Цифровой, или Brevis est - Марина и Сергей Дяченко

* * *

Мама немного поворчала насчет трудового законодательства и эксплуатации труда подростков. Арсен очень быстро переключил ее на позитив: его ценят, отобрали среди многих, он талантлив. Родители должны за него радоваться, как радуется он сам.

Мама предложила в воскресенье вместе сходить на пляж – и тут же забыла о разговоре, погрузившись в чтение френдленты. В последнее время она все реже разговаривала и с отцом, и с Арсеном, кажется, ей было проще набивать текст на клавиатуре, чем работать языком и губами. Эдак отец снова убежит налево, с горечью подумал Арсен.

– Ма, ну что там у тебя?

– Да тут одна девушка погибла, – мама сдвинула брови. – Образовалось сообщество. Собираем деньги, вот, на адвоката.

– На адвоката?

– Ты уверен, что тебе это интересно? – мама посмотрела искоса. Арсен увидел, что ей очень хочется рассказать. Но она боится, как в случае с отцом, наткнуться на прохладное удивление или насмешку.

– Конечно, – сказал Арсен. – Ты ее знала?

– Конечно! Это же френдесса моего френда, я видела ее комментарии. Она была, знаешь, такая острая, талантливая, всегда блестяще анализировала… Зоя. Фонд Зои. У нее еще лемур был на юзерпике. Погиб наш лемурчик…

– Что с ней случилось?

– Убили на пейнтболе. Один маньяк принес на пейнтбол мелкашку, знаешь, не стандартный маркер, а настоящую мелкокалиберную винтовку… А играли они за городом, в каком-то новом клубе. И этот чудак стал стрелять, нескольких покалечил. А ей попал в шею. Теперь его пытаются оправдать, мы собираем деньги отчиму Зои на адвоката…

– А отчим тут при чем?

– Ох, это долго объяснять, – мама казалась недовольной непонятливостью Арсена. – Помой посуду, ладно?

Дело было в субботу вечером. Отец сидел перед телевизором, переключая каналы, что-то бормоча под нос. Арсен расслышал только: «Сволочи! Ну какие гады, а? Они свое получат, эти хохлы…»

Арсен ушел к себе в комнату.

* * *

Человек в блестящем темно-сером костюме сидел в кожаном кресле с такой высокой спинкой, что ясно становилось, кто здесь хозяин. Его толстые мягкие пальцы вертели авторучку, старомодную и заслуженную, с золотым пером. Наверное, счастливая, подумал Арсен. Наверное, он таскает ее уже много лет на подписания и важные встречи; наверное, она приносит ему удачу.

Камера, невидимая и неузнанная, помещалась в щели между потолком и деревянной панелью стены. Качество картинки было великолепное. Вокруг столешницы из толстого матового стекла сидели в разных позах люди помельче, но каждого из них ждал во дворе здания автомобиль представительского класса с водителем. Арсен обращал внимание на мелочи: рыжеватый щуплый мужчина с белыми фарфоровыми зубами вертел в руках очки в невесомо-тонкой оправе. Другой, полноватый и черноволосый, сидел неподвижно, и только движение его тонкого мизинца выдавало внутреннее напряжение. Четверо очень похожих широколицых, узкоглазых людей сидели прямо, как деревянные столбики, и одинаковым взглядом смотрели на освещенный экран.

Единственная женщина в этой компании, сухая дама лет сорока, стояла у большого монитора, на котором сменялись диаграммы, и говорила голосом таким же бледным и припудренным, как ее кожа, непонятные Арсену слова.

Речь шла о крупных поставках оптоволоконного кабеля.

– Вот здесь – очень чисто, пожалуйста, – сказал Максим. – Никакой самодеятельности. Суше, сдержаннее.

Максим сидел за соседним столом, просматривая картинки на своем мониторе и только искоса, как бы невзначай, поглядывая на экран перед Арсеном.

– Сам, теперь сам. Ты все умеешь. Аккуратнее, пожалуйста.

На столе перед человеком в темно-сером завибрировал телефон. Человек был уверен, что отключил его перед совещанием; он удивленно наклонил голову, положил ручку, потянулся к сложнейшему умному прибору, заменявшему ему телефонную трубку.

В этот момент пришла пора принимать решение.

Арсен сосредоточился. Подвел курсор. Коснулся пальцем рубчатого резинового колесика – и дважды щелкнул левой кнопкой.

Человек в высоком кресле кивнул – отрывисто, будто стряхивая с макушки пепел.

* * *

– Сядь, – Максим указал на кресло напротив.

Кресло было обширное, под толстый зад, и холодное, обтянутое натуральной кожей. Арсен ощущал себя в нем, как в животе у дохлого кита.

– Я доволен твоей работой, а ты доволен?

– Да, конечно!

– То ли еще будет. Это так, разминка, а к главному мы пока не подошли… Не переживаешь, что приходится горбатиться на инопланетный разум, а?

Арсен покраснел:

– Издеваешься, да?

– Не издеваюсь. Добродушно зубоскалю. Так интересно за тобой наблюдать… Кстати, тебе больше ничего не надо?

– То есть?

– Деньги у тебя есть. Чиксы тоже. Хочешь, все вокруг будут верить тебе и слушать, как главный в жизни авторитет?

У Арсена мороз подрал по спине.

– Хо… хочу.

– Дальше. Скоро начнется учебный год. В твои планы, конечно, не входит каждодневное отбывание в школе, уроки, классные часы…

Арсен поперхнулся:

– Ты говорил, свободное посещение…

– Свободное посещение предполагает, как ни крути, написание контрольных, тематических, какое-никакое присутствие в школе. Но с той утилитой, что я тебе пропишу, ты кого угодно убедишь в чем угодно. Тебе организуют свободное посещение. Или сразу выдадут аттестат. Когда придет повестка в военкомат – ты сможешь убедить их, что ты инвалид. Или, наоборот, что ты достоин занять генеральскую должность.

– Да?!

– Да, но рамки приличия надо соблюдать. Тех, кто назначит тебя генералом, отправят в дурку, совершенно точно. Но я не помню, чтобы ты мечтал о военной карьере.

– Максим! – Арсен услышал мольбу в собственном голосе.

– Ты слишком серьезный, – Максим подмигнул. – Ты боишься мне подыграть. А я легко иду на контакт. Я все тебе рассказал, все ты обо мне знаешь, все карты я выложил… Не бойся просить чего-то для себя! Ну? Арсен, чего ты хочешь?

– Чтобы служила мне рыбка золотая, – Арсен хмыкнул. – И была бы у меня на посылках.

Максим прищурился:

– Итак?

– Ты сможешь исполнить все, что я попрошу?

– Посмотрим. Всемогущего я из себя никогда не корчил.

– Тогда я хочу, чтобы не было войны, финансового кризиса, террористов, болезней…

– Стоп, стоп, стоп! – Максим поднял ладони, будто отталкивая от себя надвигающийся локомотив. – Не заставляй меня вспоминать бородатые анекдоты про мужика, его жену, Чечню и золотую рыбку. По-твоему, инопланетное существо может вот так, по своей воле, перекраивать земную историю?!