Помощница ключницы - Алена Никитина

— Итак, как я уже сказал, бал прошел довольно сносно. Тьма и ее приспешники так и не появлялись, — он одобрительно кивнул, глядя на то, как я ем и продолжил. — Сегодня соберется общий совет. Для некоторых это будет … сюрпризом. Вы будете присутствовать, — тоном нетерпящим возражений сказал он, а я поперхнулась, чем вызвала недоумение. — Что?

— Я всего лишь помощница госпожи Вирджинии, что мне делать на … совете?

Мужчина улыбнулся уголками рта, и только, а затем подошел и сел рядом на кровать, от чего мне захотелось подтянуть ноги.

— Как обычно, Аиша, — его рука едва не касалась моих ступней, — будете следить за потоками.

Хмуро поглядев на мужчину, я подумала, что запашок от новой идеи господина проректора, что от моей грязной одежки…

— А другим вы тоже скажете для чего я там? Еще вчера подавала питье и еду, а сегодня на Совете? — господин тер Ассан перестав разглядывать потолок над кроватью, перевел взгляд на меня:

— Скажем, что вы мой секретарь.

— А как же Мэриэй?! — возмутилась, все-таки не сдержавшись.

— У нее будет другая задача на этом собрании, — а затем он вовсе сделал, что-то чудное: заложив руки за голову, повалился спиной на кровать. — А как вам вчерашний бал, Аиша?

— Помню… плохо, — буркнула, не зная, как на него реагировать.

— И даже никого из гостей не осмотрели? — прищурившись, он посмотрел на меня.

— Ну … почему же, — стушевалась под его взглядом. — Следила, но все были чистыми…

— А знаете, что я заметил? — настороженная его тоном, посмотрела на мужчину, ожидая продолжения. — Как вы хотели потанцевать с одним из магов.

В памяти всплыло, как меня зацепил один из боевых магов, Лель, кажется…

— Я была не в себе, — прошептала совсем тихо, старательно пряча глаза.

— Хотите потанцевать? Здесь и сейчас. Со мной.

Я смотрела в черные мерцающие глаза и, кажется, тонула в них, без возможности вдохнуть или выплыть.

— Да, — прошептала и испугалась собственных слов, а еще чуть не задохнулась, увидев довольную улыбку господина проректора, тут же подскочившего с кровати. Он стоял совсем рядом и протягивал руку:

— Ну же, Аиша, я же вижу, что вы хотите, — он усмехнулся и, прищурившись, произнес: — Или ты боишься?

И протянув руку, я вложила свою ладошку, которую тут же сжали, а еще поняла ужасное:

— Я не умею танцевать, — пролепетала и тут же попыталась выдернуть руку из стальных тисков. Но вместо недовольства, господин тер Ассан лишь улыбнулся:

— Я научу.

Было неудобно: выходить в центр комнаты, вставать перед ним и понимать, какая же я маленькая перед этим мужчиной, в строгом черном преподавательском костюме.

— А теперь встаем ближе, — и под мой приглушенный писк, он приподнял меня и поставил на собственные ноги, — пока так, потом … повторим.

— А … музыка? — я все пыталась найти лазейку, чтобы избежать этого … танца, но объятия проректора оставались такими же крепкими, а голос слишком близким. Слишком завораживающим, чтобы сделать решительный шаг назад.

— Я знаю один старый мотивчик, — улыбнулся мужчина, а я засмотрелась на его губы. — Аиша, смотри мне в глаза, — вдруг хрипло потребовал он.

— Простите, — хотелось потупиться, но сдержалась.

— Ничего страшного, — он кивнул и продолжил: — Положи свои руки на мои плечи, да вот так, — одобрил он, напоминая мне почему-то Шатуна, — а теперь расслабься…

И он сделал шаг назад, а я качнулась за ним, вперед. Поворот. Глаза в глаза. И крепкие руки на моей талии. Мерцающая тьма впервые не пугала, а дарила покой, рождая внутри неизвестные мне чувства…

И он действительно стал напевать мелодию: тихую, щемящую, отчего-то грустную, но при этом очень красивую, что я не выдержала и прикрыла глаза, полностью доверяясь ему.

— Ты плачешь, — услышала я тихие слова. — Почему?

И вот, что тут скажешь? Все хорошо, вам показалось? Ничего из этого не подходило для того, чтобы описать мои чувства…

— Аиша? — не унимался мужчина, и я открыла глаза, чтобы посмотреть на него:

— Просто не привычно… Но хорошо, — добавила совсем тихо, и почувствовала, как его руки чуть сильнее сжались на моей талии.

— А у тебя глаза светятся, — сказал он, чуть склонив голову и всматриваясь в мое лицо. — Красиво.

— У вас … тоже, — прошептала в ответ. Мужчина хмыкнул, но ничего не сказал, лишь вновь закрутил меня по комнате, и в голове все также звучала тихая мелодия…

Но волшебство не может длиться бесконечность и слишком скоро мы остановились. В центре комнаты, но на друг друга мы уже не смотрели. Я осторожно отошла от мужчины, ступая голыми стопами на холодный каменный пол.

— Ты же простудишься! — рыкнул он, и я даже пикнуть не успела, как меня подхватили на руки, и быстро отнесли в кровать. Сердце забилось быстрой пичужкой, но господин проректор тут же убрал руки. Правда и отступать он не спешил, все также нависая надо мной. Его рука поднялась: пропустил сквозь пальцы мои растрепавшиеся волосы, нежно скользнул по щеке и замер у подбородка, заставляя посмотреть на него.

Глаза в глаза, совсем, как перед танцем, но я вижу, как искорки медленно гаснут в его глазах, а у меня словно холодеет внутри. Его палец медленно огладил мои губы, и я услышала, казалось то, что не должна была:

— Что ж … все слишком поздно.

И отпустив меня, стремительно, как показалось мне, скрылся из комнаты.

Я, оглушенная его словами, смотрела на закрывшуюся дверь…

— Аиш-ш-а-а, — услышала спустя какое-то время, но в комнате никого не было. — Аиш-ш-а-а, — вновь долетело до меня. — Чуча! — в этом отчаянном мявке узнала призрачного кота, но где он сам?!

«Это одно из самых защищенных мест в Академии» — вспомнились мне слова тер Ассана и я, приподнявшись на кровати, позвала:

— Шатун?

— Окно открой, д …чуча! — я перевела взгляд и в самом деле за стеклом едва угадывалась тусклая кошачья морда. Соскочив с постели, подбежала к окну: тяжелая рама поддалась с трудом и скрипом, а еще кажется, я разорвала какое-то плетение, но проверять сейчас было не с руки…

— Живая?! Но как…? Кто?! — призрак на лету выдавал непонятные вопросы, а потом вдруг замер, уставившись на разобранную постель. Повел носом по воздуху, резко обернулся ко мне, оглядел с ног до головы и сокрушенно провыл: — Как ты могла?!

— Ты о чем? — спросила нервно оглаживая волосы.

— Живая?! Но как…? Кто?! — призрак на лету выдавал непонятные вопросы, а потом вдруг замер, уставившись на разобранную постель. Повел носом по воздуху, резко обернулся ко мне, оглядел с ног до головы и сокрушенно провыл: — Как ты могла?!