Суженая для Кощеева - Ольга Шерстобитова

Эта нечисть всегда привязывается к определенному предмету в доме. Веники используются в большинстве случаев, потому что на них домовых из одного дома в другой удобнее переносить. Так что долго гадать, где дух прячется, мне не пришлось.

– Ты зачем свою хозяйку обижаешь? – поинтересовалась я, так и не гася огня.

– Я обижаю? Я? – возопил домовой. – Да я за ней с малых лет приглядываю, в люльке качал, за кашей в печи следил, а она…

– Что она?

– Хоть бы раз спасибо сказала и с собой в новый дом позвала!

Я оглянулась на сидевших на скамейках женщин с открытыми от удивления ртами. Зуб даю, ни одна из них за эти годы даже не подозревала, что в их доме обитает домовой.

– А ты им хоть раз показывался? – ласково поинтересовалась я.

– А разве непонятно, что я тут обитаю?

– Никто из живущих в доме не обладает магическим даром, – сообщила я. – Как бы они догадались?

Домовой глупо захлопал глазами, покосился на женщин.

– Домовой, да разве ж мы тебя чем-то бы обидели, если бы знали, что у нас такой хороший помощник по дому имеется! – всплеснула руками матушка Марьяны. – Да я тебе каждый день сливки готова давать и кусок свежего каравая!

Домовой виновато опустил голову, шаркнул ножкой и поклонился матери Марьяны.

Я с трудом спрятала улыбку.

– Не обижайся, хозяйка, но не тебе я теперь буду служить, а твоей дочке. Ей моя помощь-то к лету точно понадобится, когда родится малыш.

Марьяна покраснела, попятилась, смотря на матушку, всплеснувшую руками. Судя по всему, обо всех истинных причинах свадьбы она и не подозревала. С четверть часа я слушала, как Марьяна и ее матушка выясняют отношения, а домовой прятался за мной, понимая, что невольно выболтал чужую тайну.

Наконец все успокоились. Марьяна с матушкой обнялись, вытерли слезы.

– Домовой, я буду очень рада, если ты пойдешь жить в наш с Матвеем дом, – сказала девушка, подходя ближе и присаживаясь на корточки, чтобы рассмотреть нечисть, спрятавшуюся за моим подолом.

Домовые, они всегда защиту у ведьм просят, если что случится. Знают, что не откажем.

Он высунулся целиком, важно кивнул, протянул руку, и на ней засверкал перстенек. Марьяна улыбнулась, взяла кольцо и надела на палец.

– Ну что, пойдем на кухню за угощением, а потом…

– Подол у твоего платья свадебного криво в одном месте подшит, надо бы подправить, – важно заметил домовой, и парочка не спеша удалилась.

Я же произнесла заветное слово, открывая проход через зеркало, и, не прощаясь, вернулась в приемный зал.

Влад тепло улыбнулся. Через зеркало он видел все, что происходило в доме. Змей Горыныч и Кощей уплетали остатки мясного пирога и прихлебывали чай.

Последней просительницей оказалась директриса детского приюта. Высокая, светловолосая и голубоглазая, с очень добрым сердцем и хорошими намерениями. Это чувствовалось по тому, как она рассказывала о своих воспитанниках, по сверкающим радостью глазам и спокойному уверенному взгляду. Кощеева она просила починить протекающую крышу и подлатать лестницу. Дом, в котором находился приют, обветшал, а денег на ремонт не хватало.

Влад открыл портал.

– Дед, ты встречаешь гостей, я решаю проблему с приютом, – заявил он.

Кощей попытался возмутиться, но Влад проворно впихнул меня вслед за директрисой приюта в зеркало и запечатал путь. Напоследок я успела услышать витиеватую ругань деда Влада.

– Что за гости? – поинтересовалась, не утерпев.

– Женщины рода Кощеевых, – ответил Влад.

– И что они в прошлый раз учинили?

Не просто же так он не хочет их встречать и свалил эту обязанность на деда.

– Привезли с собой еще с десяток подходящих для меня невест.

Я хихикнула. Влад недобро посмотрел на меня:

– Смешно ей. Вот посмотрел бы я на тебя, Марья, если бы тебе женихов подбирали, не интересуясь твоим мнением и чувствами. Я ведь не какая-то ледяшка, и мне тоже хочется счастья.

Извиниться, что задела его чувства, Влад не дал. Шагнул к ветхой калитке, за которой виднелось двухэтажное каменное здание. В окнах горел свет, а когда мы оказались внутри, повеяло уютом и заботой, несмотря на то, что изо всех возможных щелей дуло, а где-то наверху ветер играл с провалившейся крышей.

Влад отвел в сторону директрису и о чем-то начал ее расспрашивать. Дети прятались за диванами и стульями, но любопытные мордашки то тут, то там выглядывали и рассматривали меня и Кощеева.

– Так, все на лестницу, живо! – скомандовал Влад, и ребятня беспрекословно его послушалась.

Мы с директрисой переглянулись и отправились следом. И зачем Влад меня с собой брал, если сам справится?

Из-под его рук заструилась магия, ураганом обхватила дом внутри и, судя по звукам и мерцанию за окнами, снаружи. Закружилась мебель, заскрипели половицы и каменные стены, устрашающе завыл на все лады ветер. И вдруг все стихло.

А я еще считала высшим мастерством Влада сотворенную одежду. Да он за какие-то считаные мгновения отремонтировал дом. От окон и крепких дверей теперь не дуло, лестница, где мы находились, сияла, словно ее полдня начищали, в главном зале на пол лег пушистый ковер, на диванчиках и стульях оказались уютные пледы. В огромном очаге весело потрескивали дрова.

– Влад Кощеевич, – выдохнула директриса, тараща глаза.

Три воспитательницы неверяще оглядывались. Одна украдкой даже потрогала ступеньку, будто не верила, что она настоящая.

– Так, меня дед срочно зовет. В доме что-то с защитными чарами творится. Марья, дальше сама разбирайся.

Он вытащил из воздуха два мешочка. Один сунул в руки ошарашенной директрисе, сообщив, что в нем каждое первое число нового месяца будет появляться пятьдесят золотых, а второй, с каким-то странным порошком, отдал мне. И исчез в круговерти метели раньше, чем мы все успели опомниться и сказать хоть слово.

Первыми в себя пришли дети. Им, конечно, все было любопытно. Они носились по дому, радостно смеясь и хохоча. Тут же затеяли догонялки и прятки, пока их наставницы решали, что делать дальше.

Я высыпала на ладонь щепотку порошка, пытаясь понять, что же такое всучил мне Влад. Крупица случайно попала на ковер, и по нему пробежала волна магии.

Чистая сила Кощеева? Та самая, при помощи которой он творил чудеса?

Удивляться я уже не могла. Оглянулась на довольную малышню и раскрасневшихся воспитательниц и начала творить то, ради чего меня оставил Кощеев в этом доме.

Тут главное – желать и четко представлять, что хочешь получить. С этим я могла справиться.

Посреди зала оказалась пушистая елка, украшенная шарами и гирляндами. Под потолком вспыхнули разноцветные огоньки. Еще две щепотки – и под деревом появились коробки с подарками для ребят. Магии хватило и на то, чтобы создать праздничный стол, ломящийся от угощений. А потом… мешочек оказался пуст.