К нам едет инквизитор - Ханна Хаимович

— Дайте обуюсь хоть, — пришлось высвободиться и поспешно сунуть ноги в кроссовки. Потом Кристина первой выскочила за дверь — и на миг потеряла ориентацию в пространстве. Мир резко крутанулся, она взмахнула руками, чтобы не упасть. Пальцы зацепили что-то острое. Парой секунд позже Кристина поняла, что это угол стола. Еще через секунду безумное кружение утихло, и она обнаружила, что стоит в собственном кабинете возле стола, держась за край, а на столе лежит небольшой, меньше кулака, серый кубик.

Вспышка — и рядом материализовался Лещинский. Он наставил ладонь на кубик, пробормотал заклинание, и в «клетке» что-то щелкнуло. Он схватил ее и бросил в ящик стола.

— Какая наглость, — прокомментировала Кристина. — Они засели в моем собственном кабинете!

— А как же. Теперь Павел и Богдан Сергеевич проводят здесь совещания и управляют расследованием, — согласился Лещинский. Она изумленно покосилась на него: специально подзуживает, что ли?

— Здесь больше никого нет?

В офисе царила тишина. Нет, все-таки хорошо, что ковен так и не успел перейти на круглосуточный режим. В графике работы должно быть хоть немного удобного времени, чтобы сбежать. Просто на всякий случай. В окна заглядывала ночь, свет в кабинете не горел, и его освещала лишь половинка луны и фонарь в руке Лещинского. Да и фонарь инквизитор сразу выключил.

— Пока никого. Утром первое разбирательство, — Лещинский взял Кристину за плечо и стал накладывать уже знакомые чары невидимости. Потом к ним прибавилось еще какое-то незнакомое заклинание. — Все, пойдем, уходить придется пешком. Нужно отыскать укрытие, а потом поговорить.

— Да уж, поговорить не помешает, причем серьезно, — проворчала Кристина, устремляясь за ним по коридору. — За вчерашний день я узнала слишком много всего, что не мешало бы обсудить, а меня за это просто швырнули в камеру!

— Я тоже кое-что узнал, — со странной усмешкой отозвался Лещинский и остановился на лестничной площадке между первым и вторым этажом. Кристина не сразу поняла, в чем дело, пока не услышала тихое мяуканье. На перилах сидел Злыдень. Лещинский поспешно наложил на него какой-то узор и побежал дальше.

— Объяснения будут? — поинтересовалась Кристина. Они спустились в холл. Обычно там дежурила парочка ведьм, но те часто отлучались то попить кофе, то подремать до утра. Сейчас холл пустовал, только Раечка спала в углу.

— Я отвязал его от места. Скоро здесь может стать жарко, ему нужно оставить шанс спастись, — зловеще сказал Лещинский.

На улице было темно, свежо и тихо. Но он все равно остановился на пороге, исследуя пространство какими-то чарами.

— Жарко? Спастись? Что происходит? — спросила Кристина.

— Потом. Домой вам нельзя. Знаете какое-нибудь безлюдное место, которое находилось бы в центре города или поблизости? Что-то вроде заброшенного дома, там удобно устраивать укрытия. А на ближайшее время укрытие вам необходимо.

— Ну… — задумалась она. — Зачем искать что-то вроде заброшенного дома, если в центре есть заброшенный дом? Недостроенный, точнее. На набережной. Гостиницу хотели делать, но разорились, так и стоит эта башня. Только… вы серьезно предлагаете мне жить в заброшенном доме?! Там холодно! Никакой мебели! Там воняет, в конце концов!

— Все это легко решается магией, — невозмутимо сказал Лещинский. — Значит, идем в вашу гостиничную башню. Желательно дворами.

— Магией, значит, — пробормотала Кристина, кивком указывая путь. Они свернули в темный, усеянный колдобинами двор. — Магией… Там все так серьезно?

— Ну конечно, серьезно. Они уверены, что дух Города пробудили вы, — Кристина вспомнила о духе и задрала голову, выискивая фосфорическую фигуру на фоне черного неба. Но диковинный зверь исчез, как не бывало. Странно, разве он не должен задержаться хотя бы на несколько дней? — Они не хотят ничего слушать. По-моему, виной этому активность сектантов. Хотя доказательства против вас, конечно, железные… Кристина, давайте на «ты», а?

— Ну давайте, — пожала она плечами. — А что за доказательства-то?

— Дина снимала на камеру, как, хм… как ты заходишь в инсталляцию-квартиру и проводишь там ритуал вместе с Марианной. Она клянется, что звала тебя, использовала магию и пыталась разбить стекло, но ничего не помогало. — Лещинский остановился и повторил узор невидимости. Хотя кто мог увидеть их в темноте в два часа ночи? Разве что издерганные автовладельцы, за неимением гаражей паркующие свои сокровища под окнами и вынужденные вставать каждый час, чтобы проверять, не угнали ли их.

— Дина, значит, — зло проговорила Кристина. — А на саму Дину никто ничего не подумал, нет? Она сама рассказывала мне, что дружила с Марианной! Кто мешает им дружить до сих пор? Кстати, да, о вас… о тебе она тоже рассказала кое-что интересное, и я рассчитываю на полный рассказ! — Кристина подняла глаза на Лещинского и столкнулась с его раздосадованным взглядом. — Черт, как непривычно-то на «ты». У меня чувство, что я фамильярничаю с официальным лицом.

— Между прочим, ты чуть не переспала с этим официальным лицом, это тебя не смущает? — улыбнулся Лещинский. — И я рассчитываю стребовать с тебя этот должок при первой возможности. Да, полный рассказ, конечно, будет, но есть еще кое-что, без чего он будет недостаточно понятным. Кристина, я люблю тебя.

— Чего? — заморгала она, потом рассмеялась. — Уважаемое официальное лицо, вы ничего не пили? Перегреться не могли, сейчас не жарко…

Она коснулась ладонью его лба. Просто потому, что вдруг захотелось это сделать. Лоб оказался прохладным.

— Я ничего не пил, — мягко сказал Лещинский, перехватывая ее руку и слегка сжимая. — Оправдываться не буду, хотя, может быть, ты еще захочешь меня убить, когда все узнаешь. Игорь Игоревич полдня просидел в кабинете с Павлом и Богданом. Консультировал их. Потом сказал, еще будет голосование, но совет уже решил, что казнить тебя должен буду я. А если совет принимает такое решение, отказаться невозможно. Накладываются соответствующие чары…

— И ты меня предупреждаешь, чтобы я убила тебя раньше? — уточнила Кристина, слушая внимательно, как завороженная. За всем этим скрывалась тайна, та самая, дыхание которой ощущалось с самого начала. Очень простая и очень серьезная тайна…

— Нет, пока только объясняю. Это ключ от моего проклятия. Замок тебе известен — я должен каждую ночь казнить невиновных в своих снах и с каждой новой казнью терять все больше сил, пока не превращусь в полное ничтожество, пускающее слюни под забором, — он произнес это так жестко и даже зло, что Кристина вздрогнула. — А ключ в том, что если я полюблю хоть какую-то женщину после Марианны, то должен буду уже не во сне, а наяву казнить ее своими руками. Так что я, конечно, мог еще сомневаться в своих чувствах, но совет предоставил доказательства.

— Ого, — пробормотала Кристина. — Ого.

Что еще ей оставалось говорить? Да, тайна оказалась простой. Предельно простой, можно было догадаться раньше. И в то же время… черт бы все побрал. Хотелось ругаться последними словами. Ключ, назначенный Марианной, повергал в ступор. Кристина даже не могла до конца представить, что должно быть в голове, чтобы придумать такое. Если посмеешь полюбить еще кого-то после Ее Пресветлости, по которой обязан вздыхать до конца своих дней… Н-да. Кое-кто явно не умел выбирать женщин. Разумеется, до того, как встретил Кристину.