Скользкий - Павел Корнев

Утро добрым не бывает. Сегодня эта нехитрая житейская мудрость пришлась как нельзя более ко двору. Нет, конечно, есть много поговорок в тему, но до состояния «ох-ох-ох, что ж я маленьким не сдох» я себя вчера, к счастью, не довел. Да и Кирилл не обманул, никаких побочных эффектов от выпитого накануне зелья пока не наблюдалось. Дело было совсем в другом: вчера я умудрился отрубиться так незаметно, что заснул прямо на стуле. Понятно, что поясница и шея, измученные неудобной позой, капитально затекли. А Кирилл, подлец, то ли до кровати доползти успел, то ли раньше меня проснулся.

— Уххх! — Прошипев сквозь зубы проклятие, я поднялся на ноги и распрямился.

Больно. После нескольких наклонов до пола поясницу немного отпустило, а вот с шеей обстояло совсем не так просто: повернуть голову налево не получалось. Точнее, получалось, но при этом от уха к лопатке стреляло так, что на глазах выступали слезы.

Я подошел к окну и невольно поежился: небо затянули низкие серые облака. Сумрачно. Накрапывает дождь. Даже непонятно, сколько сейчас времени. Может быть и восемь утра, и полдень. А часы Кирилл с собой уволок.

Я почесал зудящие запястья, вылил из чайника в кружку остатки воды и одним глотком выпил. Маловато будет. Пойду хозяина найду, пусть чем-нибудь тонизирующим и жаждоутоляющим обеспечит.

Я еще раз почесал ладони. Да что такое? Ой-е! Все кисти были усеяны красными точками мелких волдырей. С чего это меня так обсыпало? Неужели из-за вчерашнего сока?

— Ну и как это называется? — заскочив на кухню, я сунул покрасневшие и немного припухшие кисти прямо в лицо облокотившемуся на стол Кириллу. — Ты чего, ухоплан, мне вчера намешал?

— Полегче на поворотах, — зевнул тот и отхлебнул из кружки горячего чая. — Когда только базар фильтровать начнешь?

— В натуре, — поддакнул сидевший у открытого окна Селин. — Да и какой из него ухоплан? Он же ухолет вылитый.

— Что значит «полегче»? — все же немного сбавил тон я. — Это вот что такое? По-любому от твоего сока.

— Выброс вчера был. — Кирилл поставил кружку на стол. — Тебя вчера на юго-восток не заносило? По глазам вижу — заносило. Так что не стоит торопиться с выводами. Для человека твоей профессии это не есть хорошо.

— Ты о чем? — не врубился я.

— Что, Падлик Морозов, не всех заложил еще? — заржал Селин.

— Да пошли вы оба, знаете куда? — не на шутку разозлился я.

— Сам туда иди. — Денис прикрыл окно. — Чай будешь?

— Воды лучше. — Я поднял валявшуюся на полу куртку и, надев, уселся за стол.

— Знаешь, я всегда считал, что свой человек в Дружине никогда не помешает, — продолжил издеваться надо мной Селин. — А что мусор, так это не беда. Главное, чтобы человек был хороший.

— Точно, — согласился с ним Кирилл, наливая мне в кружку воды. — Не место красит человека, а человек место.

— Завязывайте, — я отпил холодной воды. — Лучше посоветуйте, что мне с этими волдырями делать.

— А ничего не делать. Через неделю сами пройдут. — Денис прислонился лбом к оконному стеклу. — Засохнут и обсыпятся. Вместе с руками.

— Селин, иди уже сдохни с похмелья где-нибудь. Не мучайся, — в ответ предложил я.

— Лекарей мало? — Кирилл открыл шкаф и начал перебирать пакетики с сухой травой. — Нет у меня от аллергии ничего. Да ты сходи к любой знахарке, там лечения-то на пять минут.

— Минут на пять, рублей на пятьдесят пять. Миллионер, что ли? — тяжело вздохнул я.

— Ты в Дружину никак на общественных началах устроился? — вновь принялся за свое злой с похмелья Денис.

— Селин, завязывай, — опередил меня Кирилл. — Ну, Скользкий, я от тебя всего ожидал, но что ты в Дружину пойдешь…

— Да у меня выбора другого не было, — честно признался я. — Они меня в одном деле прикрыть обещали.

— Это что ж за дело такое должно быть, если тебя за него в Дружину приняли? Туда, между прочим, с опытом люди устроиться не могут.

— Нехорошее дело, нехорошее, — замялся я и больше ничего объяснять не стал. Самому бы кто сказал, зачем Илье это надо.

— И какой фронт работ тебе нарезали? — уже серьезно спросил Селин.

— Штурмовик я.

— Ну ты попал! — хлопнул ладонями по подоконнику Денис. — Ну ты, в натуре, олень!

— А что такое?

— Слышал, следственная группа из Северореченска на днях приезжает?

— Ну?

— Баранки гну. — Селин закатил глаза. — Что первым делом на повестке дня стоять будет? Не знаешь? Я тебе скажу: большой шмон. Вот и набирают сейчас кого попало в штурмовики, чтобы своих людей под пули и ножи не подставлять.

Бум! Бум! Бум! — Кто-то, не особо жалея ботинки, три раза пинанул во входную дверь.

— Кого принесло еще? — прижал ладони к вискам Селин.

— Гамлет подойти должен, — поднялся со стула Кирилл. — Пойду посмотрю.

Он вышел в коридор, отпер дверь и почти сразу крикнул:

— Селин! С вещами на выход.

— Ну, чего вы все орете? — Денис отлип от оконного стекла и вышел из кухни. — Чего кричишь, голова два уха? А, привет, Гамлет. Как оно наше ничего?

Я тоже вышел в коридор и поздоровался с Датчанином.

— Ты, Лед, тоже собирайся. — Напяливший длинный кожаный плащ и черную вязаную шапочку Кирилл казался еще длиннее и худее, чем был на самом деле. Глиста в скафандре, да и только.