Суженая для Кощеева - Ольга Шерстобитова

Марья из рода Яг

Перед праздничным ужином, который накрыли в соседней с бальным залом столовой, всех слуг отпустили переодеться. Меня же Беатрис позвала и сообщила, что Влад Кощеевич распорядился отпустить уже сейчас, на сегодня моя работа закончена. При этом экономка покосилась на меня, и я кожей почувствовала ее недовольство.

– Он никогда не женится на служанке, Марья, как бы искусны вы ни были в магии, – вдруг сказала она. – А вы девушка серьезная, как я вижу, на легкую интрижку не согласитесь.

Я промолчала и в этот раз.

– И все же… Все видят, как Влад Кощеевич на вас смотрит, будьте осторожны. До момента, пока он не подарил вам первый танец, невесты не видели в вас соперницу, теперь же…

Я вскинула на нее глаза, почувствовала, как искренне эта женщина переживает за меня. Интересно, узнай она, что я ведьма из рода Яг, изменится ли ее отношение? И насколько сильно?

– Спасибо, – просто сказала я.

– Идите, – отозвалась Беатрис и отвернулась.

Ее прямая спина затерялась среди слуг, а я отправилась к себе на чердак. Шла и думала о том единственном нарядном платье, что у меня имелось. Простое, правда, светло-голубое, с белым кружевным воротничком и вышитыми по подолу снежинками, но другого все равно нет, а создать даже при помощи чар новое за оставшийся час невозможно.

Дверь на чердак была приоткрыта, и я сразу заподозрила неладное. Я всегда запирала ее, накладывала защитные чары, но сейчас их вязь разрушилась. Тот, кто в прошлый раз хотел проникнуть на чердак, все же сделал это. Или кто-то другой? Я мысленно порадовалась, что перепрятала все ингредиенты для зелий и флаконы с эликсирами. Хотя бы себя не выдала, что уже хорошо.

Распахнула дверь пошире, засветила магические огни да так и замерла на пороге. Чердак было не узнать. Кровать, стол и небольшой шкаф разнесли в щепки, вся ткань, включая подушки и одежду, превращена в нитки, а воздух пропитал дурман с шалфеем. Мне захотелось расплакаться. Невиданная злодейка воспользовалась зельем, которое закрепляет результат колдовства и делает его необратимым. Как бы я ни билась, какими бы чарами ни обладала, мне не восстановить ни мебель, ни одежду.

Я с трудом сдержала слезы, понимая, что на бал к Кощееву точно не попаду. Не танцевать же с ним в измазанном золой и пропахшем дымом платье служанки? Да и ночевать где-то нужно, а значит, меня ждет огромная уборка. Мелькнула мысль – пойти и рассказать о случившемся Беатрис, но что она сможет сделать накануне Ледяной полночи?

Свободных кроватей для слуг уже не имелось, а разбираться с невестами – а это устроил точно кто-то из них – никто не станет. Кто они и кто я? Смешно же! Правда, скинь я личину, еще неясно, как бы все поменялось, но я этого делать не собиралась.

Так что постояла я так, посмотрела на погром, вытерла слезы обиды да спустилась на кухню, принимаясь помогать с последними приготовлениями. Работы было много. Когда до начала праздника оставалось несколько минут, нырнула в кладовую, где хранились продукты, и затаилась. Слышала, как Беатрис ищет меня, говоря, что зовет Влад Кощеевич, а я, вдруг разом растеряв всю свою уверенность, вжималась в стену и терпеливо дожидалась, пока часы пробьют одиннадцать вечера.

Бом! Бом…

– Марья! – на весь дом раздался голос Влада, и я жалобно всхлипнула, соскользнула по стене и закрыла лицо руками, не понимая, что со мной, почему я вообще плачу. Неужели всему виной платье? Не оно ведь, а отобранная и такая желанная мечта.

Выдохнула, вытерла слезы, поднялась и нервно икнула. Влад Кощеев в темно-фиолетовом костюме, расшитом серебром и драгоценными камнями, с венцом с острыми зубьями, в которые были искусно вставлена бриллианты, стоял в нескольких шагах от меня. Его глаза сверкали, метали молнии. Белоснежные волосы развевались от вихря кружившей по кладовой метели.

– Опять мне отказываешь? Да сколько можно-то? – хмуро поинтересовался он.

– Да я…

– Нет уж, так не годится! Немедленно переодеваться! – рыкнул зло, подхватил меня, не успевшую и слова промолвить, и перенес на злополучный чердак.

Обозрел учиненный погром, сощурился…

– Вот, значит, как! Не переживай, Марья, разберусь. И не спущу это с рук тому, кто сотворил. Найду виновного! Хоть из-под земли достану! – разгорячился Кощеев, и я невольно улыбнулась.

Просто потому, что это был Кощеев. И да, он мог достать из-под земли. И стало так тепло на душе, сладко… Все тревоги и печали ушли.

Тут он обернулся, окинул меня взглядом, взмахнул рукой… И моя одежда стала исчезать, словно не бывало, а волшебная метель принялась ткать небывалой красоты платье. Белоснежное, с кружевными рукавами, усыпанное мерцающей алмазной крошкой. Верх платья и подол расшиты серебряными розами. На талию лег ремешок с драгоценными камнями. Пока я рассматривала и трогала ткань, преобразились волосы. Ветры распушили их, уложили просто и изящно, присыпали серебром.

– Выдохни, Марья! – велел Кощеев, потому что я замерла и действительно почти не дышала, словно боялась спугнуть эту невиданную красоту.

Да всех моих чар не хватит, чтобы повторить подобное! А Кощеев действовал одной силой. Интересно, я хоть когда-то перестану этому удивляться?

– Надеюсь, во время бала оно с меня не исчезнет, – хихикнула я.

– Во время бала точно не исчезнет, – заверил Кощеев, и в его голосе я уловила обещание, от которого вспыхнули щеки.

Еще один вихрь метели – и в его ладонях оказался продолговатый ларец. Щелкнула крышка, открывая простое с виду ожерелье, но я чувствовала, как оно искрится от магии. Искусно переплетенная серебряная цепочка с россыпью мелких камней и один крупный темный сапфир-капля посредине, точно под цвет глаз Влада Кощеева.

Я замотала головой, отказываясь надевать украшение.

– Не нравится? – поинтересовался Кощеев.

– Камень тяжелый. Сопрут еще…

Вот что я говорю?

Кощеев усмехнулся, щелчком переместил шкатулку с ожерельем обратно. Очередной вихрь принес еще одну. На серебряной цепочке висел дивной красоты цветок, сделанный столь искусно, что глаз не оторвать! Каждый лепесток сочетал в себе сплав синего и белого металла и был присыпан мелкими драгоценными камнями. Что интереснее всего, в сердцевине опять находился сапфир под цвет глаз Кощеева.