Магия черного кристалла - Мария Куприянова

Гворры также не участвовали в битве. Хитрые птицеящеры увидели ловушку и не стремились покидать уютные гнезда.

Все ближе и ближе армия подступала к замку. Но доставать уваргов стало сложнее. Сообразив, что ничем не могут отразить нападение, они крепко засели в укрытии и даже не высовывались.

Вдруг черное небо расчертил огненный шар. За ним еще несколько. В бой вступили маги. Взрывы сотрясли стены цитадели. Осколки камней полетели в пропасть. Взметнулась пыль, оголив небольшую прореху в кладке. Через секунду в нее устремилась молния, проникла внутрь. Во дворе бабахнуло, послышались визги обожженных тварей. Спасаясь от взрыва, они в панике заметались, открывшись лучникам. Эльфийские стрелы мигом прервали их мучения.

Воины вплотную подошли ко рву, дальше путь закрывал выдвижной мост. В пылу сражения мало кто заметил мелькнувших сверху крылатых людей, которые несли меррилов во внутренний двор замка.

* * *

Пряный аромат лез в ноздри, отогревал легкие, теплом разбегался по закоченевшему телу. Тихий треск и щелканье заполняли слух. Слушать бы и слушать… Неподвижно лежать, отдаваясь горячим струйкам жизни, пульсировавшим в крови. Ни о чем не думать, никуда не стремиться. Он слишком устал, чтобы бороться дальше. Заботливое урчание успокаивало, убаюкивало, но что-то мешало целиком погрузиться в забытье. Остались еще неоконченные дела. Проникнуть в замок, выручить брата, Аргента, достать, наконец, Фаридара и вернуть объединенный кристалл.

Коля открыл глаза. Все вокруг расплывалось, но он и так узнал нависшее над ним существо. Прошептал еле слышно:

— Луна.

Паучиха цокнула языком, наклонилась ближе, пустив в нос очередную порцию пряного аромата. Голова закружилась от снотворного, и Коля едва удержал скользящее в черноту сознание.

— Не надо, прошу.

"Лежать. Здоровье ослабло. Надо спать".

— Пусти меня, — уже тверже заявил он, пытаясь высвободиться из крепких объятий паучихи.

Та недовольно затрещала:

"Нельзя", — одной лапой она придавила пациента к земле, выпустила паутину и принялась ловко бинтовать ему руки.

— Я бы не дергался, — голос донесся откуда-то сбоку, — у тебя серьезные обморожения.

— Лучше бы помог, — недовольно проворчал Коля, узнав друга. — Ром, я серьезно.

— И я серьезно. К тому же, она меня близко не подпускает. Охраняет тебя, будто верный пес.

Коля приподнял голову, осмотрелся. Стены замка маячили позади, эльфы обстреливали засевших в укрытии уваргов, то и дело вспыхивали огненные шары, врезаясь и кроша каменную кладку. Уцелевшие чародеи продолжали бой, и он не мог отлеживаться в норе, в которую, судя по всему, и намеревалась оттащить его целительница.

— Луна, я должен идти, — ему удалось перехватить взгляд паучихи. Заботливый, добрый и теплый. — Пойми. Меня ждут.

— Ты уверен? — возразил Ром. — Идет штурм, а ты в таком состоянии…

— Если идет штурм, какого черта ты торчишь здесь? — зло процедил Николай и тут же осекся.

— Живой? — Даная взволнованно щупает пульс, трогает за лицо, пытается привести в чувство. — Росс, как Зарина?

— Не дышит, — голос мальчишки сиплый, усталый. — Почему в нас не стреляют?

— Не могут, — быстро отвечает Даная. — Лэн?

— Да, сейчас.

Воздух рассек шипящий и пульсирующий шар. Рассыпая огненные искры, он врезался в стену замка. Громыхнуло так, что земля дрогнула под ногами.

— Росс, помоги мне. Его нужно отнести к целителям. Пока не поздно.

— Я довезу, — вовремя подоспевший Ром спрыгивает с коня. — Быстрее.

— Прости, — Коля поморщился, отгоняя видение ара-думм. — Ты привез меня сюда…

— Пока что я отвечаю за вашу безопасность, — скупо улыбнулся Ром. — Если ты твердо решил, тогда вставай. Мне надо идти к остальным.

Коля собрался с силами, отмахнулся от назойливой целительницы, уперся рукой о землю, стиснул зубы. Тело не слушалось, оно горело, как в огне, протестовало против любых движений. Кожа на руках натянулась, сквозь наскоро наложенную паутину проглядывались багровые пузыри. Анестезия, сделанная Луной, проходила: плоть закололо миллионами иголок, усилившийся ток крови причинял боль и жжение, а откуда-то изнутри поднимался озноб. Этого только не хватало!

— Чтоб тебя, — процедил он, обессилено откидываясь назад.

— Лежи, — Ром поднялся, взял коня под уздцы. — Поправляйся.

— Нет, — заупрямился Коля. — Я сейчас.

Он снова закрыл глаза, призывая магию. С трудом нашел частицы — за время боя их количество сильно поубавилось. Будет сложно, но так надо. Притягивая к себе, словно магнитом, волшебство, он пустил его энергию на исцеление. Золото выбилось из-под закрытых век. Ара-думм добавила сил. Ускорила процесс выздоровления. Пузыри, вздувающиеся на руках и теле, оседали, сглаживались, пока не исчезли, оставив вместо себя коричневую корку. Поврежденные льдистым откатом ткани восстанавливались, кровь застучала в висках, разгоняя необходимое тепло, выжигая начинавшуюся лихорадку.

Луна почувствовала, что пациент больше не нуждается в ее помощи. Она затрещала и отошла. Коля поднялся, оперся о твердую лапу паучихи, дотронулся до морщинистого лица.

— Спасибо тебе, ты опять спасла мне жизнь.

Вместо ответа пришло чувство теплой любви и нежности, которые испытывала сейчас целительница.

— Мне пора.

Николай свистнул. Через несколько минут раздалось радостное ржание. Марс услышал хозяина и стремился на его зов.

* * *

Под ногами проплывала земля. Люди, на которых всегда приходилось смотреть снизу вверх, теперь казались муравьями, кишащими возле кукольного дворца. Грейд напрягся, непривычный к ощущению полета. Он не считал себя трусом, но когда твердая почва осталась где-то внизу, под ложечкой неприятно засосало и перехватило дух.

— Не бойся, доставлю в лучшем виде, — несущий его вельт словно прочитал мысли, хмыкнул и взмыл выше в небо. — Чтоб стрелы не задели, — пояснил он неизвестно зачем. Грейд и без него это отлично понимал.

Рядом несли его товарищей. На их лицах читались те же эмоции: настороженность, недоверие к хрупким крыльям вельтов. И все же открывавшийся сверху вид поражал своей необычной красотой и масштабностью. Крошечные человечки подступали к стенам замка, пускали стрелы, метали ярко-оранжевые шары, серебристые молнии. С другой стороны метались лохматые твари. Уворачивались от залетавших в пробоины стрел, прикрывали головы и падали, когда очередной огненный шар разбивался в мельчайшие искры. Повсюду валялись изуродованные трупы уваргов. Даже отсюда, с высоты полета, было видно их развороченное нутро, чувствовался запах паленых шкур и горелой плоти.

Отряд вельтов завис на несколько мгновений над центральными воротами замка и устремился вниз, увлекая за собой нелегкую ношу. В ушах засвистело, и на какую-то секунду Грейд решил, что пришел конец: крылатые люди не смогут выйти из пике, и сейчас разобьются. Но никто не разбился. Меррил почувствовал, как резко, у самой земли, затормозил вельт, а руки, охватывавшие его торс, вдруг разжались. Он приземлился на ноги, перекатился, оказавшись во внутреннем дворе замка.