Портрет прекрасной принцессы - Вера Чиркова

— Никуда ты не пойдешь, пока не расскажешь, что тебя насторожило.

Дерусь я, нужно признаться, плоховато, особо мощного удара у меня никогда не получалось, потому и учили меня умелые наставники боевых искусств не столько бить самому, сколько избегать чужих ударов. Вот и от резкого удара Макквина, призванного уложить меня в постель часа на три, я ушел. И мгновенно поставил перед ним выбор из двух ножей.

— Неужели ты надеялся, что я расслабился до такой степени, что позволю себя бить? — чуть поигрывая поблескивающими лезвиями, строго выговорил я лекарю. — Так вот, сейчас мы идем к Гийому, и вы мне объясняете, что все это значит.

— Тай, подожди. Я все сам объясню, не нужно пока к Гийому. Мне необходимо увидеть тот портрет… А ты просто не так понял.

— Возможно, с твоей точки зрения, я и не особо сообразителен, но когда меня пытаются свалить предательским ударом в живот, понимаю сразу. Стой смирно! Пока я все не узнаю и не решу, верить тебе или нет, уйти отсюда тебе все равно не удастся, — пояснил я Макквину свой план, с тоской хороня розовую мечту упасть на коврик.

— Тай, ты тут? — А вот и еще один желающий помешать мне отдохнуть. Хотя сейчас он как нельзя кстати. — А что это у вас тут происходит? — Рассмотрев диспозицию, Зигель немедленно встал рядом со мной и демонстративно положил руку на рукоять оружия.

— Сейчас вы всех сюда соберете, и уже ничего выяснить не получится, — с отчаянием взвыл художник и шлепнулся на кушетку, — а впрочем… делайте что хотите.

— Ладно, не переживай, сейчас я что-нибудь придумаю. — Пряча ножи, я отошел к стоящему чуть поодаль креслу и не успел еще откинуться на спинку, как в дверь тихо, но требовательно стукнули.

— Войди, — разрешил я, методом исключения догадавшись, кого может принести нелегкая в это время.

— Ты еще не спишь? А что это вы тут делаете?

Наивный вопрос, не видит, что ли, что просто сидим. И в этот миг я понял, что Рамма мне послали не иначе как добрые духи этих мест.

— Ты, кстати, очень вовремя, лорд Зигель переживает за свой портрет, и мы пытаемся придумать, как ему помочь.

— Я тоже по этому поводу, — прямо-таки расцвел Рамм, — мне пришло в голову, что завтра в городе узнают о случившемся, и лорды могут решить начать осаду.

Вполне могут, кивнул я, эта мысль уже приходила мне в голову. Сегодня точно не начнут, медлительные северяне празднуют и раскачаются не раньше чем завтра к обеду. А вот как события развернутся потом, зависит от ораторского искусства и репутации лорда Антора. Если он сумеет перетянуть большинство на свою сторону, все будет просто замечательно, а если нет… но про это лучше пока не думать.

— Мне хотелось бы пробраться в город, — продолжил свою мысль Рамм, — и забрать сюда Ивара, Кафа и кухарку, боюсь, что оставаться в моем доме им опасно. Ну и портрет мы можем захватить, нужно только приказать стражникам, чтоб меня выпустили, а потом впустили обратно.

— Я пойду с тобой, — не согласился с отведенной ему ролью Зигель, — мне вернули мой меч, и я думаю, он может оказаться не лишним.

— Никуда вы без меня не пойдете, — со вздохом натягивая сапог, отрезал я, — а ты, Мак, останешься, и если я не найду тебя по возвращении…

— Куда я денусь, — обиделся лекарь, — только Дуна встречу и вернусь сюда.

По залам и лестницам дворца деловито сновали стражники и какие-то люди, и это уже не казалось непривычным и не раздражало, наоборот, как-то успокаивало. Чем больше своих людей успеет поднять до утра Гийом, тем больше вероятность, что смена власти пройдет бескровно.

Мне казалось, что в такой толпе народа наше передвижение останется незамеченным, но у самого выхода нас догнал насмешливый вопрос:

— Милорды отправились на прогулку?

Врать Антору бессмысленно, ясно же, что теперь он непременно отправит за нами соглядатая, поэтому я ответил с таким же веселым изумлением:

— А мы думали, ты спишь, решили не беспокоить.

— Надеюсь, теперь вы уже так не думаете? — Сквозь легкое ехидство слышалась неимоверная усталость, но взгляд проницательных глаз был цепок и весел. — Идите за мной, тут есть удобная комнатка, где можно поговорить.

Судя по часовому у двери комнатки, Гийом облюбовал ее немного раньше и, значит, пока вовсе не собирался отправляться на отдых.

— Ну рассказывайте, — усевшись в кресло и махнув рукой в сторону дивана, приказал консорт, и я не стал сопротивляться.

Ясно же, что теперь это только отнимет лишнее время.

— Рамм беспокоится о том парнишке, Иваре. — Я уверен, что имена моих спутников монах помнит наизусть. — И о Кафе. Вот мы и решили за ними сходить.

— Понятно, только всех вас я не пущу, — сразу принял решение консорт и дернул шнурок, — позовите ко мне полковника Ганиса.

— Я говорил, что мы и сами сходим, — тихо буркнул Зигель, но Гийом расслышал.

— Вы, милорд Зигель, тоже останетесь, я дам лорду Бераммонту солдат и коляску, он справится и один. Мы все равно берем под охрану дворцы примкнувших ко мне лордов, поэтому часть солдат останется там, остальные проводят милорда.

Появившийся Ганис, все такой же подтянутый и энергичный, выслушав указания консорта, увел повеселевшего Рамма, а нас с Зигелем лорд задержал взмахом руки.

— Я все равно собирался с вами поговорить, хотел только решить сначала несколько вопросов, — как-то скованно начал свою речь монах, и мне показалось, что я понимаю, о чем пойдет разговор, — обычно такие дела не решаются впопыхах, но слишком шаткое у меня сейчас положение, чтобы откладывать разговор на будущее.

— Вы о моем предложении? — догадался и Зигель. — Так оно не настолько легкомысленно и скоропостижно, как может показаться на первый взгляд. Я твердо решил жениться на Лесе, и ничто не заставит меня отступить от этого решения.

— Даже если я скажу, что Леса не является истинной принцессой?

— Тем лучше, что не является, — твердо объявил Зигель. — Мне не нравится ни север, ни власть, и в таком случае не будет никаких причин оставаться здесь.

— Он говорит правду. Впрочем, сомневаюсь, что ты этого не знал, — подтверждающе кивнул я Гийому и устроился поудобнее. Похоже, ждать возвращения Рамма нам придется на этом диване.

— Знать по донесениям и услышать от человека напрямую — разные вещи, — устало потер виски консорт, — но я рад, что мои люди не ошиблись.

— Разведка Шладберна работает намного эффективнее, чем люди генерала Тродиниона, — пояснил я недоуменно уставившемуся на меня Зигелю. — Они даже высылают своему начальству портреты всех сколько-нибудь известных подданных Торреля. Кстати, Гийом, я хотел спросить, сколько портретов работы Макквина вы разослали по разным странам?

— Шесть, — с минуту посверлив меня подозрительным взглядом, неохотно ответил консорт.