Золотой Дракон - Алёна Канощенкова

Тори… Лизка тряхнула головой, отгоняя мысли об ехидном темном эльфе… и тоску по нему.

«Глупость… Боги, о чём я вообще думаю?!». — Усмехнувшись, она шагнула на первую ступеньку. Почему-то вдруг закружилась голова.

Девушка оперлась на перила. Перед глазами поплыли цветные круги… сердце глухо застучало в висках.

«Что за..?»

Удар. Темнота.

Странник

— Итак, ты хочешь сам отправиться в Серебряный лес за Чёрным Драконом?

— Ты не понимаешь… Это дело Иффен… или Радриэли.

— Но Иф сама в беде. А Рада здесь. — Хмыкнул Хенно. — Ты можешь пойти вместе с ней за мечом. Или отправиться к её матери.

— В том-то и дело. — Стукнул кулаком по стене Странник.

— Проблема выбора. — Невесело усмехнулся целитель.

— Меч должен быть найден. Иначе — всё было зря!

— Ага… Иф сможет выкрутиться сама?

— Нет. Она ждёт меня…

Хенно сжал кулаки. С сочувствием глянул на Странника.

— Я не знаю, что делать. Впервые за… всё время.

— Вижу… учитель. Ты справишься.

— Благодарю за напоминание. — Криво улыбнулся он. — Сам не знаю, зачем затеял этот разговор. Всё равно решение принимать мне самому.

— Понимаю.

«Долг или возлюбленная? Классический выбор. Бред… Что я могу сделать? Оставить Иф в беде или отказаться от всего, ради чего работал столько лет?».

— Рада может отправиться туда со своим… с принцем. Они сейчас старше, чем были Иф, Фет и Людвиг тогда, во время их знакомства. К тому же есть эта юная воровка… Тар и Ирис… — Предложил целитель. — И я.

— Радриэль и Мираэль должны остаться здесь. Они должны уцелеть… в любом случае. Ты пойдёшь со мной. Тар и Ирис отправятся на поиски.

— Тогда что тебя беспокоит?

— Я вовсе не уверен, что Чёрный Дракон по-прежнему в Серебряном лесу. Его мог забрать оттуда…

— Кто, учитель?

— Да Тарриэль, кто же ещё. Он там побывал, и не раз за эти годы.

— Но зачем ему этот меч?

Странник лишь покачал головой.

Лиса

— Смотри… Видишь, по бескрайнему морю летят белоснежные корабли? Видишь просторную светлую гавань, в которую они стремятся? Город, широкими ступенями спускающийся к морю? Прямые ровные улицы, причудливые дома, увитые цветами, цветущие алые лилии? Зелень садов, зелень леса, мирно соседствующего с городом, перевитого, переплетённого с ним в одно целое, бесконечно гармоничное существо? Прекрасный замок, вознесённый и над городом и над морем? Видишь на высоких башнях трепещущие на ветру знамёна? Ты замёрзла? Здесь, наверху, бывает холодно. Давай спустимся ниже, к самому городу.

Знаешь, когда его разрушили… после многих лет процветания и радости, боги защитили его от разграбления, затопив. Но сейчас ты видишь тот город Красных лилий, каким он был раньше.

Смотри, видишь, сколько людей и нелюдей на его улицах? Сегодня великий праздник — у правителя родилась дочь. Видишь эту процессию, под звуки музыки и смеха спускающуюся от замка к храму?

Впереди — вон тот молодой элий — сам правитель. Он счастлив. Так же, как в тот день, когда впервые привёл под своды храма юную деву с золотыми волосами — свою невесту, а теперь — жену и повелительницу. Он без охраны. Только друзья, придворные и простые жители… Многие из них приехали в город с других концов страны ради этого праздника.

— Хватит…

— Видишь, они стекаются к храму со всего города? Взрослые и дети, богатые и бедные, купцы, ремесленники, слуги, маги, лекари… Ворота храма распахнуты. Боги ждут. Видишь, нет никаких жрецов? Так было в этом городе всегда.

— Прошу… хватит.

— Ты слышала, что Боги прокляли город? Но было не так. Она любили его безмерно. Когда город пал, мир увидел слёзы на ликах Богов. Они спрятали его, скрыли от разграбления и глумления, как укрывают тело погибшего возлюбленного. Но они постарались забыть… И допустили, что прекрасные земли превратились в гибельное страшное место. Боги не верили, что город может возродиться. Они и сейчас не верят. Если это произойдёт… то будет заслугой только лишь смертных.

— Чего ты хочешь… от меня?

— Смотри… Ты видишь этот город? Чувствуешь запах моря, запах цветов, соли и свежести? Что ты готова отдать ради того, чтобы он жил? Своё прошлое — память и то, чего ты так и не смогла вспомнить? Настоящее — то, чего ты никак не можешь разгадать? Будущее — то, о чём ты пока и не догадываешься? Или всё сразу — чтобы получить много больше? Смотри… и думай.

Темнота. Наконец-то…

— Лиз? Что случилось? — сильные надёжные руки. Знакомый запах степной полыни и солнца. Нужно открыть глаза.

Поморщившись, она шевельнулась. Как болит голова… А вокруг… Лизка осторожно огляделась… Какая-то площадь с журчащим фонтаном — чашей. Как она здесь оказалась, ведь до того, как… до того была в замке?

— Ты упала?

— Угу…

— Да? Ладно… Давай я помогу тебе подняться. Как ты здесь оказалась?

— Гуляла. О… — стены поплыли. Лизка нащупала на затылке комок слипшихся от крови волос. — Кажется, я ударилась…

— Я заметил. — Хмыкнул Странник. — Не стоило тебе бродить здесь одной.

— Почему? — она осторожно высвободилась из его рук.

— Город слишком давно опустел. Мало ли кто мог тут поселиться.

— У него же есть… этот, хранитель.

— Хранитель страшно устал. Он умирает уже много лет. То, что мы видим сейчас — последние крохи энергии, которые он перестал беречь. Уже незачем.

— Но… Это всё…

— Впечатляет, да? — грустно усмехнулся мужчина.

Девушка кивнула.

Странник покосился на темно-синее непрозрачное небо. Моргнул, словно отгоняя какую-то неприятную мысль, и предложил:

— Хочешь, посмотрим город?

— Изнутри? — улыбнулась Лизка. Она чувствовала себя много лучше. Осталась только… даже не тревога, тень тревоги.

— Конечно.

Через несколько минут, медленно шагая по улице и разглядывая дома:

— Странник?

— М?

— Ты знаешь, зачем я здесь?

— Знаю.

— Но не скажешь.

Он улыбнулся, запрокидывая голову.

— Ты должна понять сама.

Они постепенно приближались к порту, когда Странник свернул в узкую улочку и с улыбкой устремился в одному ему известном направлении.

— Ты куда? — окликнула Лизка.

— Идём. Скоро увидишь.

Главные ворота города. Площадь с фонтаном, высокие дома, широкие улицы, расходящиеся звездой.

— Смотри. Здесь есть что-то, что кажется тебе… своим?

— Своим? — нахмурилась Лиса. — С какой стати мне…

Странник махнул рукой.

— Не думай. Просто смотри. Постарайся почувствовать.

Через некоторое время, тихо и уверенно:

— Я поняла. Есть…

Радриэль

— Ты спрашивал, что связывает меня и Странника. Помнишь? — лёгкое и нежное прикосновение губ к макушке.

Мираэль запрокинул голову, глядя в глаза девушке, сидящей на спинке глубокого кресла.

— Конечно помню. Но мы решили больше не говорить об