Цифровой, или Brevis est - Марина и Сергей Дяченко

– Трусишка, – сказал он хрипло.

– Да перестань. – Максим небрежно бросил скомканную бумажку в корзину. – Деревенский мужик, впервые увидев электричку, еще не так перепугался.

Он повозился в кресле, устраиваясь, как тяжелая птица в гнезде. Положил ноутбук перед собой на край стола и открыл «Королевский бал»:

– Серьезно, поменяй пароль сейчас.

– У меня там не осталось ничего ценного, – сказал Арсен. – Для того чтобы генерить одноразовых персонажей, сверхсекретность не нужна.

Он встал и вытащил из мусорной корзины скомканный обрывок тетрадного листа. Это была обыкновенная бумага в линеечку. Арсен узнал свой почерк, он никогда не записывал пароли. Запоминал.

* * *

Наверное, некоторое время она стояла у Арсена за спиной – поглощенный работой, он не заметил ее. На экране была комната в облезлом офисе какой-то азиатской компании, и широкоскулые люди в одинаковых мешковатых костюмах боролись за право осуществлять планы Максима – тянуть кабели, везти компьютеры в те места, где до сих пор люди спали вповалку на полу своих хижин и ели руками из деревянных мисок. Арсен замучился, пока удалась манипуляция: заказ получила компания, которую полностью контролировал Максим. Возможно, через несколько месяцев она разорится и перестанет существовать, но дело запущено: через полгода какой-нибудь черный парень в коротких штанах, парень из местной школы, крытой соломой, получит возможность играть в местный аналог «Королевского бала»…

– Эй, – тихо сказала Аня, и Арсен подскочил, будто под ним обнаружился ежик.

Аня улыбалась.

На ней был синий свитер под горло и облегающие джинсы. Волосы не отросли, а стали, кажется, еще короче. Она смотрела на Арсена тепло и насмешливо.

– Ну ты прямо подкрадываешься, – с досадой сказал Арсен. – Я работаю.

– Вижу… Я тоже работаю. Почти в соседней комнате. Ловко нас Макс развел, правда?

Арсен в первую минуту подумал, что она имеет в виду: «Максим развел нас по разным комнатам». Но Аня подразумевала другое – Максим их обманул.

– Что-то я тебя ни разу не видел, – сказал Арсен.

– Неудивительно. У меня в комнате все есть, и курилка, и буфет, и диван, и сортир. Какого лешего мне таскаться по коридорам? Тебя искать?

Она улыбнулась шире.

– Могла бы позвонить… – с досадой сказал Арсен.

– А пошли ко мне, – вдруг предложила Аня. – Покажу, что я делаю.

* * *

Заставка на рабочем столе изображала сад орхидей. Неестественно красивые, вычурные цветы.

– Эпифиты, – сказал Арсен.

– Ты запомнил, да? – Аня внимательно на него посмотрела.

– Тотемный цветок.

– Тотемный, – подтвердила она без улыбки. – Тебя Максим на конвейер поставил?

– О чем ты?

– Ну мышкой ты у него работаешь, да? – Аня улыбнулась, довольная двусмысленностью фразы. – Клик-клик, щелк-щелк.

– При чем тут конвейер? – вспыхнув, спросил Арсен и сразу понял при чем: в самом деле, работу он делал всегда одну и ту же, только объекты и субъекты менялись. Клик-клик, щелк-щелк…

– А ты, наверное, английской королевой работаешь, – сказал он, пытаясь скрыть, что уязвлен.

– Нет, – Аня оттянула воротник свитера, как будто ей было жарко. – Ты на утилитах?

– Да.

– Давай конвенцию – я отключу все свои, а ты все свои?

Арсен замешкался.

– Не доверяешь? – Аня подмигнула.

– У меня и так все отключены, – признался Арсен.

Аня секунду быстро соображала.

– Подловил, – сказала наконец. – Простодушие бывает сильнее хитрости. Ну ладно, раз уж я вызвалась…

Она зажмурилась и провела пальцами в воздухе перед собой, будто протирая запотевшее окно. Открыла глаза:

– Теперь все… Вот, смотри.

Она села за стол, откинулась на спинку старенького офисного кресла и шевельнула мышкой. Открылось окно, ни на что не похожее: экзотическое стильное пространство со множеством деталей, объемные предметы, плавающие в воздухе, – не то рыбы в глубине, не то дирижабли в поднебесье. Оказалось, это иконки. Каждое движение мыши так резко меняло угол зрения, что у Арсена через секунду закружилась голова.

Аня кликнула по символу, похожему на теннисную ракетку. Раскрылось новое окно, Арсен увидел будто кукольный дом изнутри. Рядами стояли крохотные столы с мониторами, за каждым помещалась человеческая фигурка. Они были разноцветные, и провода, соединявшие их, были тоже разноцветные – витые шнуры или шерстяные нитки.

– Это мои юзеры, – небрежно сказала Аня. – Можешь посмотреть ближе.

Она поднялась. Арсен сел в кресло, теплое от ее прикосновения, кашлянул, посмотрел снизу вверх:

– И что делать?

– Просто посмотри. Делать ничего не надо. Тем более ты не умеешь.

Он взялся за ее мышку, маленькую и тоже теплую. Повернул указательным пальцем ребристое колесико. Картинка приблизилась, увеличилась, стали видны отдельные плитки на полу, в деталях – лица и одежда сидящих и даже микроскопическая пачка сигарет на краю стола.

Черты и фигуры сидящих юзеров были гротескны, как у кукол в жанровом спектакле. Злобный карлик. Сноб-интеллектуал. Дурачок. Деревенский вихрастый парень. Баба-яга. Золушка. Стукач-предатель. Характер персонажа был написан на лице, но, когда Арсен навел курсор на лицо сидящей с краю девицы, с виду – Затравленной Жертвы, – всплыло дополнительное информационное окно: «Userinfo»…

– На старости лет в куклы играюсь, – призналась Аня. – Хороши?

– Сама рисовала?

– Их не надо рисовать. Их лица вообще не имеют значения, это так, для меня, для удобства.

– Что ты ими делаешь?

– Играю. Это мои персонажи, у каждого свой блог, в каждом блоге – много тысяч читателей. У каждого из персонажей, видишь, биография. У каждого – сотня знакомых, которые вроде бы видели их в реале. Все ужасно эмоциональные, – Аня говорила с нежностью, глядя через плечо Арсена на экран. – Вот, посмотри, чем краснее щеки – тем выше эмоциональный градус. Этот совсем раскочегарился, – она ткнула пальцем в сноба-интеллектуала. – Видишь, у них каждый день что-то происходит. Война. Замирение. Травля. То перформанс из дохлых лягушек, то наркоманы проводят акцию против геев, то девушку убили на пейнтболе…

– Фонд Зои, – пробормотал Арсен.

– До тебя тоже докатилось? – Аня облокотилась о спинку кресла. – Настоящие какие-то раздражители я им тоже скармливаю. Но чаще беру уже оцифрованные, из телика… Этот, видишь, у меня провокатор – его журнал взламывают постоянно. Вот этот, в зеленом свитере, рядом сидит – вот он и взламывает в основном.