Нелинейная зависимость - Дмитрий Янковский

– Пойдем. – незнакомец властно дернул цепь наручников.

Около пяти минут шли по песку, то поднимаясь на барханы, то огибая невидимые Андрею препятствия. Иногда ноги проваливались в песок по щиколотку, иногда пальцы больно сбивались о довольно крупные камни, но наконец рывок цепи подсказал, что надо остановится.

– Готово? – спросил у кого-то пустынный сварщик.

– Все в норме. – голос раздался откуда-то снизу, причем так, словно говорили из чрева стальной цистерны.

«Сейчас спустят в яму.» – на удивление безучастно подумал Андрей.

– Давай, Андрюха. – хохотнул сварщик. – Отдаю тебя в хорошие руки.

Кто-то грубо ухватил Андрея за плечо и потянул за собой. Песок внезапно кончился, и Андрей едва не оскользнулся, ощутив под ступнями прогретый за день лист рифленой стали.

– Осторожно, здесь узко. – подсказал басовитый голос.

Андрей почувствовал, как стальной лист ощутимо покачивается под ногами, пришлось укоротить шаг, иначе трудно было держать равновесие. Воображение нарисовало красочную картинку – убегающая во все стороны пустыня с подсвеченными луной барханами, и стальные фермы взорванного моста над бездонным каньоном.

Покачивание усилилось и Андрей замер, не в силах справиться с тошнотой. Все ощущения говорили, что воображение не обмануло его, что он действительно стоит над обрывом, на самом краю последнего листа искореженной фермы. Ветер, мерное покачивание, запах песка, и добавившийся к нему запах воды откуда-то снизу.

– Чего встал? – позади насмешливо пророкотал бас. – Или тебя подтолкнуть?

У Андрея душа опустилась в пятки.

– Не надо. – поспешно выдохнул он. – Я сам.

Между лопаток змейкой проскользнула холодная струйка пота.

«Вот зачем меня сюда притащили…» – мысли крючились в судорогах ужаса. – «В обрыв, и с концами…»

Ветер шумел под маской, скрадывая остальные звуки мира. Железо покачивалось под ногами, вызывая тошноту и новые приступы страха.

– Сейчас, подождите… – Андрей не удержался и присел, каждую секунду ожидая рокового толчка в спину. – Секундочку.

– Ты что, срать тут собрался? – хохотнул голос. – А ну давай, вперед!

«Господи, что же делать?» – мысли заметались под черепом, чуя неотвратимость конца. – «Самому нельзя… Все самоубийцы попадают прямиком в ад.»

– Придурок! – рокотнул бас, и Андрей почувствовал ожидаемый толчок в спину.

Встал и пошел вперед коротенькими шажками, ощупывая дорогу в ожидании роковой черты. Ветер трепал края ночной рубашки.

«Радуйся Мария, благодати полная…» – почему-то именно эта молитва пришла Андрею на ум.

Шаг, еще, еще…

«Господь с тобою! Благословенна ты между женами, и благословенен плод чрева твоего, Иисус!»

Раскачка металла под ногами ощущалась все сильней и сильней, как всегда, ближе к краю. Молитва уже независимо от сознания прокручивалась в мозгу. И тут Андрей почувствовал кромку листа босой ступней. Остановился, собирая в себе остатки мужества и веры.

– Прыгай. – спокойно подсказали из-за спины.

«Святая Мария, матерь Божья…» – Андрей сделал последний глубокий вздох. – «Молись за нас грешных ныне, и в момент смерти нашей.»

Он прыгнул, стараясь удержать в себе одну мысль:

«Не кричать!»

Невесомость падения овладела телом, из горла вместо вскрика вырвался совершенно невнятный хрип. И тут же в ступни ударило, Андрей не удержался и всем телом грохнулся на прогретые, пахнущие смолой доски. Тут же его вырвало ужином, а затем снова и снова, до желчи.

– Слушай, в какой психушке вы его взяли? – недовольно воскликнул высокий, с женскими нотками голос. – Он наблевал мне на палубу! Свинья противная! Фу, фу!

Андрей почувствовал немилосердный удар ботинком по ребрам, поднялся на колени, но двигаться на них не смог – мешала ночная рубашка. Его схватили за цепь наручников и поволокли сначала по доскам, а затем вниз, по металлической лестнице. Там бросили, лязгнув напоследок железной дверью. Щелкнул замок.

Андрей понял две вещи – он жив, и наконец-то остался один. Картина мира полностью спуталась в голове, он не имел ни малейшего понятия где находится, что стало с пустыней и взорванным мостом, как посреди каньона возникли просмоленные доски, и правда ли все, что он себе напредставлял. Самый серьезный вопрос возникал, когда он пытался понять, как на милицейском броневике за каких-то пятнадцать-двадцать минут можно попасть в пустыню, где над каньоном нависает фрагмент взорванного моста.

– Суки… – шепнул он без особого адреса.

Легче не стало. Под ногами грохотнуло и явственно послышался звук заработавшего дизельного мотора, пол под ногами накренился, и качка усилилась.

– Катер. – окончательно решил Андрей. – Значит это не каньон был, а река.

И никакая не пустыня это, а просто место, где навалено много песка. Но даже так оставалось неясным, каким образом милицейский броневик зарылся в этот песок, и что стало с водителем и охраной. И кто вытащил Андрея, тоже загадка, и куда его везут на катере – полный туман. Но самое главное – кто эти люди, что им нужно, и откуда они знают имя?

Тут же вспомнился дядя Коля с пистолетом, и мысли спутались окончательно.

– Это какой-то бред. – прошептал Андрей, лежа в темноте на боку. – Этого просто не может быть.

Вспомнился грохот выстрелов, мертвая Галина и голос милиционера:

– Он всех перестрелял. В палатах одни только трупы.

Представились лица, запечатлевшие предсмертную боль и тела под окровавленными простынями.

– Бред… Бред…

Катер качнулся сильнее и набрал ход, двигатель заработал на повышенных оборотах, передавая металлу нездоровую дрожь. Извиваясь гусеницей, Андрей подполз к стене, оперся плечом, поднялся на ноги. Кисти рук онемели, сдавленные сталью наручников, во рту становилось суше и суше, а противный вкус рвотных масс заполнил рот. Андрей несколько раз сплюнул, но это не помогло – вкус остался, а сухости только прибавилось.

Шаг за шагом он двигался вдоль стены, телом и щекой ощупывая ее поверхность. Когда катер качало особенно сильно, приходилось садиться на корточки, затем вставать и идти снова. Наконец Андрей нашел торчащий из стены штырь. С его помощью удалось снять маску. Но это мало что изменило – темнота была полной.

Мотор сбавил обороты, а через несколько секунд затих полностью. Наверху раздались неясные выкрики, топот, затем борт катера во что-то уткнулся. Андрей не удержался на ногах и упал на пол, в который уж раз стукнувшись подбородком. Тут же дверь открылась, впустив внутрь довольно яркий свет.

– Этот псих снял с себя маску! – оповестил всех визгливый голос.