Злодей для ведьмы. Ключ к мечте - Ольга Шерстобитова

Я промолчала, а Лис выругался, подошел и обнял меня со спины, словно хотел защитить.

— Ведьма, руки так и чешутся потрепать твоего чешуйчатого злодея! — заявил он.

Видимо, тоже за меня испугался.

— И многое бы это изменило? — прорычал Ингар, снова становясь собой.

— Я бы перестал злиться.

— Ты бы лучше руки от моей ийрии убрал.

Фамильяр фыркнул и остался на месте. Ингар по-прежнему не сводил с меня глаз, словно чего-то ждал. Я осторожно коснулась его щеки и сказала:

— Пока мы вместе, справимся с любой тьмой.

— Ну-ну. Ты сначала с его глупой ревностью разберись, — вздохнул Лис, отпуская.

Фамильяр отошел в сторону, что-то проворчал, вглядываясь в начинающее светлеть небо, а Ингар наклонился и ласково, чересчур осторожно, так, что я сразу почувствовала подвох, коснулся моих губ. И тун же прижал к себе. Крепко, но бережно.

— Замерзла? — поинтересовался, кутая меня в свой плащ.

От пламени огня сугробы давно растаяли. Вода стекла вниз по склону, но ветер все равно был пронизывающий и холодный.

— Ты лучше скажи, почему боги выбрали испытание только для дракона? У меня тоже есть сомнения. И у Лиса.

— У каждого оно свое, огонек. Просто по мне ударило сильнее. Забыла? Перед тобой лежал выбор: бежать или остаться.

— Лис, а…

— Мне духи — слуги богов — предлагали вас бросить. А еще обещали не дать возможности помочь.

Хм…

— Но мы же прошли испытания? — волнуясь, на всякий случай уточнила я.

— Разумеется! Иначе сейчас по миру летал бы взбешенный, утративший сущность дракон, носился не умеющий превращаться в человека, лис, и…

— Что они забрали бы у меня?

— А потерять нас двоих мало? — глухо поинтересовался Ингар.

Значит, дракон с Лисом согласен.

Я вздохнула, потерлась носом о шею Ингара, радуясь, что все обошлось.

— Рассвет вот-вот настанет. Отпускай нашу, — выделил слово Лис, — ведьму и поднимайся в небо.

— Один?

— Нет, разумеется, — отозвался мой фамильяр. — Мы с Яной взлетим на метле, а ты обернешься драконом.

— Зачем такие сложности? — не выдержали мы с Ингаром.

— Магию лисьей удачи в путеводный клубок вплетет лишь огонь дракона. Клубок можешь отдать Яне. Ты же в облике зверя не сможешь им воспользоваться.

Ингар неохотно выпустил меня из объятий, сунул в руки свое сокровище и отошел. Затем потянулся, играя мышцами и заставляя меня забыть обо всех благих намерениях, резко крутанулся вокруг своей оси и в стремительном прыжке обернулся в дракона.

Я ойкнула и уставилась на зверя во все глаза.

— Ну надо же… до сих пор не успокоился! — не удержался от очередной колкости Лис. — До сих пор красуется. Оцени, Яна. Для тебя же старается.

Дракон ударил хвостом неподалеку от оборотня и преданно уставился на меня.

— Знаешь, Яна, мне впервые не страшно оставлять тебя с ним, — неожиданно заявил Лис, сверкая серебром во взгляде и заправляя отросшую прядь за заостренное ухо.

Этот облик был у оборотня истинным, не скрывал сути, и нравился мне гораздо больше, чем человеческий. Словно я видела друга настоящим.

— На метлу взбираемся, иначе станет поздно. Первый луч солнца вот-вот коснется вершины.

Дракон, услышав эти слова, ревниво покосился на метлу, явно желая ее спалить, но, увидев кулак, которым пригрозил Лис, повернулся хвостом и поднялся в воздух. Еле сдерживаясь от смеха, я уселась на метлу, позволив оборотню обнять меня за талию, и взлетела, вскоре поравнявшись с Ингаром.

Удержаться на одном месте ему было сложнее, чем просто летать, подставляя крылья ветрам, поэтому я не стала медлить.

— Вы готовы? — уточнила у Лиса, доставшего свой талисман.

Оборотень держал на вытянутой ладони рыжий камень с живым огнем внутри, а Ингар не спускал с этого сокровища взгляда. Жадного, предвкушающего. Для него подобное волшебство внове, и я понимала этот азарт. Сама же любовалась переливами ниток в клубке, тоже не желала с ним расставаться.

— Давай! — крикнула я, заметив, как луч солнца скользнул на снежную вершину и почти подполз к тому месту, над которым мы зависли.

Вверх одновременно метнулись лисья удача и зачарованный клубок. И замерли в луче солнца, будто пойманные в ловушку. Но полюбоваться невиданным зрелищем не удалось. Огонь дракона настиг сокровища, спрятал от нашего взора. Еще мгновение — и они слились в единое целое, засияли, сплавляясь во что-то новое. Через секунду перед нами, переливаясь золотистыми красками, рассыпая оранжевые и красные искры, появился клубок.

Мы замерли в ожидании.

— Полагаю, Ингар должен взять его в руки и подбросить, иначе ничего не выйдет. Все же в пророчестве говорилось о даре найти путь.

— И у меня есть ключ, чтобы открыть дверь и замок, — поняла я.

— А сокровище — это про лисью удачу, — улыбнулся фамильяр.

Ингар рыкнул и нырнул вниз, превращаясь в человека. Я направила метлу в его сторону, зависла в воздухе, позволяя дракону забраться к нам и меня обнять. Лиса тот отодвинул совсем бесцеремонно, и я снова еле удержалась от смеха. Ревнивый собственник! Но как же я его люблю, кто бы знал! Фамильяр втихаря только пальцем у виска покрутил, никак не комментируя действия Ингара.

Мы снова рванули ввысь, туда, где в ожидании мерцал путеводный клубок. Едва Ингар взял его в руки и слегка подбросил, как золотая нитка, рассыпая оранжевые искры, заскользила по небу, показывая направление.

Лететь пришлось долго. Почти весь день и половину ночи. Боясь потерять путеводную нить, мы старались почти не спускаться. Перекусывали прямо на метле, и я радовалась предусмотрительности Лиса, который захватил с собой побольше еды.

Я вглядывалась в верхушки гор, покрытые снежными шапками, и казалось, конца им не будет. Старалась сдержать зевок, но меня нещадно клонило в сон. Кажется, я даже задремала и сквозь сон слышала, как Ингар и Лис спорят, кто из них лучше справится с управлением моей метлой.

— Лис, да прекрати так дергать, разбудишь же! — прошипел Ингар.

И воцарилась тишина.

Лишь спустя несколько минут мой фамильяр заметил:

— Ты меня впервые назвал по имени, дракон. Окончательный мир?

— Ты все время рядом с Яной, защищаешь и оберегаешь, когда я не имею возможности. И столько раз спасал мою жизнь…

— Кто-то напрашивается в друзья? — усмехнулся оборотень, но в вопросе слышалась не шутка, а серьезность.

— А разве мы уже ими не стали? — поинтересовался Ингар.

— Твоя правда.