вскользь намекнул: наши недалеко. И тем самым Вадим тоже показал: нам это не интересно, не бойтесь и нас не пугайте, все о’кей.

* * *

– Урса прошли тут ночью. – Андрей просеивал меж пальцев холодную пыль и озирался, стоя на колене. – Много. Сотня… больше, не знаю, в пределах от ста до полутораста.

– Многовато для нас троих, – заметил Арнис, положив ладонь на рукоять топора.

Тропинка вилась между скал прихотливым серпантином и была хоженой. Не урса, а вообще – хоженой, поднимавшейся все выше и выше в скалы.

– Похоже, что они идут в гости к этим чехам, – вслух подумал Колька. – Жаль, я двустволку оставил.

– Поднимемся чуть вверх, – решил Андрей, – и пойдем вдоль тропинки по камням. Труднее, зато и безопаснее.

Мальчишки без слов вскарабкались на карниз, удачно проходивший над тропой, и, стараясь держаться поближе к скале, зашагали дальше. Точнее уже – поползли.

Потеплело – очень потеплело, даже жарко стало. Лес оживился, поддавшись на приманку вернувшегося лета. Впрочем, было не до его красот – идти оказалось тяжело.

А потом их глазам открылась узкая долина. Тропа спускалась в нее, терялась среди медно-золотых лесных волн – и вновь выныривала километрах в шести, идя прямо по отвесному с обеих сторон гребню и круто поднимаясь к щели между двух отвесных скал.

– Урса. – Арнис, обладавший неплохим зрением, вскинул руку. Приглядевшись, и остальные увидели толкотню фигурок у начала крутого подъема – большего на таком расстоянии было просто не разглядеть. Мальчишки напряженно всматривались – и вновь Арнис первым понял, что там происходит: – Слушайте, а ведь они кого-то осаждают…

Два черных облака вспухли в самом низу спуска, а через миг до разведчиков донесло сдвоенное «бум!» взрыва. Все трое обалдело переглянулись.

– Рискнем подойти поближе, – решил Андрей…

…Это и в самом деле был риск, и немаленький – в лесу и опомниться не успеешь, как выскочат на тебя враги. Андрей шел первым. Колька и Арнис держались позади и чуть по сторонам. Все трое старались контролировать происходящее вокруг.

Сначала попались пять трупов урса. Они были свалены в кучу у корней раскидистого мрачного граба. Чуть дальше лежал обнаженный труп белого мальчишки. Отрубленные – судя по всему, уже у мертвого – руки, ноги и голова лежали рядом. Палые листья пятнала кровь, ее длинные полосы сохли тут и там.

Метрах в полуста от этого места, пробив кусты своими телами, лежали еще четыре чернокожих трупа. В одном торчало копье с массивным наконечником, прошедшее почти насквозь.

– Тут живой! – забыв об осторожности, крикнул Колька, дальше других сунувшийся в кусты. Арнис и Андрей метнулись к нему.

Мальчишка лет четырнадцати лежал ничком, весь прикрытый разметавшимся в стороны серым шерстяным плащом, на котором умело был нарисован белый стоящий лев, как на форме у чехословацких хоккеистов. Длинные темные волосы перехватывала широкая повязка. Мальчишка царапал пальцами выкинутой над головой левой руки листву.

Арнис осторожно перевернул его, Колька придержал голову. Мальчишка был одет в жесткую кирасу – вроде бы из просоленной ткани, – пробитую справа на груди страшным ударом топора. В жуткой ране виднелись раскромсанные ребра и пузырящееся кровью скомканное легкое. Тут же, под плащом, обнаружился окровавленный палаш.

Найденный умер буквально в тот момент, когда Арнис его приподнял. А через миг до разведчиков докатился еще один сдвоенный взрыв.

* * *

Корабль показался Вадиму похожим на драккары викингов с картинок из любимых им книг. Но, может быть, именно поэтому-то он так и напрягся, когда этот корабль выскользнул из-за мыса – и заскользил, ритмично взмахивая длинными веслами, к берегу. С высокого носа скалился резной дракон.

Вадим поймал взгляд Сани. Завороженный и завистливый. Саня смотрел на корабль. Без опаски или страха, хотя с корабля поспрыгивали в воду человек двадцать, не меньше, и все при оружии. Они ловко помогли кораблю причалить и, обмениваясь приветственными жестами с ребятами у костра, подошли ближе.

Англичанами командовал не англичанин, а плечистый блондин с увязанными в «хвост» волосами, по-английски говоривший с акцентом. Он назвался Свеном Раудссоном и оказался норвежцем, что и стало ясно окончательно из завязавшегося разговора.

Шесть лет назад группа мальчишек из английского исторического клуба гостила у своих собратьев в Норвегии. Оттуда они и попали сюда. В обеих группах собрались непоседы. Под руководством Свена мальчишки смастерили драккар и отправились в путешествие. А в Гибралтаре обосновались почти три года назад, успев побывать в Америке и на африканском побережье. Правда, не стал скрывать Свен, в Гибралтаре до них жили испанцы, но с ними не вышло мирно… Девчонки побежденных – кто не захотел умереть от своей руки – достались победителям. С тех пор колония окрепла, там жили почти сто человек, имелся второй драккар, и «люди Скалы» часто ходили походами, в основном тревожа урса в их собственных землях. Но заплывали они и в Черное море, где в прошлом году у них случилась крепкая заваруха с казачатами на «Чайках» – еле отбились и ушли…

…Свен вполне дружелюбно предложил доставить новых знакомых вместе с солью, которую они наберут, до места на побережье напротив перевала, откуда можно добраться до пещеры. Вадим подумал.

И согласился.

* * *

Глину нашли Ленка Рудь и Наташка Бубненкова – настоящий пласт в полукилометре от пещеры. Под лозунгом «Даешь народную посуду!» нам, мальчишкам, пришлось таскать глину и песок (последний – аж с берега моря и тщательно просеянный!!!) в природную яму за пещерой, а потом еще заливать все это водой и месить. И если вы думаете, что княжеский титул вас спасает от унылого топтания в ледяной воде, то вы ошибаетесь. А месить глину никогда не относилось к числу моих любимых занятий. Правильней сказать – я этим вообще никогда не занимался.

Ну да мало ли чего я не делал…

Олька Жаворонкова, сидя на краю ямы, на редкость гнусным голосом зачитывала по памяти список запасов лекарственных трав, докладывая о нехватке того или другого. Месиво под ногами было холодным, и у меня в душе гнездилось нехорошее предчувствие, что топчущийся напротив Фирс филонит. Хорошо еще – солнце неплохо грело плечи и спину.

– Оле-ег! – заорал Сморч где-то за пределами моего зрения. – Олег!!!

– Я тут, – буркнул я, – заживо похоронен…

– Он здесь! – махнула рукой Олька, и через минуту возбужденное лицо Игоря появилось над краем ямы:

– Хватит в г… лине возиться! – Он ткнул пальцем за спину. – Там Вадим со своими шпарит, мешки несут!

– Рановато они, – заметил я и, бросив саркастически-извиняющийся взгляд на Олега Фирсова, выбрался из глиняной трясины. А вот ноги помыть я уже не успел – Сморч предупредил меня в последний момент. Ко мне уже приближался Вадим без указанного мешка, но с каким-то белобрысым здоровяком при оружии и в теплом плаще.