Игры с тенью - Антон Демченко

Обменявшись взглядами, Арролд и Т'мор спустились в почти опустевший зал приемов, где оставались только несколько членов клана, которые и взяли на себя труд, вежливо распрощаться с гостями. Удостоверившись, что чужих в резиденции не осталось, Арролд провел Т'мора в свой кабинет и, усевшись в одно из двух стоящих в углу комнаты кресел, предложил побратиму присоединиться к нему. Устроившись поудобнее, и вооружившись бокалами с вином, побратимы некоторое время молча сидели друг на против друга.

— Подробности. — Голоса Арролда и Т'мора прозвучали в унисон, заставив обоих улыбнуться. Каждого на свой манер.

— Ладно. Ты у нас глава клана, пока, по крайней мере, тебе и начинать. Ну, так что там с признанием? — Поинтересовался Т'мор, и его улыбка заметно похолодела.

— Хм. Ладно. — Арролд не стал противиться, но с ответом помедлил, задумчиво катая в руках бокал с вином. — В общем-то, ситуация довольно проста. Я — глава клана. Будь у меня близкие родственники, входящие в мой личный круг, это гарантировало бы присутствие двоих из них в круге семьи, но таковых у меня нет. Тоже самое касается фамильяра клана, если он входит в мой личный круг.

— То есть, по этой логике, я должен буду войти в число хоргов решающих все наиболее значимые вопросы для клана? — Округлил глаза Т'мор. — А раньше предупредить не мог?

— «Мог — не мог». — Покачал головой Арролд. — Это же ничего не меняет. И вообще не перебивай, я сам собьюсь. Так вот, весь вопрос в том, одобрит ли круг семьи введение в него главой клана нового члена. В том случае, если круг не согласен, глава может предоставить другого кандидата на этот пост, отвечающего уже описанным мною требованиям, Но это в обычном случае, а сейчас, мало того, что у меня нет другой кандидатуры, так и отказав тебе, круг, фактически, отказывается от слова чести данного мною, как главой клана, члену своего личного круга. А глава клана нарушивший слово чести, должен передать свои полномочия преемнику. То есть, ближайшему родственнику по прямой нисходящей или равной параллельной линии.

— Ахренеть. — Пробормотал Т'мор. — И ты пошел на это, зная о возможных последствиях.

— Скажем так, даже если круг вдруг взбрыкнет, я с радостью сам покину место главы. Мне не нужен клан, власть в котором держат тупоголовые идиоты. — Арролд резко отставил от себя бокал. — Так что, выбирая между ними и честью, я, несомненно, выберу последнюю. Поверь, в этом мире не так много людей, которых я мог бы назвать братьями. И я не собираюсь раскидываться ими.

— Точнее, таковой, у тебя, вообще один. — Т'мор гордо ткнул себя пальцем в грудь, и улыбнулся. — Не нервничай, Арролд. Даже если круг, как ты выразился, «взбрыкнет», у тебя в запасе имеется не только названный брат, но и еще одна семья…

Арролд непонимающе посмотрел на Т'мора, но через мгновение до него дошел смысл слов человека, и хорг расхохотался в голос, затапливая кабинет в собственном веселье с легким привкусом безумия.

— Да уж! Страшный сон всей Темной стороны! Хорг, вошедший в семью риссов, посредством брата-человека! А светлые, вообще, самоубьются от такого финта ушами! — Сквозь приступы смеха, пробормотал Арролд, вызвав гомерический хохот Т'мора, отчего и сам, вновь не смог удержаться.

На странные звуки, доносящиеся из кабинета главы клана, заглянул молодой хорг, проходивший в этот момент по коридору, и замер истуканом, увидев вытирающих выступающие от смеха слезы, побратимов. Вид невменяемого клановца, вызвал у них еще один приступ хохота, правда, довольно быстро сошедший на нет.

— В чем дело, Ллард? Что-то случилось? — В кабинет, аккуратно подвинув стоящего на входе хорга, зашел Ассан. Старик внимательно оглядел комнату, но не увидев причин, по которым клановец мог бы превратиться в безмолвную статую, попросту взял родственника за плечи и хорошенько его встряхнул.

— Эр Ассан? — Недоуменно глянул тот на хорга.

— Неужто узнал? Уже хорошо. — Старик бросил взгляд на молча наблюдающих за происходящим побратимов и, не дождавшись от них никаких пояснений, вновь обратил свое внимание на юного эра. — Итак, может поведаешь, что привело тебя в такой ступор?

— О… Не знаю, эр Ассан. Померещилось что-то. — Медленно проговорил хорг, и тяжело вздохнул. — Это, наверное, от усталости. Вторые сутки на ногах. Я пойду?

— Иди, конечно. — Кивнул старый хорг, и тот, тут же слинял.

— Странный он какой-то. Ну да ладно. Я здесь не за этим. — Заметил побратимам Ассан, когда за юным эром захлопнулась дверь, после чего, отвесил церемонный поклон, чем заставил Арролда и Т'мора подняться с кресел, и заговорил предельно официальным тоном. — Эр Т'мор, клан ап Хаш, в лице круга семьи приветствует своего фамильяра. Надеемся, что вы с пониманием отнесетесь к своему новому положению, тем обязанностям, что оно накладывает на вас, и будете поддерживать честь клана, как того требуют наши обычаи и традиции. А теперь, выслушайте волю клана.

— Слушаю, вас Голос клана. — Т'мор ответил церемониальной фразой, мысленно подсказанной ему, мгновенно сориентировавшимся Арролдом.

— Круг семьи желает видеть вас в своем составе, но без права решения, кое может быть даровано вам, только по истечении восьмидесяти лет, начиная со следующего собрания круга, которое состоится в первый день полуденной декады.

— Я принимаю волю клана. — Парень церемонно поклонился. Хорг отразил его движение почти моментально.

— Подтверждаю. — Голос Арролда завершил эту своеобразную лечебную гимнастику и, дождавшийся его слова, Ассан тут же удалился. Все. Церемонии закончились, и Т'мор, недовольно поглядывая на втравившего его в эту катавасию побратима, рухнул в кресло.

— Как они тебя любят-то, а? Держатся за главу клана, обеими руками. А я-то уж, было, настроился еще разок попутешествовать в твоей компании. Не вышло. — Проговорил Т'мор.

— Ха! — Арролд залпом осушил недавно отставленный им, бокал. — Они просто посчитали варианты, и пришли к выводу, что человек — фамильяр клана, наименьшее зло.

— Вот как? Поясни. — Заинтересовался Т'мор.

— У меня нет родственников по нисходящей линии. Не успел я еще наследником обзавестись. А из параллельных линий, равных моей, есть только один возможный кандидат… ты. — Арролд искренне наслаждался охренением побратима.