Надежда пустошей - Алексей Глушановский

Несите бремя белых -

Винтовку Браун Бесс,

А также парабеллум -

С прикладом или без.

И если нелюдимых

Увидишь дикарей -

Взводи затвор Максима

И пули не жалей!

В подражание Киплингу

Закончив свою 'молитву', Шестаков глубоко вздохнул и огляделся вокруг. Расползающаяся от Софии черная дымка занимала практически всю комнату, впрочем, совершенно не препятствуя дыханию находящихся там людей и измененных. В ней происходило какое-то странное движение, образовывались и тут же исчезали завихрения, с одного края неподвижно завис в воздухе какой-то сгусток, но ничего больше не происходило. Заказанные им боеприпасы и оружие никаким чудесным образом не материализовались, и никаких признаков того, что молитва была услышана и принята к осуществлению, не происходило.

— Ну и?.. — деловым голосом поинтересовался он у Софии, с тревогой прислушиваясь к раздающимся снаружи звукам. Резкие 'п-ш-ш-ш… бух', свидетельствующие о применении Ольгой заклинаний холода, и короткий треск боевых заклинаний Школы порядка, используемых Тайаной, становились все реже и реже, свидетельствуя об иссякании сил обеих прикрывающих их магичек.

С другой стороны, снизу, от подножия холма, все громче и громче звучали крики собравшихся там жителей поселка, что явственно свидетельствовало о надвигающемся последнем штурме, пережить который, по всей видимости, им было не суждено.

— Не получилось? — Побледневшая Арейша решительно сжала в руке Копье света, с надеждой поглядывая на замершую в неподвижности Софию.

Та, не отвечая вслух, лишь пожала плечами и скосила взгляд на плавающий в воздухе сгусток тьмы. Губы ее беззвучно шевелились, и весь вид явственно показывал, что темная жрица занята исключительно важным и сложным делом и никак не может отвлекаться на всякие мелочи вроде бесед с соратниками или толпы измененных, что вот-вот ринется на штурм их хлипкого убежища.

— Похоже, на божественные явления мы можем не рассчитывать, — не дождавшись ответа от Софии, ответил арахниде Шестаков. — Придется самим выкручиваться… — Он вздохнул и задумчиво повертел в руке пистолет. Несмотря на деланную бодрость, было явно видно, что особых надежд на 'выкрутиться' капитан отнюдь не питает. Появление же на ведущей к чердаку и крыше лестнице Ольги, поддерживающей буквально падающую с ног Тайану, хорошего настроения отнюдь не прибавило.

— Все. — С трудом спустившись, молодая магичка устало села на пол. — Мы практически пусты. Еще немного — и свалимся, как Валенштайн.

— Что там с жителями? — поинтересовался Шестаков, отсылая на чердак одного из своих бойцов, вооруженного пистолетом и парой разряженных более чем наполовину копий света. Особой пользы в сдерживании толпы он принести, конечно, не мог, однако военному уму капитана просто претила мысль оставить столь важный наблюдательный пункт без присмотра.

— Что-то странное. Они вроде как готовятся к штурму, но им кто-то мешал и помимо меня. Я чуяла всплески магии холода, которые были направлены не мной.

— Рау? — осторожно прислушиваясь к нарастающему шуму толпы, спросил Шестаков.

— Скорее всего, — пожала плечами Ольга. — Увидеть его мне не удалось, но это ничего не значит. Мой брат всегда был мастером маскировки. По крайней мере, вспышки силы холода ощущала. И нас до сих пор никто не атакует, несмотря на то что мы с Тайкой с крыши ушли. А это что-нибудь да значит!

— Значит, — согласно кивнул Шестаков. — Значит то, что умрем мы не сию секунду, а минут на пять или, может быть, на десять позднее. Вряд ли он в одиночку, да еще и вынужденный скрываться, сумеет задержать атакующих на более долгий срок. Впрочем, это тоже, если вдуматься, не так уж мало… Ну где же эта обещанная помощь? — повернулся он ко все так же замершей Софии. — Где божественное явление? — не сумел капитан скрыть звучащей в голосе злости. — Хоть скажи — будет помощь, или надежды нет?