Простая смертная #2 - Екатерина Оленева

– Я понимаю, ты прав. Я пытаюсь держаться на плаву, пытаюсь не сойти с ума.

– Не сойти с ума? Но с чего? Непосредственной опасности больше нет. Ты и не была в опасности ни минуты. Ни ты, ни твоё дитя.

– Да! Но – другие? У других матерей такие же дети, как у меня! И они погибли!

– Разве ты убивала детей? Или я?.. Разве в наших руках держатся нити жизни и смерти? В чём конкретно ты обвиняешь меня? Или себя?

– В том, что… если б только знать! Люди голодают! Люди гибнут. Невинные люди! А что мы делаем?!

– Всё возможное. Я сплю по четыре часа в сутки, как и мои министры.

Я поднялась с кровати, на которой сидела и прошлась по комнате:

– Когда утром я решила немного полетать, дав размяться Молнии, у меня не было намерений задерживаться надолго. Но потом… эта вереница беженцев. Кругом голод и разруха. Кругом нищета и голод. А ещё – банды…

– Ты всё слишком болезненно воспринимаешь. Ещё шесть лет назад от государства было лишь название, собрать воедино то, что лежит в  разрухе, что разобщено не так-то просто. Лорды оказывают сопротивление, ведь каждый из них привык быть королём для себя самого.

– Но без централизованного управления ничего не будет. Народ так и будет страдать.

Я сжала руками виски.

– Я хочу помочь, хочу накормить, обогреть, но как это сделать так, чтобы всем и всего хватило? Чтобы еды было если не в избытке, то хотя бы хватало. Как остановить разбойничьи шайки?

– Мы ослабили охрану, стянув её к столице и королевские тракты сразу же стали небезопасны. А на твой вопрос – как? – я отвечу: не сразу. Этот процесс вовсе не быстрый. На всё нужно время.

– Но людям не хватает еды сейчас!

– А если мы поторопимся, её может не быть и завтра. Чтобы семенам прорасти нужно время. Чтобы колосьям налиться золотом тоже нужно время. Скоро можно только головы рубить, но и тут стоит дважды подумать – ведь раз отрезав её обратно уже не представишь. Помню, когда-то ты сама говорила нечто подобное? – усмехнулся Атайрон.

– Ты сердишься на меня?

– У меня не получается долго на тебя сердиться. Я понимаю, что в твоей душе произошёл надлом и нужно время, чтобы рана затянулась. Ты только не забывай, что мы на одной стороне. И не поступай безрассудно и опрометчиво. Иногда драконы внушают чувство ложной безопасности. Они сильны, но не неуязвимы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Я помню это. Как забыть?

– Не хочу, чтобы ты чувствовала себя пленницей, но, если ты не станешь вести себя разумней….

– Посадишь меня под замок? Для моей же безопасности? Выставишь охрану у моей двери?

– Если только ты не оставишь мне другого выбора, любовь моя. Но мне не хотелось бы, чтобы мы ссорились. Пока достаточно будет, если ты дашь слово больше не сбегать из дворца.

– Я не сбегала. Но слово – дам. Мне нужно какое-то дело. Что-то, чем я могла бы заняться.

– Прекрасно! Займись подготовкой к нашей свадьбе.

– Ты думаешь, сейчас подходящее время?! Кругом столько боли…

– Да. Именно поэтому людям нужен повод для радости. В честь свадьбы будет раздаваться милостыня: бесплатный хлеб, вино и – зрелища. Куда же без них?

– Народ нас ненавидит. Считает чудовищами!

– И это не помешает им любить нас в будущем. Любовь толпы переменчива. Не нужно искать их любви – главное знать, что мы идём правильным курсом и действуем в общих интересах.

– Всё же я думаю, что свадьба сейчас не к месту. Это как танцы на гробах.

– У многих племён в Красных Песках поминки именно так и справляют, – засмеялся Атайрон, обнимая меня. – Дорогая Анжелика. Есть времена плохие, есть времена хорошие – но во все времена люди влюбляются, играют свадьбы и умирают. Это жизнь. Что же касается нашей свадьбы? Мы любим друг друга – это раз; наш брак политически выгоден – это два. Под предлогом свадьбы мы сможем объявить амнистию, потому что казнить всех лордов, замешанных в последних событиях это значит ввязаться в бесконечные войны, обескровив множество знатный семей, что никому не надо. Они достаточно напуганы и предупреждены, даст бог, угомоняться. Это всё – три. Но и четыре: сейчас все нуждаются в поводе, чтобы забыть смерть и боль. А любовь и жизнь – лучший повод для этого. Ну, что?

– Я должна что-то ответить?

– Скажи – да.

– Тебе давно известен мой ответ.

– Я хочу послушать как он звучит ещё раз.

– Хорошо. Да.

– Скажи: я постараюсь приготовить грандиозную свадьбу, чтобы потомки запомнили нас в веках, чтобы увековечить нашу любовь друг к другу.

– Я найму для этой цели лучших менестрелей.

– Ты самая неромантичная особа из всех, которые мне встречались.

– Неправда. Просто сейчас я не в самом лирическом настроении.

– У тебя есть время, чтобы всё исправить. Уверен, тебе для этого понадобится настройщик. Готов взять на себя эту миссию…

Атайрон был страстен, чуток и нежен в ту ночь. Он был прекрасным любовником. И я не хотела выглядеть бесчувственной, холодной любовницей. Я боролась со сковавшим мою душу и тело льдом. В голове словно стоял барьер – в прошлый раз я позволила себе беззаботно кинуться в омут страсти, позволила себе быть счастливой – и мы чуть не погибли.

«Нельзя быть счастливой – это опасно», – вот что говорило мне моё подсознание.

И я пробивалась обратно к Атайрону, старательно отбиваясь от преследующих меня чудовищ, от жалящих, словно слепни в знойный день, воспоминаний. Голодные не наедятся, страждущие не утешатся, тонущие не выплывут если я потеряю тебя, любовь моя. Даже в самую безлунную ночь на небе все равно продолжают светиться звёзды. Нет существует на земле кромешной тьмы. Ты мой лучик света, и я не откажусь от тебя. Я знаю, что и тебе нужна моя любовь, моя нежность, моя поддержка.

Вместе мы всё выдержим, пройдём через всё. Только не отпускай меня, не размыкая кольца рук, не переставай переливать своё дыхание в меня, одаривая жгучими поцелуями. Твои любовь сладка, несмотря на то, что порой любишь ты жёстко, словно в поединке. Ты берёшь горячо и жадно, но и одариваешь сверх меры.