Дева для властелина - Надежда Черпинская

Айден

Айден думал, что смог усмирить свою ярость.

За эти дни он, разумеется, не забыл про Зевса, но обида на брата и злость из-за его выходки отошли на задний план, улеглись. Любовь к его «маленькому солнышку» вытеснила из сердца всё прочее. Но сейчас он понял, что о прощении говорить рано.

Он мог простить зловредные выпады в свою сторону. Но эта мразь посмела обидеть ЕЁ!

Гнев поднимался из глубины чёрной всепоглощающей волной. И только Кора удерживала его сейчас, усмиряла эту разрушительную мощь.

Она смотрела одновременно доверчиво и растерянно, снова этим взглядом вызывая ассоциации с маленьким оленёнком.

Она не понимала. Ей было горько и страшно. Но она верила ему, верила всё равно.

Ведь пришла же сюда ночью… Пришла, несмотря на то, что считала Айдена мерзавцем, не только укравшим её у матери, но ещё и пытавшимся изнасиловать.

Какой героической смелостью обладает эта хрупкая девочка!

Теперь-то он прекрасно понимал, почему она в первые дни на него так реагировала: отскакивала, словно он ядовитый гад или жуткое чудовище, ждала какой-то подлости с его стороны, бледнела – того и гляди, в обморок упадёт. Если бы он только знал…

Давно бы всё рассказал! И будь они прокляты эти его обещания и все попытки уберечь её от козней Зея.

Но… может, и теперь ещё не поздно… Ведь Кора сказала, что любит…

А если любит, то поймёт и простит. Простит за глупость. Увы, и богам свойственно ошибаться. Главное, найти сейчас нужные слова!

– Я не понимаю… – сдавленно прошептала она. – Если не ты… Объясни!

Но, прежде чем Айден снова успел сказать хоть слово, её сияющие глаза распахнулись широко, осенившая её догадка проблеснула на лице, словно вспышка молнии.

– О! Зей… Дядя Зеу… – она схватилась за голову. – Ну конечно! Как же я не догадалась? Он же называл меня лапушкой… Я ещё так удивилась! И вообще… ты совсем не так говоришь, не так, как тот в машине. Но… как такое?

Кора больше не могла говорить – смотрела на него и ждала.

– Он может принимать чужой облик, – хмурясь, вздохнул Айден, глядел виновато, – любого человека или даже животного. И тогда он притворился мной. Знал, что к нему в машину ты после вашей ссоры не сядешь. И придумал позаимствовать моё лицо.

– С ума сойти! – покачала головой Кора. – Но… Я всё равно ничего не понимаю. Если это был Зей, то, как я оказалась здесь? Ты тут причём? И зачем всё это?

– Всё из-за того, что ты тогда увидела, – принялся торопливо объяснять Айден – лишь бы она дала договорить, а не сбежала прочь, проклиная его за всё это. – Ты ведь его застукала с твоей подругой. Зей испугался, что ты расскажешь матери.

– Конечно, я бы рассказала! – возмущённо фыркнула Кора.

Она уже успела немного забыть  о том мерзком инциденте, но сейчас ей снова стало так больно за маму.

– Он тоже так решил, – развёл руками Айден. – А у него там какая-то сделка века намечается. И твоя мама обещала его поддержать деньгами. Они ведь партнёры по бизнесу, так? Я не знаю все детали. Но Зей чуть с ума не сошёл, когда понял, что он может лишиться таких денег, если Деми с ним отношения разорвёт. А, возможно, и всего бизнеса, и своей безупречной деловой репутации. И он придумал эту глупость – украсть тебя на месяц и не пускать домой, пока контракт не будет заключен. Не знаю, как он собирается выпутываться дальше, когда ты вернёшься и всё-таки расскажешь…

– Так… теперь понятно, зачем это было нужно ему, – кивнула Кора, по-прежнему хмурясь, но уже не так растерянно. – Но… А ты? Зачем? Зачем ты в это ввязался? Ты…

Губы её задрожали, глаза заблестели от слёз. И сердце Айдена сжалось так болезненно, словно в него нож всадили.

– Ты ведь не такой… – с горечью добавила она.

Он потянулся к ней – боялся, что оттолкнёт, но не устоял.Так нужно сейчас доказать и ей, и себе, что они есть одно целое. И все эти слова, и вся эта грязь, и вся подлость мира не разрушат то, что родилось этой ночью.

– Прости меня! – обнял крепко, усадил на колени, целуя в волосы, шептал с горьким раскаянием. – Прости меня, маленькая моя! Прости за то, что тебе пришлось пережить! Из-за него, из-за меня, из-за нас обоих… Кора, я хотел тебя уберечь. Только уберечь! Клянусь! Я бы никогда не стал  ему помогать. Но так было надо… Я хотел тебя уберечь. И сейчас хочу. Я никому не дам тебя обидеть. Он угрожал… Я не мог иначе. Я всё расскажу. Ты меня только выслушай, солнышко моё!

Она подняла голову, в глаза заглянула, нежную ладошку прижала к его щеке, и сказала так мудро, спокойно, совсем по-взрослому:

– Рассказывай! Я слушаю. Я знаю, что ты не нарочно. Ты же меня любишь. Я верю. Рассказывай!