Код Вечности - Йон Колфер

Родовое поместье Фаулов.

Обратный перелёт из «Хитроу» занял более часа из-за особо сильной турбулентности и восточного ветра, разбушевавшегося над горами Уэльса. Когда же Элфи и Дворецки наконец приземлились рядом с особняком Фаулов, то увидели офицеров Подземной полиции, под покровом темноты торопливо заносивших в дом оборудование для стирания памяти.

Дворецки отстегнулся от «Лунного пояса» и прислонился к стволу серебряной березы.

– Ты нормально себя чувствуешь? – спросила Элфи.

– Вполне, – откликнулся телохранитель, массируя грудь. – Просто этот проклятый кевлар мешает. Он, конечно, спасет мне жизнь, если по мне вздумают пальнут из какого-нибудь малокалиберного оружия, но он так сдавливает грудь…

Элфи сложила свои крылья.

– Зато теперь у тебя начнётся спокойная, мирная жизнь.

Откуда-то сбоку донесся шум. Дворецки повернул голову. Какой-то пилот Подземной полиции пытался припарковать шаттл в гараже на две машины, однако у него ничего не получалось: он всё время стукался о бампер «бентли».

– Мирная жизнь… – пробормотал Дворецки, направляясь к гаражу. – Если бы.

Устроив бедняге-пилоту головомойку и доведя его чуть ли не до инфаркта, Дворецки с сознанием выполненного долга направился в кабинет, где уже ждали Артемис и Джульетта. От радости Джульетта так крепко обняла своего старшего брата, что тот едва не задохнулся.

– Все в порядке, сестренка. Ты напрасно за меня переживала – наши волшебные друзья залатали меня на славу. Так что я буду и впредь присматривать за тобой.

Артемис сразу перешёл к делу.

– Ну, как наши успехи? – спросил он.

Дворецки открыл дверцу сейфа, расположенного рядом с вентиляционным отверстием.

– Я все выполнил, сэр.

– А специальное задание?

– Мой человек в Лимерике сделал все в точности, как вы приказали. Хотя за долгие годы работы ему ещё не приходилось сталкиваться с такими просьбами. Они находятся в специальном растворе, предотвращающем коррозию. Слои настолько тонкие, что окисление начинается очень быстро, поэтому предлагаю установить их в самый последний момент.

– Великолепно. Разумеется, три комплекта делать было необязательно, но это усилит эффект.

Дворецки протянул ему золотую монету на кожаном шнурке.

– Я скопировал ваш дневник и все касающиеся волшебного народца файлы на лазерный мини-диск, а затем покрыл его слоем сусального золота. Издалека никто ничего не заподозрит, но тщательного осмотра этой штучке не пройти. С другой стороны, погружать диск в расплавленное золото было нельзя: это уничтожило бы всю информацию.

Артемис завязал шнурок на шее.

– Думаю, того, что ты сделал, вполне достаточно. Кстати, ты позаботился о ложном следе?

– Да. Послал вам сообщение по электронной почте, которое вы пока не получили, а также забронировал несколько мегабайт на сайте хранения информации. И ещё, сэр… Это была моя личная инициатива, но я спрятал в парке рядом с домом капсулу, куда тоже положил кое-какую информацию.

Артемис кивнул.

– Хорошо, – одобрил он. – Об этом я не подумал.

Дворецки принял комплимент, хотя не поверил в его искренность. Артемис не упускал ни единой детали.

В разговор вступила Джульетта:

– Знаете, Артемис, сэр, а может, это в самом деле разумно – отпустить эти воспоминания, дать им уйти? И волшебный народец немножко успокоится.

– Эти воспоминания – часть моей личности, – возразил Артемис.

Он осмотрел лежавшие на столе капсулы и взял две из них.

– Ну, хватит тянуть. Думаю, волшебному народцу уже не терпится стереть нашу память.

Команда техников под руководством Жеребкинса разместила свою лабораторию в комнате для совещаний, воздвигнув сложную конструкцию из электродов и оптоволоконных кабелей. Каждый кабель был подключен к плазменному экрану, на котором излучаемые мозгом волны отражались в виде текстовых строчек. Говоря простым языком, Жеребкинс мог читать воспоминания человека как открытую книгу и удалять из них то, что ему было нужно. Возможно, наиболее невероятной частью процесса удаления памяти являлось то, что человеческий мозг сам придумывал альтернативные воспоминания для заполнения освободившегося места.

– Мы могли бы стереть вам память при помощи переносного оборудования, – объяснил Жеребкинс, как только все пациенты собрались в зале, – но полевое оборудование позволяет осуществлять только полное стирание. В таком случае из вашей памяти были бы удалены все события, произошедшие за последние шестнадцать месяцев, что могло бы сказаться на вашем дальнейшем эмоциональном развитии, не говоря уже о понижении вашего КИ, коэффициента интеллекта. Поэтому мы решили использовать лабораторное оборудование, чтобы стереть только те воспоминания, которые касаются волшебного народца. Разумеется, дни, которые вы целиком провели рядом с нами, абсолютно выпадут из вашей памяти. Рисковать мы не можем.

Артемис, Дворецки и Джульетта сидели за столом. Гномы-технари смазывали их виски дезинфицирующим раствором.

– Мне вдруг пришла в голову одна мысль, – сказал Дворецки.

– Можешь не продолжать, – перебил его кентавр. – Ты, вероятно, имеешь в виду свой нынешний вид? Ты и в самом деле постарел.

Дворецки кивнул.

– Всем моим знакомым известно, что на самом деле мне сорок лет. Вы же не можете стереть память у стольких людей.

– Я уже побеспокоился и об этом, Дворецки. Когда ты заснешь, мы обработаем твоё лицо лазером и удалим омертвевшие клетки. Кроме того, сюда прибыл один из лучших пластических хирургов – он сделает тебе инъекцию Росы, позволяющую избавиться от морщин. Ничего страшного, маленький укольчик в лоб.

– Инъекция Росы?

– Жир, – объяснил кентавр. – Отсасываем из одного участка тела и впрыскиваем в другой.

Дворецки совсем не обрадовался подобной перспективе.

– Этот жир… Надеюсь, вы его не оттуда возьмете? – И он ткнул себя чуть пониже спины.

Жеребкинс несколько смутился, что было ему несвойственно.

– Ну, на самом деле… Мы действительно возьмём его оттуда, но не у тебя.

– Объясни.

– Исследования показали, что из всех волшебных рас наибольшей продолжительностью жизни обладают гномы. В местечке под названием Полл-Дайн живёт один рудокоп, которому, как утверждают, недавно исполнилось две тысячи лет. Ты никогда не слышал выражение «гладкий, как гномья задница»?