Два Хранителя - Екатерина Флат

И я еще ворчала на Руслана за то, что он вздумал меня тренировать… Да если бы не его уроки, мне бы сразу конец пришел! И сейчас удар я смогла отбить, даже не успев еще вскочить на ноги. Лезвие моего увитого языками пламени меча заскрежетало о Клинок Истины. Эридану пришлось отступить на шаг, и я тут же поднялась.

Противостоять такому воину, как Эридан, было нереально. Не занимай сейчас его сознание Девятиликий, я бы не смогла столько времени продержаться. От лязга стали воздух словно накалился. Клинок Истины светился багрово-красным, мой меч пылал и сыпал искрами. Талисман же я применить не могла, слишком близко находилась ритуальная чаша.

Столб поднялся уже десятка на три метров и вдруг замер. Видимо, пришло время зажигать огонь в ритуальной чаше, от которой Эридана отделяла лишь я.

Жестким ударом он сбил меня с ног. Занесенный над моей головой Клинок Истины заскрежетал о камень — я успела отклониться, вскочила. Но Эридан не растерялся, ловким выпадом выбил у меня из рук пылающий меч. Схватив горсть песка, я швырнула ее прямо ему в глаза. Он на мгновение растерялся и оступился, потеряв равновесие. Я тут же повалила его на каменную поверхность. Мгновенно в моей руке сверкнул орбаганский кинжал, я тут же приставила его к горлу Эридана. Пальцы дрожали, слезы отчаяния застилали глаза. Но я должна была его убить! Должна! У меня просто не было другого выхода!

Эридан смотрел на меня абсолютно черной пустотой глаз, но кинжал у горла не позволял ему двинуться.

— Я не могу тебя убить! Не могу! — в отчаянии закричала я.

— Просто позови меня… — вдруг прошелестел в голове смутно знакомый голос.

И меня озарило! Как там Света говорила? Это не артефакт, это сосуд сознания…

— Прядущий!

Серебряный паучок, ловко перебирая лапками, пробежал по моей руке и скатился прямо по лезвию кинжала вниз. Тонкие лапки впились Эридану в горло. Прозрачный камень паучка мгновенно почернел. И одновременно глаза Эридана приобрели привычный темно-зеленый цвет.

— Карина?.. — выдохнул он изумленно.

Я ничего не ответила. Прядущий мигом взобрался по лезвию вверх и серебряные лапки острейшими иглами впились в мою ладонь. От резкой боли я не сдержала крик. Черный камень паучка постепенно становился прозрачным. А на меня со всех сторон нахлынула тьма. До того как Девятиликий полностью бы завладел моим сознанием, оставалось не больше секунды. И я не раздумывала.

Сверкнувший в моей руке Священный кинжал Орбагана обагрился кровью. Эридан что-то закричал, но я уже не разобрала его слов.

Оказалось, умирать все-таки больно. Хорошо, что боль длилась только мгновение…

Я часто слышала, что вроде как перед глазами должна пронестись вся жизнь, но ничего этого не было. Боль резко исчезла, навалившаяся на мгновение тьма расступилась. Я находилась в каменном зале с круглым окном в потолке, через которое пробивался свет. Ну да, все верно, мир посмертия. Я побрела к единственной двери отсюда. За ней оказался Храм Огня.

Вечным огнем на стенах горели факелы. Мгновенно нахлынуло чувство, которое бывает, когда после очень долгого отсутствия возвращаешься домой. Вот только печали в нем сквозило куда больше, чем радости.

Дверь, через которую я вошла, исчезла. Вздохнув, я огляделась по сторонам и позвала:

— Кариан! Можете теперь все дружно радоваться. — Я вяло улыбнулась. — Я умерла и больше не смогу натворить никаких глупостей.

Но Создательница все не появлялась.

— Кариан! — снова позвала я. — Ты куда пропала… — Я осеклась.

Зеркальные плиты пола отражали бледную словно эфемерную девушку в струящемся алом платье с золотистыми лентами. Кариан тут не могло быть, потому что ею теперь была я.

Я упала на колени и разревелась. Пусть теперь и бессмысленно было себя жалеть, но я никак не могла унять слезы. Нет, я не раскаивалась в собственном поступке, но и смириться с произошедшим пока не получалось.

— Что-то мне подсказывает, что в вечности тебе не очень-то нравится, — раздался рядом знакомый голос.

Я подняла глаза. На алтаре сидел серебряный паучок. Теперь кристалл его тельца мерцал приглушенным белым светом.

— Прядущий? — Я кое-как уняла слезы. — Спасибо. Ну что помог.

— Да всегда пожалуйста, — беззаботно отозвался он, — банальная дружеская услуга.

Я хотела спросить, что теперь дальше будет, но вдруг зал охватило пламя. То самое, которое я видела во снах. Оно бушевало вокруг, словно пытаясь вырваться отсюда.

— Что происходит? — Я совсем растерялась.

— Не вдаваясь в подробности, кое-кто очень не хочет, чтобы ты умерла, — уклончиво ответил Прядущий. — Если у него хватит сил разделить с тобой смерть и выжить при этом, он вытащит тебя отсюда.

— А если нет? — прошептала я резко севшим голосом.

Ответ паучка совсем не обрадовал:

— Умрет.

Новая волна паники сдавила горло.

— Прядущий, ты же можешь, скажи Руслану, чтобы не делал этого! Я не хочу, чтобы он так рисковал! Пусть уж лучше я останусь здесь навсегда! Мне не нужна жизнь такой ценой!

— Ты же сама знаешь, он в любом случае не сдастся… — ответ Прядущего прозвучал едва слышно, словно паучок отдалялся от меня.

Я его уже и не видела, вообще ничего не видела. Бушующее пламя размыло границы окружающего мира, сама вечность дрогнула под его натиском. А я… Кажется, я стала неотъемлемой частью огненной стихии…

Не знаю, могут ли что-нибудь чувствовать духи, коим теперь я являлась, но сначала я не ощущала ничего, кроме объявшего нас пламени. А потом вдруг резкой волной нахлынули все чувства. Я чуть не задохнулась, будто разучившись дышать за эти мгновения. В ушах зазвенело от обрушившихся лавиной звуков. Темнота перед глазами дрогнула и расплылась. И я увидела дымчато-синие глаза Руслана с затухающим в их колдовской глубине пламенем. Дрожащими пальцами коснулась его лица. Даже попыталась улыбнуться, но на это сил уже не хватило.

Он судорожно вздохнул и крепко прижал меня к себе. Мое сознание уползало в спасительную темноту. Коснувшись губами моего виска, Руслан что-то ласково прошептал, но слов я его не осознала.

В забытьи я пробыла не так уж долго. Когда открыла глаза, вокруг царила ночь. Я лежала на кровати в своей комнате во дворце Эридана.

В кресле у двери дремала пожилая целительница. Я помнила ее еще с той поры, когда жила некоторое время в Орбагане. Беспокоить ее не стала, надеясь, что сама справлюсь.

Борясь с жуткой слабостью, я медленно села. На мне была одна тонкая ночная рубашка до колен, если не считать повязки под грудью. Нанесенная самой себе смертельная рана ныла, но не сильно. Держась за столбик кровати, я встала. Священный Браслет Орбагана на правом предплечье едва не обжигал кожу, словно предупреждал о чем-то. Видимо, я только из-за него очнулась именно сейчас. Хотя талисман, в свою очередь, вообще об опасности не намекал.