Межвремье - Медина Мирай

– Не переживай. Все хорошо…

– Ты совсем тупой?

Кален не успел осознать, когда левая щека налилась болью и кровью от удара. Он не издал ни звука и с широко распахнутыми глазами смотрел в пол.

Тревис отошел от него, потирая руку:

– Давно мечтал это сделать.

Когда огонь на лице от удара стал распространяться по всему телу и отдавать пульсирующей болью в голове, Кален пришел в себя и злобно выкрикнул:

– Да что с тобой? Что происходит?!

– Неужели ты действительно не понимаешь?

– Ты сошел с ума!

– Нет. – Тревис опустился перед ним на колени. – Я не сходил с ума. Я с самого начала был таким.

Ответ эхом звучал в голове.

Нет. Не может быть. Тот Тревис, которого он знал все это время, был… таким? С самого начала?

– Я поменял космические жидкости, и мы с тобой очутились в настоящем. Ионе повезло, что ее выбросило в другом месте, иначе пришлось бы ее… – Он провел пальцем по шее.

Надежда на то, что все это – сон, еще теплилась едва заметным, но угасающим огоньком.

– Ты… ты спятил.

Станли обреченно вздохнул, готовясь к долгому разговору и объяснению на пальцах. Он опустил руки на пояс и стал расхаживать вокруг своего узника. Наконец он остановился перед стулом, поставил его задом наперед и сел, закинув руки на спинку.

– Помнишь, я рассказывал тебе историю о парне, который покончил с собой ради спасения возлюбленного? Его звали Трой Маклин.

Кален затаил дыхание:

– Только не говори мне, что…

– Это я и есть. Трой Маклин, а в этой жизни Тревис Станли. Я окончательно вспомнил об этом после пребывания в пятом королевстве. И, говоря, что я с самого начала был таким, как сейчас, я имел в виду прошлую жизнь. Да и эту – тоже. Просто мое новое невинное «Я» не знало правды.

Калену хотелось стереть пот со лба, но руки затекли и болели от веревок.

– Я уже рассказывал, что с детства меня посещали странные видения. Вот только основную часть своей прошлой жизни я стал вспоминать не в этом времени, а еще в четырнадцать лет. То есть прямо сейчас, по меркам настоящего.

Но здесь вспомнились самые шокирующие моменты: убийство родного отца, избиение мужчины насмерть и скармливание мяса с осколками стекла прислуге. И для меня это было так обыденно, что я почти ничего не чувствовал. Кроме удовольствия.

В этой жизни у меня были так называемые друзья, семья, все как у всех – и все прекрасно. В прошлой жизни у меня были деньги, но не счастье. Ни в семье, в которой ни один человек не был мне родным, ни среди друзей. Меня обманывали приемные родители, а сами уделяли все внимание своему родному сыну. Тогда я не понимал, почему они любят его больше меня.

А потом я встретил Ангелу – будущего отца Ионы. Наблюдал за ним, изучал, и в какой-то момент он запал мне в душу. Но вот проблема: мы находились по разные стороны. Он не совсем обычный человек. В его жилах течет кровь представителя времени и представительницы пятого элемента. После смерти приемного отца мне нужно было завершить его дело и поймать Ангелу. Мне уже было плевать на планы компании – я лишь хотел убить его. Я поймал его, но проиграл. Меня посадили, и за то время, пока сидел, я окончательно понял, что… влюблен. Меня выпустили и приказали помочь ему в обмен на свободу.

Я продолжил наблюдать за ним, скрывая чувства. Они были пугающими, отвратительными и в то же время прекрасными. Я боялся их. В итоге, когда настал час икс, я спас его ценой своей жизни и был признан героем, благодаря чему переродился.

Тревис нервно мял руки.

– Я… когда все это вспомнил, захотел обернуть время вспять. Я начал смотреть на Иону, его дочь, под другим углом. Я возненавидел ее, не мог спокойно смотреть на нее, не испытывая острого желания зарезать.

Да, мой характер изменчив, но быть добрым и отзывчивым, каким я был до пятнадцати лет в этой жизни, куда сложнее, чем быть таким, каким я был в той жизни. И я выбрал старый путь потому, что иначе не смогу достигнуть главной цели.

Кален боялся раскрыть рот, чтобы спросить об этой цели. Он смутно догадывался о ней.

«Ты несчастный человек. Как же раньше я не заметил этого?»

В то же время он начинал ненавидеть бывшего друга.

«Неужели, сказав об исчезновении пятен, он соврал?»

Станли разразился безумным смехом и сквозь хохот произнес:

– У тебя такое смешное лицо! Жалеешь меня? Твоя жалость мне ни к чему.

– Ничего не исправить. – Кален старался говорить как можно тише.

– Неужели? Даже если обернуть время вспять?

Хоулмз раскрыл рот от удивления.

– Ты… Это безумие. Так нельзя!

Вновь удар по лицу. На этот раз пощечина по правой щеке.

– Заткнись, – прошипел Тревис с презрением. – Мне плевать на судьбу межвремья. Как только я все вспомнил и узнал, что Ларалайн может исполнить любое желание, сразу понял, что она мне и нужна. Альмент переселится в твое тело, и мир будет спасен. Межвремье падет, а желание синей принцесски достанется мне. Тогда я оберну время вспять, и Иона не родится. И тебя, кстати, не будет тоже… – Он закрыл рот и взметнул взгляд к потолку. – Хотя нет, если Альмент переселится в тебя, ты станешь временем, вернее, оболочкой для времени.

– Ты и в прошлой жизни был таким ублюдком? – Кален не смог скрыть отвращение.

– Я же сказал, что нет меня второго. Я один, просто перерожденный и с воспоминаниями из двух жизней. Проанализировав их, я выбрал свой путь, а он оказался таким же тернистым и темным, как и в прошлой жизни. Видно, моя судьба – быть плохим.

– При чем здесь я и исчезновение Ионы?

Тревис вопросительно вскинул брови и упер ладонь в щеку:

– Как? Ты разве не знаешь? Неужели не понял, почему именно вы с Ионой можете принять Альмента? Ты вообще знаешь, почему смертные могут это сделать и остаться в живых?

Кален затряс головой.

– В жилах Ионы течет кровь Ариана – представителя времени, единственного, у кого есть наследники. Именно поэтому любое из времен может в ней переродиться. При чем здесь ты? Наверное, потому что в твоих жилах течет точно такая же кровь.

Почему-то в голове Калена проскользнули слова Праетаритум: «Посмотри в свой фотоальбом. В нем чего-то не хватает».

Глаза заслезились от шока, когда он разгадал ее таинственные слова:

«Значит, говоря мне о “маленьком дельце”, она имела в виду это?»

– Чего-то не хватает. Чего-то или… кого-то?..

– Вы с Ионой – брат и сестра. Вот и все объяснение.

Тревис медленно зааплодировал.

– Нет, – прошептал Кален, панически улыбаясь, – у меня есть свои родители. Папа, мама…