И останется только пепел - Ребекка Шеффер

Они вышли из спортбара и направились к «Старбаксу». К Генри.

Солнце все еще стояло высоко, и люди текли по улице шумными ручьями – одни смеялись, другие разговаривали по мобильному телефону. Маленькая девочка сидела на обочине и плакала, а взрослая женщина, предположительно ее мать, все громче и громче велела ей вставать.

Все было таким нормальным. Люди не знали, что среди них разгуливают монстры. Нита гадала, о чем бы они подумали, узнав, что мимо проходит человек из новостного сюжета о перестрелке. Или занни, который замучил и убил агента МПДСС.

Наверное, с криками разбежались бы.

Но никто не обратил внимания на двух монстров, переходящих улицу.

Ничего не происходило.

Ковит повернулся к Ните, когда они дошли до района со «Старбаксом», и указал взглядом на карман, в котором она прятала пистолет.

– Нита…

– Не волнуйся, я ничего не сделаю, пока ты не подашь сигнал стрелять.

Он с трудом сглотнул.

– Хорошо.

Резко отвернулся и пошел дальше. Нита следовала за ним, ее пальцы пробегали по пистолету, спрятанному в толстовке, металл нагрелся от близости ее тела.

В «Старбакс» они вошли по отдельности. Ковит занял угловое место у окна, а Нита – стол напротив него. Оттуда открывался хороший обзор на того, кто будет сидеть с Ковитом. Столики раполагались достаточно далеко друг от друга, чтобы никто не смог подслушать разговор. Черт возьми, в «Старбаксе» было так шумно, что нормальный человек ничего бы не разобрал и сидя за соседним столиком.

Нита нормальным человеком не была.

Она улучшила и сфокусировала слух, потому что собиралась ловить каждое слово разговора.

Когда какой-то мужчина наконец подошел к нужному столику, Нита сначала не обратила на него почти никакого внимания. Но в следующую секунду она увидела выражение лица Ковита.

Генри.

Он был белым, с седыми волосами и глубокими морщинами вокруг рта и глаз. Потемневшая, как у человека, часто бывающего на улице, кожа, несмотря на его возраст, почему-то выглядела грубой, как у носорога.

Глаза Ковита потемнели и широко распахнулись, рот приоткрылся.

Он сглотнул.

– Генри.

Челюсти Ниты сжались, но она сумела успокоиться и не заскрипеть зубами. Этот Генри очень сильно все усложнил.

– Ковит! – улыбнулся Генри. – Всегда рад.

На лице Ковита не дрогнул и мускул, и это выглядело странно. В любой другой ситуации он выдал бы жуткую улыбку, извращенную и кривую, и прошептал бы голосом, полным мрачных обещаний: «О, я тоже очень рад». Но он не сделал этого, лишь жестом пригласил Генри присоединиться к нему за столиком.

– Я думал, ты погиб. – Генри вскинул брови и сел.

Губы его изогнулись в легкой улыбке. В ней проглядывало что-то очень жуткое, и Ните потребовалось лишь мгновение, чтобы понять: она точно такая же, как у Ковита. Будто она видела выражение его лица на чужом.

Ковит немного отодвинулся от Генри.

– Могу ли я надеяться, что ты и дальше будешь считать меня мертвым?

Генри расхохотался. Он скрестил руки на груди и взглянул на Ковита из-под густых бровей.

– Я не могу больше так поступать со своим любимым протеже. Я скучал по тебе, Ковит. Я скорбел.

Генри не выглядел таким уж убитым горем, и пальцы Ниты сжались на рукоятке спрятанного пистолета. Металл был теплым и гладким.

– Как ты узнал, что я жив? – тихо спросил Ковит.

Генри улыбнулся и коснулся своего носа.

– Великий фокусник никогда не раскроет своих секретов.

Нита вздохнула – сердце болело за друга. Ковит оказался прав: Генри определенно каким-то образом следил за его онлайн-переписками.

Генри посмотрел на Ковита.

– Ты не просил у меня билет на самолет.

– Я уже приехал в Торонто.

– Дела?

– Вероятно, те же, что у тебя. – Ковит казался спокойным, но его плечи застыли в напряжении, а пальцы нервно сжимались и разжимались.

– Охота. – Генри медленно расплылся в зловещей ухмылке. – Замечательно. Давай поохотимся вместе.

– Давай не будем.

Генри насмешливо нахмурился.

– Ковит, почему ты так отстранен? Мы же семья.

– Мы были семьей, – его взгляд ожесточился. – Пока ты не сделал из меня козла отпущения, чтобы спасти лицо, и не отправил в Южную Америку гнить в джунглях.

– Ты несправедлив, Ковит, – глубоко вздохнул Генри. – Ты не подчинился прямому приказу и помог врагу клана сбежать. Я не мог просто отпустить тебя, без последствий.

Ковит прищурился.

– Ты сказал, что хотел убить меня и мне невероятно повезло остаться в живых.

– Я был очень зол! – Сверкнули зубы, вероятно, обозначая улыбку, но больше было похоже, что Генри собирается укусить Ковита. – Ты же знаешь, как я не люблю, когда люди ведут себя неправильно.

Пальцы Ковита впились в джинсы.

– Разумеется.

Генри вздохнул и провел рукой по волосам. Нита отметила еще один жест, который эхом отзывался в Ковите.

– Я пришел сюда не ссориться. Все идет не так, как я планировал. – Он снова вздохнул. – Мне жаль, что мы начали спорить. Но одна маленькая размолвка не должна отнять у нас десятилетие, которое мы провели вместе. – Генри положил руку на плечо Ковита в отеческой манере. – Ковит, Ковит. Я обещаю, ничего подобного тому случаю не повторится. Если ты скажешь «нет», я не стану давить на тебя.