Черный археолог - Александр Быченин

– Босс, мне холодно.

– А другой ванны тут нет? – предпринял я безнадежную попытку отмазаться.

– В том-то и дело, – вздохнула моя помощница. – Я тихо посижу, как мышка. Обещаю не приставать.

– Залезай.

Я снова запрокинул голову, закрыв глаза, но от былой неги не осталось и следа. Присутствие молодой и, чего греха таить, соблазнительной особы в непосредственной близости, да еще и в таком виде, не на шутку напрягало. Все-таки я нормальный гетеросексуальный самец, и реакция у меня случилась соответствующая и, хм, стойкая. Ч-черт! Я торопливо поджал колени, чтобы не спалиться ненароком.

Женя между тем осторожно забралась в ванну и довольно бесцеремонно – на мой, конечно, взгляд – расселась рядом, заставив меня потесниться. Вытянула ноги, охнула и блаженно прищурилась.

– Хорошо-то как!..

Угу, было еще совсем недавно.

– А вы хитрец, босс. Тут такое чудо, и молчали…

– Тебе некогда было, джигитами любовалась, – огрызнулся я, разозлившись на себя самого за неожиданную вспышку ревности. – Отвлекать не решился.

– Да, это было красиво… – мечтательно протянула Евгения. – Мне так никогда не научиться… А как они из луков стреляли!..

– На ходу, что ли? – недоверчиво хмыкнул я.

– По-всякому. Босс, вы в этих восточных штучках разбираетесь, как это называется?

– О-фуро, традиционная японская баня.

– Да я не об этом, я про лучников.

– Кюдо, – глубокомысленно изрек я, торопливо восстанавливая в памяти все, что знал о «пути лука». – Старинная самурайская забава. Одно время была чуть ли не популярнее кэндо.

– Красиво, – снова повторила девушка. – Здесь вообще все красиво. И все по правилам. Каждый шаг как будто расписан.

– Вообще-то так и есть. Сингон планета, можно сказать, патриархальная, традиции здесь чтут, а в тематическом национальном парке так вообще ками велели.

– Кто? – Женя повернулась ко мне, пустив по водной глади мелкие волны. – Разве японцы не буддисты?

– И это тоже. Но вообще-то их официальная религия – синто. Я же тебе рассказывал.

Я прикрыл глаза, чтобы не встречаться с соседкой взглядом, но помогло плохо – разыгравшееся воображение рисовало соблазнительные сцены весьма фривольного содержания.

– А, да, помню.

– Ками – это такие мелкие божества, скорее даже духи. Бывают духи природных явлений, духи каких-то предметов, например камня или дерева, духи какой-то местности – горы или леса…

– О’кей, босс, я поняла.

Н-да, что-то занесло меня. Мелю чепуху всякую и остановиться не могу. Оно, впрочем, и понятно – совсем не так я себя сейчас вести должен. И Женька от меня совершенно другого ожидает. Да я бы и сам с удовольствием, да вот только отменно не вовремя вспомнился давешний старец-каннуси. Что я там ему про совесть втирал? Вот то-то!

– Босс?..

По тихому плеску и легкому волнению на поверхности воды я понял, что девушка встала со своего места, а потом почувствовал ее дыхание на своем лице. Поднял веки и еле сдержался, чтобы не зажмуриться вновь, – взгляд мой уперся в туго обтянутую лифом грудь. Женя склонилась надо мной, но не касалась, упираясь руками в бортик ванны. Едва удержавшись, чтобы не обнять ее за талию, сфокусировался на лице. В глубине ее глаз пылали загадочные огоньки. Я такие уже видел, не далее как вчера ночью. Губы чуть приоткрыты, грудь учащенно вздымается, ожидание во взгляде – чего тебе еще, Гаранин, надо? Идиотина пустоголовая!.. Ты ведь и сам этого хочешь! Вожделеешь! Взорваться готов от страсти! Скотина похотливая!!!

– Извини, не могу, – еле слышно просипел я и отстранился насколько смог.

Признаться, получилось не очень – назад сдвинуться не давал бортик, а с боков ограничивали Женины руки. Чуть дернешься, и она сверху навалится, уже без всякого умысла, просто в соответствии с законами физики. Блин, ну что за бредятина в голове!

– Глупый ты, Паша!.. – Самая желанная на свете девушка сокрушенно покачала головой, потом вдруг на мгновение мягко коснулась губами моих губ, отстранилась. – Но хороший…

Ага, а еще упрямый. Дебил. Вот что это только что было? Какое, на фиг, «не могу»?! Могу, и еще как могу! Но не должен, вот в чем беда…

– Спокойной ночи, босс.

Евгения Сергеевна выпрямилась во весь рост, улыбнулась грустно и вышла из ванны. Струи воды, стекавшие по гладкой коже, заблестели в лучах фонаря, капли гулко пробарабанили по гранитной плитке, и волнующее видение растаяло, как туман на рассвете.

– Да, Павел Алексеевич, сильнее накосячить еще надо постараться… – задумчиво протянул я вслух. А чего шифроваться? Поздно. – Обиделась, как есть обиделась…

Спал я в ту ночь плохо и беспокойно. Хотя, казалось бы, поступил по совести. Врет, видать, поговорка. Или старик-каннуси прав?

Система HR 7722, планета Сингон, Новый Токио,

5 июля 2541 года, день

С утра на глаза Евгении Сергеевне я постарался не попадаться, даже позавтракал в спальне. А потом напряг Попрыгунчика на предмет поиска карты национального парка, разыскал вчерашний храм и проторчал там часа три. Седой священнослужитель так и не появился, а молодой служка быстро потерял ко мне интерес, как только удостоверился, что молитву я заказывать не хочу. Впрочем, нет худа без добра – в спокойной обстановке сотню раз обдумав вчерашнюю ситуацию, мысленно несколько раз перегорев, в конце концов я сошелся с собственной совестью на том, что она у меня весьма своеобразная – сначала заставила отказать девушке, а потом поедом есть за то же самое начала, – а потому можно ограничиться полумерами. То есть попросту сделать вид, что ничего вчера не было. Видимо, Женя пришла к такому же решению, потому что за обедом вела себя подчеркнуто вежливо и относилась как подчиненная к начальнику. Потом был перелет на аэробусе обратно до космопорта. Места опять были рядом, но я сделал вид, что дремлю, соответственно и проблем больших не возникло. А вот в глайдере прикинуться шлангом уже не вышло – я сидел за штурвалом, Евгения рядом старательно пялилась в боковое окно. Весь путь до корабля прошел в неловком молчании, и, лишь когда аппарат раскорячился в магнитных захватах и мы выбрались из салона, я окликнул девушку:

– Женя…

– Да, босс?

– Нет, ничего…

Проводил задумчивым взглядом стройную фигурку до лифта и вздрогнул от хлопка по плечу.

– Ты чего дергаешься? – удивился неслышно подошедший и поприветствовавший меня таким нехитрым способом Эмильен. – Поругались, что ли?

– Да вроде нет…

– А чего так неуверенно? Ты это кончай, патрон слабых да угрюмых не любит.

– Да класть!..

– Точно, поругались! – заключил Эмиль. – Не переживай, дело молодое. Поверь моему опыту, после хорошей ругачки и мириться стократ приятнее.