Простые оружные парни - Владимир Стрельников

27 год, 9 месяц, 21 число, понедельник, 22:19.

Форт-заправка на границе Территории Техас и Территории Невада и Аризона.

Тускло мерцали угли в разборном мангале Самвела. Пропитавшиеся за десять часов солью, перцем и уксусом куски крокодильего мяса были сначала слегка промыты в холодной воде и сейчас на больших шампурах медленно жарились. Причем жарилась уже третья партия шашлыков, первые две были почти мгновенно изничтожены проголодавшимися путешественниками.

— А я думала, что мы не довезем мясо, по такой-то жаре… — осоловело глядя на угли, пробормотала Лиен. Она уже с полчаса с переменным успехом боролась с дремой, сидя на бревне и опершись спиной на брата.

— Это старый способ, Лиен. Чистая физика. Вода, испаряясь, охлаждает флягу. Главное, чтобы ветерок был и вода. — Самвел усмехнулся. Перевернул шампуры, поглядел на стоящий рядом караван переселенцев. — Неужели и мы такие же были?

Вокруг стоящих грузовиков бегали дети, за ними следили мамаши. Большинство мужчин были вооружены до зубов купленными на базе стволами. А если учесть, что переселялись в основном русские, то у большинства привычки к оружию не было. Автоматы, пулеметы и винтовки мужикам мешали. Лишь несколько человек были явно военными, не замечающими своих разгрузок и автоматов, и четверо — явно охотниками, что было видно по охотничьим ружьям и карабинам, вполне себе привычно обитавшим в руках и на коленях пары мужиков лет сорока, а также лысого толстяка лет тридцати и совсем молодого парня.

— Да мы и сейчас не намного лучше, — Ленька усмехнулся, — это вон Майкл как будто родился со своей «четырнадцатой», а мне порой автомат мешает. Хорошо хоть к пистолету на поясе привык, а то первое время и он мешал жутко.

— Угу, — кивнул Роман, — мы все-таки работяги, а не военные. Может, сходим к мужикам? Вроде как русские, поговорим.

— Сходи, если охота. А мне сейчас лень, — Ленька потянулся и от души зевнул. Лиен сонно кивнула. — И вообще, дежурить будем по обычной схеме? По два часа? Тогда я с двадцати девяти до часа ночи.

— Ну тогда мой черед перед тобой, потом, после тебя — Майкл, Василий и Роман. — Самвел встал и начал снимать шампуры с мангала. — Кто-нибудь еще хочет, нет? Еще мясо есть. Если никто не будет, я его сейчас в котле обжарю, и оставим на завтрак.

— Хватит, наверное. — Ленька, обжигаясь, откусил от шипящего и истекающего жиром мяса кусок. — Ну кто мог себе представить, что эта зверюга настолько жирная? Шашлык — как из сомятины.

— Надо было бы еще флягу засолить покруче, а потом завялить. И с пивом. — Ромка мечтательно зажмурился, а потом со вздохом взял шампур со стола. — Блин, глазами уже ем. Жрите, ненасытные.

— Роман, похоже, вы все-таки поговорите с земляками, — кивнул Майкл в сторону переселенцев. Оттуда на самом деле неторопливо шли трое дядек, наверное, слегка за пятьдесят.

— Доброго вечера, — подойдя, поздоровался один из них, а остальные согласно кивнули. Ленька обратил внимание, что мужики здорово похожи, наверное, братья, — не возражаете, если мы к вам присоединимся? — И вытащил из кармана простого джинсового жилета литровую бутылку водки.

— И вам не хворать. Нет, не возражаем. — Ромка подвинулся на бревне, чтобы рядом с ним поместилась вся троица.

Мужики были крепкие, жилистые. Хорошо загоревшие. Не по-новоземельному, конечно, но загар плотный, видно, что долго под солнцем были. Впрочем, на Старой Земле, в России, сейчас вроде как лето в самом разгаре. Хотя Лиен как раз не очень-то и загоревшая была вначале, обычная городская девчонка. Ну да с ее проблемами и горем было точно не до пляжей. Да и тут она пока до пляжного загорания не добралась, и от здешнего солнышка бережется, по совету Леньки. Еще обгоревшей девчонки на руках ему не хватало…

— Мы Акифьевы. Я Сергей, это мои младшие братья — Семен и Степан. — Один из мужиков, с ТТ на поясе, коротко пожал руки привставшим парням и уселся рядом с Романом. Оставшиеся братья так же пожали руки и неторопливо, можно сказать, степенно сели рядом. У братьев, кстати, были стволы поинтереснее, немецкие «вальтеры» времен Второй мировой. Когда Ленька шарился в арсенале Базы, там тоже были такие, но в ужасном состоянии. — Увидели вас, сначала гадали, кто вы? Потом услышали русскую речь, решили подойти познакомиться.

— Мы? Ну, я Роман Климов, это Самвел, это Майкл, это Василий Котовчихин. А это Леонид Панфилов и его сестра, Лиен. — Ромка встал и достал из ящика с посудой стопочку вставленных друг в друга стаканов из нержавейки. — Мы едем на ранчо, где будем работать зимой.

— Она как, — покачал головой старший из братьев, — а чего в Русскую Республику не едете? Или там плохо?

— Ну, просто попутешествовать охота. В Россию успеем, а пока мотаемся по миру, то тут поработаем, то там. Летом, например, мы железную дорогу строили, на зиму скотниками устраиваемся, а следующей весной, может, все в Россию двинем. Ну, кроме Майкла. — Ромка расставил стаканы по столу, Сергей свернул пробку и начал разливать в них водку.

— По половинке, — предупредил его Леонид. — Не то чтобы мы водку не любили, но мы по ночам всегда дежурим посменно. Береженого, знаете, и бог бережет.

— Она как. — Братья дружно почесали затылки. — И что, всегда так?

— Ну, если мы не в городе или поселке — всегда. Хоть кто-то не спит и караулит. Мало ли? — Ленька принял стакашек с водкой. Лиен недовольно поглядела на них и взяла свою кружку с кофе.

— Вы берите, угощайтесь. — Самвел пододвинул доску с шампурами поближе к мужикам. — Сейчас еще поставлю, чтобы горячие были.

— Благодарствуем. — Мужики взяли по одному шампуру и приподняли стаканчики. — Ну за знакомство!

— За знакомство. — Парни тоже подняли стопки, глухо брякнули их друг об дружку и неторопливо, как раз после гостей, выпили.

— А вообще как здесь? — с неподдельным интересом задал вопрос один из младших, Семен.

— Неплохо, — подумав, ответил Роман, а Леонид и Самвел кивнули. — Много работы, хорошо платят. Жрачка отменная, охота, рыбалка. Земли свободной очень много, целина сплошь почти.

— Мы заметили. — Степан взял бутылку и вопросительно поглядел на парней.

— Наверное, стоит допить, — подал голос Хиггинс. — Нас много, мы хорошо поели. Ничего с трех «двойных» не будет.

— Это как? — удивленно поглядел на него Степан Акифьев.

— Ну, «дабл». Двойная порция спиртного — в салуне там или в баре. Одинарная — двадцать пять грамм, двойная — пятьдесят. — Самвел выложил новую партию шашлыка на зашипевшие от капающего сока и сала угли. — Не будет, это точно.

— Вкусное мясо, — с удовольствием сказал один из братьев, положил опустевшую шпажку на доску и взял следующую. — И жирное, и сало не застывает. Это что, рыба?

— Крокодил, — усмехнулся повар.

— Что, серьезно? — Мужики с изумлением вытаращились на него.

— Серьезнее некуда. Мы через Рио-Гранде переправлялись, а он то ли просто мимо проплывал, то ли меня съесть надумал… Короче, Леонид решил, что этот крокодил ему в шашлыках больше нравится, чем в речке, и шмальнул его из своего пулемета. Здоровенная тварюга была, пять метров семнадцать сантиметров.