Изнанка света - Михаил Шухраев

— Выход есть, — медленно и тихо проговорил он. Но до чего же страшен этот выход!

Редрик, конечно, мог сколько угодно думать, что ни единая живая душа в О.С.Б. не догадывается, что у него появились какие-то отношения с девушкой, не имеющей ни малейших способностей к магии. На самом деле знали все — и никто не задавал каких-то неловких вопросов. Знал об этом и Эйно — мало того, он даже как-то мельком видел ту девушку. В общем-то, ничего такого особенного — по крайней мере, ему так показалось. Да важно было то, что для Реда она стала особенной — а остальное совершенно несущественно.

Впрочем, важно было и другое — эта Ася имела для него особое значение. Они действительно становились единым целым. Единым энергоинформационным объектом — так это называется на языке магов конца XX века.

И сейчас никакой жизненной энергии у Редрика не оставалось. Зато она была у девушки в далеком Ленинграде — городе, который Ред упорно называл его истинным именем.

И если эту энергию отнять…то один из них все равно должен будет умереть. Сегодня. Сейчас.

И это будет не Редрик.

Эйно помотал головой.

А если случится так, что Ред не захочет жить, узнав, что случилось с его подругой?

Это — вряд ли. Скорее, все будет совсем наоборот. Он с головой кинется в работу, как только пройдет первый шок. А время — лечит. Это Эйно знал по себе.

Теперь — Ася. Девушка с очень слабым здоровьем. Сможет ли она жить, если Реда не станет? Вряд ли, даже если приставить к ней кого-нибудь из О.С.Б. Мы не боги. А жить она просто не захочет — вот и все.

Все ли? А если у них должен появиться ребенок? Как тогда поступить?

Он еще раз посмотрел на Реда, на серое лицо с запавшими глазами.

Ребенок. Новая жизнь. Жизнь, которую люди ценят более всего.

Оно и понятно — так устроила природа задолго до того, как на земле появился Разум. И это меняет ситуацию.

Кто более ценен — маленький кричащий розовый комочек, которого придется еще обучать и обучать, и неизвестно, что в итоге получится. Или — взрослый, чей опыт и силы сегодня помогли устранить угрозу для целого города?

Люди — да только ли люди? — пожалуй, все Темные в Питерском О.С.Б. в полном составе скажут: как можно применять математику, когда речь идет о не рождённой жизни! Можно, очень даже можно. Математика — мера всего, и эмоций, движений души — в том числе. А значит, можно и действовать.

…И не узнать покоя до конца жизни, да это уже будет неважно. Выбора нет. Почти как у юного Леона Андруцэ.

Значит, решено?

Значит…

Эйно закрыл глаза. Сейчас никто не должен обратить на него внимания — ни врачи, ни персонал, он на несколько минут как бы исчезнет из мира, станет пустым местом. Не надо его сейчас видеть, плохо будет тому, кто нечаянно застанет его здесь.

И с его губ срываются не людские слова древнего языка.

Сколько так продолжалось, Эйно не знал. Зато точно нал о другом.

Лед на тротуаре, лед на дорогах. Ноябрь — а убирать дороги некому. И машины летят, как сумасшедшие… Визг тормозов, звук удара. Тьма. Небытие… Голоса: «Да тут никто не виноват!» «Водитель пьяный!» «Что ж это делается-то, а?!». Голоса. Они неинтересны. И совершенно неважны. Важно другое — там, впереди — свет. А за этим светом откроется радужный мост. Широкий мост. Куда он ведет? Да не все ли равно — важней всего добраться, долететь до него…

Когда Эйно сбросил «серое безмолвие», Ред еще не пришел в себя. Яд тварей из Запределья, Хранителей Покоя — слишком сильная штука, так просто его не вывести. Пройдет еще много дней, пока он не сможет нормально дышать и нормально ходить.

Вроде бы, ничего не изменилось. Но Эйно точно знал — сегодня врачи будут удивлены: человек, обреченный на смерть, не станет умирать. А завтра ему станет — чуть-чуть, на самую малость — лучше.

«А если он когда-нибудь узнает об этом? Ну, что ж, тогда Ред имеет право вызвать меня на магический поединок. И нанести первый и решающий удар. А я буду иметь право снять с себя защиту…»