Хищник цвета ночи - Татьяна Серганова

Я едва заметно покачала головой.

«Даже не думай, Ник!»

— Компенсация? — Н’Ери отпустил мою руку, которую сжимал до сих пор, полез в задний карман джинсов, вытащил оттуда толстую пачку валюты. — Держи. Этого должно хватить.

— Покупаешь? — оскорбился Андрей, но деньги взял.

«Я пытался, Вика…» — говорил его взгляд.

— Андрей, иди домой, — тихо произнесла я, хорошо понимая, чем это может закончиться.

— Вик, ты не должна. Мы вместе…

— Андрей! — Голос пришлось повысить. — Иди домой! Со мной все в порядке. Нам с господином Н’Ери надо поговорить.

Секундная заминка, мужчина потоптался рядом с нами, неловко переступая с одной ноги на другую, повздыхал, но все-таки отошел, не забыв бросить напоследок:

— Я за тобой слежу… Вика, ну ты… шуми, если что.

После его ухода прошло секунд двадцать, а мы все продолжали молчать.

— Действительно будешь кричать? — спросил Ник, с любопытством оглядывая меня.

— Не думала об этом. Надень куртку, а то смотреть на тебя больно.

— Мне не холодно, — Н’Ери равнодушно пожал плечами.

— Зато мне холодно, когда я на тебя смотрю. Ник, я серьезно, надень куртку и шапку.

— Пошли в машину. Там тепло.

— Нет.

— Я не собираюсь тебя увозить, — тяжело вздохнул он. — Могу даже ключи отдать и пустить на водительское место. Ты действительно не очень хорошо выглядишь. Бледная, синяки под глазами.

— А ты ждал, что я буду сиять от счастья? — произнесла в ответ и потерла виски. Надо было разрешить эту проблему, и как можно быстрее. — Хорошо. Ты прав, нам надо поговорить. После чего ты уедешь.

— Этого пообещать не могу, — упрямо поджал он губы.

— Н’Ери, пожалуйста, не усложняй, я и так пытаюсь быть очень вежливой.

— Пошли в машину, Вик.

В машине действительно было тепло. Ник оставил ключи в зажигании, и климат-контроль работал отлично.

Стянув шапку, я расслабила узел шарфа, поудобнее расположилась на сиденье.

— Ты как себя чувствуешь? — осторожно спросил Ник, включая радио и убавляя громкость почти до минимума. Вроде музыка звучала, и в то же время она не мешала разговору.

— А ты как думаешь?

— Понимаю, тебе сейчас трудно. И вся эта ситуация… Но я правда ничего не знал.

— А как тогда твоему дяде стало известно о шаери две недели назад? Как он подкупил Морозова? — с трудом выдавила из себя и отвернулась к окну. Смотреть на Ника не было сил. — Я с ним не встречалась, сказать ему мог лишь ты.

— Но это был не я. Мне бы тоже очень хотелось узнать ответы на эти вопросы. Очень хотелось. — Мужчина с силой сжал руль так, что он заскрипел. — Дядю вчера на вертолете экстренно увезли в больницу. Осложнения. Врачи говорят, что состояние ухудшилось и долго он может не протянуть.

Двоякое чувство.

С одной стороны, мужчину было жалко. А с другой — а если это опять игра? С такими деньгами можно даже свои похороны организовать и потом торжественно воскреснуть на них в самый разгар поминок.

— Разве ты не должен сидеть у его постели и сторожить свое наследство? — невесело хмыкнула в ответ. — Мало ли что может случиться. Ты тут со мной, а твой двоюродный братец ломает все твои планы.

— Вика, — пророкотал Ник неожиданно зло, — прекрати!

— А что не так? — Я все-таки повернулась к нему, состроив невинное личико. — Разве ты не этого хотел? Отомстить за свою смерть? За жизнь бабушки, которая умерла из-за тебя? Ты не подумай, я не осуждаю, имеешь полное право. Только меня не впутывай во все это.

— Мне плевать.

— На что? — уточнила я.

— На наследство, на месть. Пусть все катится к черту. Для меня важнее всего ты и…

Его взгляд опустился ниже, на мой живот, который я тут же прикрыла рукой.

— Еще ничего не известно. И вообще, я ничего не решила, даже не думала, не могу пока.

— Так тяжело?

Неопределенно пожала плечами и быстро сменила тему разговора:

— Ник, что это было за вино? Которое мне дал твой дядя вчера вечером. Там было что-то подмешано?

Устало прикрыл глаза и глухо произнес:

— Брачное вино. Пьется молодоженами в первую брачную ночь. Для усиления эффекта.

— Господи, З’Ерн же тоже его пил, — выдохнула я, чувствуя, как к горлу подкатила тошнота.

Это что такое получается? А вдруг бы я с ним в кабинете… Ой, мамочки.

— Не пил, — поспешил разуверить меня Ник. — Делал вид. Его бокал остался нетронутым в кабинете. Прости меня, я во всем виноват. Уехал и оставил тебя там, думал, что ты в безопасности…

— Господи, зачем я вообще пила. Не надо было этого делать, а я присосалась к бутылке, как алкоголичка.

— Ты не казни себя, Вик. — Ник подался вперед, словно хотел меня коснуться, и застыл. — Ты не смогла бы отказаться от вина. Один раз попробовав, остановиться невозможно.

— И меня им напоили для того, чтобы…

— Чтобы снести все мои стены и замки. Я ведь нашел средство, блокирующее зверя, принял его, но… Один вдох, аромат твоего тела с нотками священного вина, и все рухнуло.

— И ты был не в курсе всего этого? — недоверчиво уточнила у Н’Ери.

— Нет.

— Тогда почему ты так рано вернулся? Собирался ведь приехать на следующее утро.

— Узнал, что Берт направился к вам, и ринулся следом. Почти успел.

— А твои родители?

Он заметно помрачнел.

— Про вино не знали, — отрывисто бросил Н’Ери. — Кирк не стал посвящать их в такие детали. Сообщил им о том, что ты шаери и нам надо помочь быть вместе. Подтолкнуть.

— И как давно они знают?

Почему-то я была уверена, что ответ мне не понравится. И ведь не ошиблась.

— Полгода.

— Ч-что?

— Мама сказала, что они знают об этом полгода. И Мээрин начали сватать тогда же.

— Но как? Зачем? — Я пятерней впилась в волосы. — Это какой-то вселенский заговор. У меня просто в голове все не укладывается.

— Остальное она отказалась мне говорить. Вся информация у дяди Кирка.

— А ты с ним говорил — или к нему сейчас никого не пускают?

— Пускают. Он в сознании, но я с ним не разговаривал. Когда был на полпути сюда, позвонила мама и сообщила, что он хочет поговорить с тобой.

— Со мной? Зачем?

— Видимо, желает покаяться или просто что-то сказать. Я не знаю. Вик, но неужели ты не хочешь узнать правду? Или тебе легче винить во всем меня?